Алексей Макаров – Девятая рота (страница 13)

– Какую практику? На палубу что ли? Ты что, из середянки, что ли?

– Да нет … – не понимая, чего добивается от него блондин, пожал плечами Лёнька, – из ДВВИМУ я, в машинную команду направлен.

Чувствовалась, что Лёнькин ответ вывел блондина из меридиана и, потеряв весь свой грозный вид и, почесав в затылке, он уже мирно поинтересовался:

– Так, из какой ты роты?

– Из девятой, – с полной серьёзностью ответил Лёнька.

– Как из девятой? – от удивления у блондина приподнялись брови. – Мы тут все из девятой роты на практике, но тебя я почему-то не знаю, – при этих словах он подозрительно уставился на Лёньку, надеясь вывести на чистую воду обманщика, нагло собирающегося причислить себя к неповторимой девятой роте.

– Так я только перевёлся, потому и не знаешь, – пожал плечами Лёнька, не подозревавший о буре мыслей, пронёсшихся в голове блондина.

Но тут к трапу подошёл, одетый в форму вахтенный с бело-красной повязкой на рукаве.

– Чё случилось тут, Андрюха? Об чём базар? – поинтересовался он у бдительного стража.

– Да тут видишь, пришёл вот этот вот, – Андрюха указал пальцем на Лёньку, – и говорит, что он из нашей роты. А я его в упор не знаю.

– Та-ак, – недоумённо протянул подошедший парень. – Документы есть? – вахтенный перевёл взгляд на Лёньку.

– Есть, – подтвердил тот и показал новенький курсантский билет, вынутый вместе с направлением из портфеля.

Парень повертел билет в руках и вопросительно поднял на Лёньку глаза:

– А направление?

– И направление есть, – подтвердил Лёнька, передавая ему направление.

Прочитав его, парень перевёл взгляд на Андрюху.

– Ваш он, с девятой роты, – рассеяв сомнения Андрюхи, и попросил его: – А ты бы отвёл его к вашим, пусть размещается, а то начнёт тут плутать, а мне за это ещё выговор впиндюрят.

– Да некогда мне, – недовольно отмахнулся от него Андрюха. – Итак сколько времени потратил, пока ты по гальюнам шастал. Тётку мне проведать надо. Я же тебе говорил…

– Да, ладно, – миролюбиво начал уговаривать его вахтенный. – Чё тебе эти пять минут? Погоду что ли сделают? Отведёшь – и свободен, как фанера над Парижем, – уже весело пошутил он. – Чё те стоит?

– Ладно… – с большой неохотой согласился Андрюха и, как бы между прочим поинтересовался у Лёньки: – Да, кстати, как тебя звать то?

– Лёнькой зови, не ошибёшься, – протянул он Андрюхе для рукопожатия руку.

– Андрей Клименко, – важно произнёс Андрюха, глянув сверху вниз на Лёньку: – Пошли, – и приглашающим кивком дал понять, чтобы Лёнька следовал за ним.

Пройдя несколько метров в нос судна, он открыл деревянную дверь с круглым смотровым стеклом, окантованным начищенным до блеска бронзовым ободом.

Андрюха, как заправский моряк, с шиком спустился по трапу, положив обе руки на пластиковые леера и подогнув ноги. Лёнька повторить такой манёвр не смог, так как в одной руке держал портфель.

⠀

⠀Глава восьмая

Спустившись по крутому трапу вниз на одну палубу, они оказались в большом, просторном холе.

После яркого солнечного света на палубе в холе показалось даже сумрачно, несмотря на свет, идущий из многочисленных люминесцентных ламп, установленных на подволоке и обычных бра, прикреплённых к переборкам.

Лёнька послушно проследовал за молчаливым Андреем по коридору левого борта, ведущему в нос судна.

Шикарность отделки переборок, красивые коричневые двери, отделанные пластиком под дерево, изящные переборочные светильники, тёмно-зелёный толстый палас, застеленный на палубе, поразили Лёньку. Следуя за Андреем, он даже не слышал звука собственных шагов.

Остановившись возле одной из дверей левого борта, Андрюха бесцеремонно толкнул её и крикнул внутрь:

– Серёга! Тут к нам на практику ещё одного прислали, – и, посторонившись, пропустил Лёньку перед собой в каюту, крикнув при этом: – А я к тётке пошёл, а то, итак, задержался с этим Мишкой.

Войдя в каюту, Лёнька осмотрелся.

Слева от него находились две двухъярусные койки, прикрытые шторками. Впереди на слегка наклонной переборке располагался круглый иллюминатор, с прикреплённым к переборке столом под ним. Справа, прямо у входа – два рундука, типа шкафов, для одежды.

За столом сидело два человека. Из-за яркого света, идущего из иллюминатора, Лёнька первоначально не смог разглядеть их, но подойдя ближе, это ему удалось.

Парень справа, свободно откинувшийся на спинку стула, без стеснения разглядывал Лёньку и, выдержав паузу, поинтересовался:

– Так откуда ты такой взялся тут?

Лёнька, за последнее время уже привыкший к подобным расспросам, заученно ответил:

– Перевёлся из МВИМУ и сейчас направлен сюда на практику.

– Из рыбы что ли? – с каким-то пренебрежением переспросил парень.

Такой тон вопроса Лёнька тоже хорошо знал, поэтому кивнул головой.

– Ага, из неё самой, – и постарался получше разглядеть любопытного парня.

Ничем особым тот не выделялся. Широкоплечий, в гражданской рубашке, русоголовый с длинной чёлкой, опущенной на лоб, пытливыми глазами и бакенбардами чуть ли не до конца челюсти, он продолжал пристально разглядывать Лёньку. Второй же парень сидел под иллюминатором, яркий свет из которого бил Лёньке в глаза, поэтому подробно рассмотреть его он не мог и только по контурам понял, что он его ровесник. Единственное, что Лёньке бросилось в глаз, что этот парень худощавого телосложения и его утончённые черты лица. Но парень молча сидел и только с интересом наблюдал за вошедшим Лёнькой.

– Да ты не тушуйся, – успокоил Лёньку широкоплечий, – это я так, для уточнения, – и, приподнявшись, протянул руку для знакомства. – Сергей, старшина третьей группы.

– Леонид, – Лёнька в ответ пожал шершавую руку Сергея.

– Ну что, Лёня, – как-то сразу перейдя на дружеский лад продолжил Сергей, – пошли к Борисычу, он тебя оформит и расскажет, что делать.

Сергей поднялся и вышел в коридор.

Лёнька последовал за ним.

Обернувшись, Сергей поинтересовался, кивнув на Лёнькин портфель:

– Это что, весь багаж твой, что ли?

– Не-а. Тут только документы, а сумку я ещё из камеры хранения не забрал, – пояснил Лёнька.

– А когда ты приехал? – поинтересовался Сергей и, не дождавшись ответа, пошёл по коридору в сторону холла.

– Да с пяток дней, как из дома уехал, – уже в спину Сергею начал рассказывать Лёнька.

– А откуда, если не секрет? – Сергей, не снижая темпа ходьбы, обернулся к Лёньке.

– Какой секрет? – хмыкнул Лёнька, едва поспевая за Сергеем. – Из Свободного я, – тут же пояснив: – Родители там живут.

– А-а, – протянул Сергей. – А я из Комсомольска, – так же на ходу пояснил Сергей.

Они поднялись по паре крутых трапов вверх, выйдя в коридор очередной палубы, где комфорт помещений чувствовался значительнее, чем на палубе курсантов.

Подойдя к одной из дверей с табличкой «Помощник капитана по личному составу», Сергей постучал в неё.

Из-за двери послышалось:

– Не заперто, входите, – и Сергей, открыв дверь, вошёл в каюту.

Каюта от курсантской заметно отличалась. Тут и отделка переборок и подволока сделаны по-другому и на полу вместо линолеума лежал застеленный толстый коричневый палас.

Одиночная кровать, задёрнутая плотной шторкой, небольшой диванчик и письменный стол с настольной лампой.

Если в курсантской каюте иллюминатор круглый с броняшкой, то здесь через большое прямоугольное окно в помещение поступало столько света, что каюта казалась большой и уютной.

За столом сидел мужчина. Увидев вошедшего Сергея, он доброжелательно приветствовал его:

– А, Котов, здравствуйте. Что случилось на этот раз?