c) Одни, далее, противополагают Единому «Различное» и «Иное», другие – [противополагают, как сказано], Множество и Единое.
d) Если, как они хотят, сущее [должно состоять] из противоположностей, а Единому или ничто не противоположно или, если уж, стало быть, действительно [так] должно быть, то [противоположно] Множество, Неравное же – Равному. Различное – Тождественному и Иное самому [одному], – то, конечно, больше всего придерживаются некоторого [правильного] мнения те [из них], которые противополагают Единое Множеству, однако, даже и они не достаточно основательно, потому что [тогда] Единое было бы малочисленно, [мало, а не едино] (раз Множество противолежит малочисленности, а многое – малочисленному) [9].
a) Ясно, что Единое обозначает [на самом деле только] меру. Именно, во всем есть нечто отличное [от него] в качестве субстрата, [для которого оно и есть мера], – как напр., в музыке – четверть тона, в величине – вершок или фут или что-нибудь подобное, в ритмах – такт или слог. Подобным же образом и в тяжести есть определенный вес, и точно также и во всем; в качествах – нечто [одно] качественное, в количествах – нечто [одно] количественное, [определенное количество как мера].
b) При этом мера неделима, по виду ли, в отношении ли восприятия, так как данное Единое не есть само по себе субстанция. И это – основательно, потому что Единое обозначает меру некоторого множества, и число – измеренное множество и множество мер. Поэтому и [вполне] правомерно, что Единое не есть число [10], как и мера ведь не есть меры, [т.е. множество мер], но и мера и число есть принцип.
c) Необходимо, чтобы в качестве меры было нечто одно и то же присуще всем [измеренным вещам], как напр., если мера – лошадь, [т.е. если сосчитываются лошади], то она относится к лошадям, и, если человек, – к людям [11]. Если человек, лошадь и бог [есть измеренное, то мерой будет], пожалуй, «живое существо», и число их будет живыми существами, [т.е. будет числом живых существ]. Если же [счисляется] человек, белое и идущее, то [скорее получается единичность и] меньше всего получится число для этих вещей, вследствие наличия всех [этих признаков] в одном и том же по числу предмете, все равно, будет ли [такое] число числом этих родов или [числом] какой-нибудь другой подобной предикации [12].
a) [Принимающие, далее], Неравное как нечто единое, [как одно понятие, равно как и] [13] создавая Неопределенную Двоицу [из] Большого-и-Малого, слишком уже удаляются в своих высказываниях от допустимого и возможного, ибо это, скорее, есть [страдательные] качества и акциденции, чем субстрат, для чисел и величин («Многое-и-Немногое» – для числа, «Большое-и-Малое» – для величин), – так же, как [можно им приписать] четное и нечетное, гладкое и шероховатое, прямое и кривое [14].
b) Далее, сверх этой ошибки, Большому-и-Малому и всему подобному необходимо быть в отношении к чему-нибудь, а
1. понятие отношения наименьше из всех категорий есть природа [вещь] или субстанция, а именно оно – позже «качества» и «количества» [15].
2. При этом отношение есть, как сказано, некое [пассивное] состояние количества, но не [логическая] материя [его], поскольку и для отношения в целом вообще и для его частей и видов, [всегда должно лежать в основании] что-нибудь другое [16]. Ведь не существует ничего ни большого, ни малого, ни многого, ни немногого, и вообще ничего относительного, что не было бы чем-то, в различии [с другими вещами], многим или немногим или большим или малым или находящимся в [том или другом] отношении.
3. Признаком того, что отношение есть меньше всего некая субстанция и нечто сущее, является также и то, что для него не существует ни возникновения, ни уничтожения, ни изменения, как [существует] увеличение и уничтожение для количества, изменение – для качества, движение – для места и просто возникновение и гибель – для субстанции. [Ничего этого] нет для относительного, – потому что без приведения в движения оно будет один раз больше, другой раз – меньше или равно [по сравнению с другим членом отношения] в зависимости от движения [этого] другого [члена] по количеству [17].
4. Также должна быть материя для каждого [предмета], потенциально таковая, так что и для субстанции [она должна существовать]. Отношение же не есть субстанция ни по потенции, ни по энергии.
– Нелепо, следовательно, а скорее [просто] невозможно не-субстанцию делать элементом и предшествующим [элементом] субстанции [18]. Ведь все категории – позже [«субстанции»] [18а].
c) Далее, элементы не предицируются относительно того, для чего они являются элементами [19].
1. Но Многое-и-Немногое предицируется и без [числа] и вместе с числом; и Длинное-и-Короткое [без и при помощи] линии, и плоскость может быть и широкой и узкой. [Стало быть, Многое-и-Немногое и пр. не есть элементы].
2. Отсюда же вытекает и то, что, если существует также некое множество, о котором всегда [говорится, – что оно] – небольшое, напр., двойка (ибо, если [последняя] – велика, то небольшим была бы единица), – то может существовать и то, что является просто большим, как велика, напр., десятка (именно [20], когда не имеется числа больше нее), или десять тысяч. Как же может получиться таким способом число из Немногого и Многого? Ведь нужно было бы, или чтобы и то и другое было предицируемо [о числе] или [чтобы] ни то и ни другое. В действительности же предицируется [тут] только одно из двух.
2. Продолжение.
Принципы как числа.
Вообще надо рассмотреть, может ли вечное складываться из элементов.
a) В этом случае оно будет содержать материю, потому что все, состоящее из элементов, сложно. Если, однако, необходимо, чтобы [состоящее из элементов] происходило из того, из чего [оно состоит] (вечно ли оно существует или происходило [21] [постепенно]), а то, что происходит, то все – из потенциально-сущего (так как из непотентного оно не произошло бы и не существовало бы), и если, [наконец], потентное может и быть энергией (ενεργειν) и не быть, – то, даже если [допустить], что по преимуществу вечно число или что бы то ни было другое, имеющее материю, [все равно] оно может и не быть, как [может совсем не быть] имеющее один день [жизни] и любое количество лет, а если так, то и такое время, которому нет предела. Следовательно, нельзя допустить существование вечного, если не вечно то, что может не быть, как [уже] оказалось установленным в других рассуждениях [22]. Если утверждаемое теперь истинно в общем смысле, [именно], что никакая субстанция не вечна, если она не будет энергийной, а элементы суть материя субстанции, то не существует, надо полагать, элементов ни для какой вечной субстанции, из имманентного наличия которых она состояла бы [23].
b) Существуют некоторые, делающие Неопределенную Двоицу элементом после Единого, Неравное же справедливо отбрасывающие ввиду образующихся невозможных [выводов]. У них устраняются только те трудности, которые необходимо получаются в их словах через превращение неравного и относительного в элементы [24]; те же, которые вне этого взгляда, – они необходимо присущи и им, создают ли они из этих [элементов] видовое число или математическое.
Хотя существует много причин впадения в эти [ошибочные] принципы, однако, больше всего [имеет значение тут] одно старинное затруднение. Именно, они полагали, что, если не разрешится и не будет опровергнуто [25] изречение Парменида:
«Никогда ты не докажешь того, что существует не-сущее» [26],
– то всё сущее должно быть едино, сущим-в-себе. Однако, [по их мнению] [26а], необходимо показать, что [27] не-сущее [именно] существует, потому что [только] таким путем может произойти сущее из сущего, [т.е. из одного сущего], и чего-то другого (поскольку это сущее – множественно).
a) Но, во-первых, если сущее имеет много значений (именно, одно [таково], что обозначает субстанцию, другое – качество, третье – количество и, след., прочие категории), то какое это всё сущее есть едино [28], если не будет не-сущего [29]? Субстанции ли [это] или [их пассивные] свойства и, стало быть, равным образом прочее или все [категории вообще], и именно единым будет «это», «таковое», «столь великое» и пр., чтó [еще] обозначает нечто сущее [30]? Однако, нелепо, скорее же [просто] невозможно, чтобы некая одна [особая] природа, [именно не-сущее], стала причиной того, чтобы сущее было один раз «этим», другой раз «таким», третий раз «столь великим» и четвертый раз – «где».
b) Затем из какого не-сущего (и сущего) [состоят] сущие [вещи]? Раз сущее, то ведь и не-сущее имеет много разных значений. Не-бытие человеком обозначает не-бытие тем-то; не-бытие быстрым – не-бытие таким-то; не-бытие трехлоктевым – не-бытие столько-то великим. Из какого же сущего и не-сущего – множественное сущее?
c) [Платон], очевидно, хочет [иметь тут в виду свою] «ложь» и природу эту называет не-сущим, из которого, да еще из сущего, [происходит] множественно сущее. Поэтому и говорилось, что надо предположить [тут] такую ложь, как и геометры считают футовой линию, которая не есть [действительно] однофутовая. Однако, это не может быть в таком виде. –
1. В самом деле, ни геометры не предполагают никакой ошибки (так как упомянутая посылка [о фактически измеренном нисколько] не [содержится тут] в [геометрическом] силлогизме) [31], ни из не-сущего таким образом не возникают и не уничтожаются сущие [вещи].
