Алексей Крючков – Между двух огней (страница 65)
– Поговаривают, ты подсела на какой-то сухогруз и промышляешь теперь честным бизнесом. Уж не постарела ли легендарная амазонка?
Тесс полностью проигнорировала слова бармена, лишь продолжала сидеть, уставившись в бокал. И только через пару минут она подняла его и залпом опрокинула в себя, после чего пододвинула его к бармену, жестом попросив повторить.
– Вообще раньше у тебя было поприятнее, – заговорила наконец Тесс после третьего или четвертого бокала. – И не помню, чтобы был такой вертеп, – она указала рукой за спину.
– Времена меняются, – улыбнувшись, подмигнул бармен. – Создаю конъюнктуру. Может и тебе кого подобрать? Или там твой капитан тебя удовлетворяет? – ехидно улыбнулся он.
Последняя фраза была явно лишней. Бармен не успел ничего сообразить, как Тесс вскочила со своего места, схватила бармена за майку и притянула к себе, отчего он перегнулся через стойку, чуть ли не перелетев через нее. Последнему помешал лишь его большой живот, упершийся в угол стойки.
– Ты выбирай выражения, – спокойно, но угрожающе произнесла она. – Не то тебя будут собирать по кусочкам в твоем же собственном заведении.
Тесс отпустила бармена и вновь села на стул, осушив очередной бокал с виски и попросив повторить. Бармен замолчал и лишь продолжил делать свое дело. Он продолжал подливать напиток Валькирии, а та его и не останавливала, опрокидывая бокал за бокалом, не произнося ни слова. И, наконец, после очередного бокала, счет которым она уже перестала вести, девушка нарушила молчание:
– Скажи мне, Казмер, что это за хрень? – Несмотря на обилие выпитого, язык Тесс совсем не заплетался. Опьянела ли девушка или нет, было непонятно, и трезвая речь очень удивила бармена, так что он невольно покосился на бутылку у себя в руке: а то ли он наливал Валькирии? – Почти два года летать на одном корабле с людьми, – продолжала тем временем девушка, покручивая в руках полупустой бокал и уставившись в него взглядом. – Делить с ними жрачку и кров, рисковать жизнью, прикрывая друг другу спины. А потом вот так взять и продать всех с потрохами.
– Пфф, да обычное дело, тут каждый первый имел такой опыт… включая тебя, кстати, – бармен ухмыльнулся и в очередной раз наполнил бокал Тесс.
Валькирия лишь слегка покачала головой.
– Мерзость! – воскликнула она, опрокинула залпом полный бокал и со стуком опустила его на стойку.
Казмер несколько секунд помолчал и вздохнул.
– Неужто в этот раз продешевилась?..
Валькирия глянула на бармена исподлобья.
– Ладно, не злись. У меня всегда мурашки от такого твоего взгляда. А меня могла не спрашивать. Ты сама знаешь ответ. Каждый сам для себя знает ответ. Уж не совесть ли у тебя вдруг с годами проснулась? Не помню, чтобы за тобой числились такие грешки.
– Какая там к чертям совесть?! А ты не суй свой нос не в свои дела, целее будет.
– Не психуй, сама спросила, я ответил.
Бармен поднес бутылку, чтобы снова наполнить бокал, но в этот момент Тесс закрыла его ладонью, давая понять, что ей хватит.
– Платить снова будешь потом?
– Я разве тебе задолжала?
– Слава богу, этим ты не славишься, поэтому тебе здесь и рады.
Тесс нажала несколько кнопок на коммуникаторе, не считая переведя сумму, очевидно, несколько большую, чем нужно, судя по расплывшемуся в улыбке бармену.
– Так значит, это очередной трюк легендарной Валькирии? – бармен снова с любопытством облокотился на стойку. – Но все-таки, судя по твоему виду, продешевилась. Потратила кучу времени, а результат себя не оправдал.
Валькирия лишь хмыкнула. Хотя речь девушки и не заплеталась, бармен увидел немного затуманенный взгляд пиратки. Алкоголь определенно ударил ей в голову.
– Я никогда не продеше… продешевл… продешевля… вываюсь, – закончила наконец слово Тесс, задумавшись, существует ли вообще такое слово. – И тебе не снилась даже часть того состояния, что легендарная Валькирия может сколотить, если захочет.
– И какого рода скупщика тебе нужно найти? – в глазах бармена загорелся еще больший интерес. – И сколько я за это получу?
– А кто тебе сказал, что ты мне понадобишься в этом деле? – осадила она бармена. – Может, я уже нашла покупателя.
– Эээ, милая моя, – покачал бармен пальцем. – Ты не просто так затронула эту тему, чтобы похвастаться своим добром. Ты схватила крайне серьезный груз. И пусть он стоит немалых денег, найти тебе покупателя будет крайне тяжело. Я это вижу по твоим глазам.
– По моим глазам ты видишь мою довольно серьезную степень опьянения. Так что не стоит воспринимать мои слова так уж прям всерьез.
– А что же теперь с тем кораблем, на котором ты летала последнее время? Говорят, он какой-то единственный в своем роде. Может, стоило вообще вырезать всю команду и загнать и его, в том числе?
– Может и стоило…
Валькирия попыталась откинуться на спинку стула, но тут же поняла, что никакой спинки у стула нет, и едва не рухнула, успев ухватиться за барную стойку. После этого она, неожиданно для бармена, замахнулась на него кулаком, будто он был в этом виноват.
– Но не учи меня, что и как мне делать.
Тесс взяла стоящую на столе бутылку и сама налила себе еще один бокал, который моментально осушила одним глотком.
– Я сработала, как всегда, чисто, без сучка и задоринки. А команда просто пошла лесом. Так что я снова готова браться за интересную работу.
– Так а что же насчет товара?
– Закатай губу, я сама найду покупателя, и мне не нужны для этого посредники.
– Ну не будь такой категоричной. Тебя боится пол-Системы, а у меня хорошие контакты, ты об этом знаешь. Через меня ты можешь провернуть все в более выгодном свете, а я много не попрошу.
– Поговорим об этом, когда я буду трезвой.
Валькирия развернулась на стуле и попыталась с него спрыгнуть, как бармен схватил ее за запястье.
– Ну нет, моя хорошая. Я тебя знаю. Если я тебя сейчас отпущу, ищи потом ветра в поле, а ты и в пьяном виде способна любые сделки проворачивать.
Валькирия, несмотря на изрядную долю опьянения, ловким движением освободилась из захвата бармена, схватила его за руку и выкрутила так, что бармен скрутился сам, а на лице его отобразилась гримаса боли.
– Не смей меня трогать своими грязными лапами, бородатый!
Она отпустила его и, взяв в одну руку свою сумку с пола, а в другую бутылку с остатками виски, потихоньку направилась к выходу, понимая, что ее вроде бы и не шатает, но скорость лучше не увеличивать.
– Ты все равно потом вернешься! – крикнул ей вслед бармен, потирая пострадавшую руку.
На выходе с ней попытался заговорить кто-то из постояльцев, но громкая музыка, сигаретный дым, алкоголь и маячащие вокруг люди настолько смешались в кашу в ее голове, что она, не церемонясь, просто ударила несчастного кулаком в челюсть, толком не расслышав его слова. Сейчас ее раздражал каждый, кто приближался к ней на расстояние удара.
Тесс вышла из бара и сделала глубокий вдох. Внутри определенно не хватало кислорода. На улице начало темнеть, а в переулке, в котором стояла Тесс, вообще наступила темень из-за закрывающих со всех сторон небо стен зданий.
Тесс сделала глоток прямо из бутылки, с сожалением обнаружив, что он был последний. После чего, размахнувшись и издав свой характерный звериный рык, она бросила бутылку в сторону. Куда угодила бутылка, Тесс даже не посмотрела, но, судя по звону разлетевшихся осколков, это было что-то твердое.
Вечером изрядно похолодало, а на Тесс была надета только кожаная жилетка. Несмотря на это, ей было лень доставать что-то более теплое из сумки, и она шла, засунув ладони под мышки. Валькирия вышла из темного переулка и пошла по широкой улице. Мысли в голове крутились самые разные, половину из которых она и сама сейчас с трудом разбирала. Шла ли она куда-то целенаправленно, или дорога просто вела ее в никуда, не было понятно ей самой. Главное было то, что в ее жизни снова все поменялось. Как было уже не раз, и как наверняка будет еще неоднократно. Все это было не ново для нее, и Тесс ничему не удивлялась. Она привыкла адаптироваться к новым условиям или адаптировать эти условия под себя. И в этот раз, как и всегда, она сделала так, как считала нужным, послав к черту экипаж Странника.
«Больше никаких соплей, – думала она. – Ты снова чуть было не наступила на те же грабли, Валькирия. Никогда ни с кем не сближайся, ты живешь только для себя и выжить можешь только в одиночку. Ты сама по себе».
Все так, как и всегда… хотя не все… Валькирия пыталась отогнать от себя эти мысли, но с тревогой все-таки призналась себе, что она скучает… Скучает по капитану, который, черт его дери, неоднократно спасал ее зад, скучает по здоровяку Майку, который терпел все ее выходки, по Джине, которая тоже не раз доставала ее с того света, и, конечно, по малышке Саманте, к которой, пожалуй, привязалась больше всего.
«Лео? Ну вот по нему, я, пожалуй, не скучаю, хоть какая-то отдушина. Ты размякла, Тесс, – зарычала она в мыслях сама на себя. – Превратилась в размазню, и это выйдет тебе боком. Ну да ладно. Время… время вернет все на круги своя. На Земле больше оставаться нельзя, нужно лишь найти корабль и валить из этого цивилизованного мира к чертям собачьим!»
Валькирия сама не знала, сколько она прошла, но обнаружила, что находится уже на другом конце города, а на улице окончательно стемнело. Тесс глянула на часы и с удивлением обнаружила, что она шла уже несколько часов. За это время алкоголь полностью выветрился из ее организма, но вот только она окончательно продрогла.