Алексей Котейко – Бабочка на золотой шпильке (страница 7)

– Сэр Хаффем.

– Простите, сэр Хаффем, но это не лабораторный анализ.

– Хорошо, – согласился Оливер, и развернул второй свёрток. Теперь на стол поверх ткани легла залитая кровью кочерга. Шандор едва заметно вздрогнул от отвращения.

– Я думал, вы профессиональный сыщик? – холодно спросил агент СКС.

– Я просто уже догадываюсь, что обнаружу, – глухо отозвался Шандор и, не вдаваясь в разъяснения, снова коснулся запёкшейся на металле крови.

В этот раз он простоял неподвижно гораздо меньше времени, но когда выдохнул, то невольно скривился и закашлялся. Несколько раз глубоко втянул ноздрями воздух, словно стремясь избавиться от неприятного запаха, затем достал из кармана коробок спичек и зажёг одну. По комнате поплыл аромат горящей серы, и Лайош с наслаждением вдыхал этот запах, пока спичка не догорела до самых кончиков его пальцев. Тряхнув головой, сыщик уже не мутным, но вполне сосредоточенным взглядом, посмотрел на сюретера и агента.

– Кочергой орудовал второй, – с уверенностью заявил он.

– Значит, двое нападавших и драка… – начал было Хаффем, но Шандор перебил его:

– Нет. Нападавших двое, но никакой драки не было. Это ведь кровь Папаши Стэна, но тут ничего, кроме безмерного удивления – и боли.

– То есть на него напали внезапно? Со спины? – нахмурился агент. – Тогда откуда кровь на сабле? И что вы скажете об этом? – он отвинтил крышку баночки и продемонстрировал плавающий в формалине палец.

– Скажу, что лучше бы эта улика попала ко мне до того, как вы надумали её законсервировать, – пробормотал Лайош, осторожно извлекая из раствора палец. Подержал его несколько секунд, потом так же осторожно опустил в раствор и, вытащив из кармана платок, тщательно вытер пальцы.

– И? – Оливер завинчивал баночку, но смотрел при этом на сыщика.

– Сейчас я выскажу предположение, – предупредил тот. – Вы вольны не принимать эту гипотезу.

– Мы внимательно слушаем.

– Папаша Стэн сам впустил своих убийц. Он отпер им калитку и дверь, и, наверное, пропустил вперёд себя в дом, раз они не касались калитки.

– Они пришли продать украденный набор, – согласно кивнул Хаффем.

– Не уверен, – покачал головой Шандор. – По-моему, они хотели расплатиться этим набором за какой-то заём. Может быть, с выгодой для себя, но это не был торг в обычном виде.

– Почему? – подал голос прежде молчаливо наблюдавший за происходящим Ла-Киш.

– Потому что этот бедолага, – кивнул Лайош на баночку, – добровольно положил руку под саблю. Вы ведь тоже слышали про милую привычку Папаши напоминать своим должникам о сроках выплат, отрезая у них пальцы или уши?

Сюретер кивнул, что-то обдумывая.

– Значит, первый положил руку, Алва рубанул саблей… – начал Оливер.

– А второй, схватив кочергу, ударил самого скупщика. И бил ещё долго после того, как тот уже перестал дышать, – подытожил Шандор.

* * *

Дорогой читатель!

Большое спасибо, что заглянул! Надеюсь, история понравилась, и ты прочтешь её до конца.

Если тебе по душе «вечный XIX век» – возможно, заинтересует цикл «Балканская партия». Бояръ-аниме, 1870-е годы, русско-турецкая война и христианские восстания на Балканах. Серая мораль, кровная месть, борьба за власть, интриги и заговоры.

Первую книгу можно найти тут: https://www.litres.ru/72808917/?lfrom=1119238734&ffile=1

Глава 4. Гуль

Сэр Хаффем молчал всю обратную дорогу до Канцелярии, однако когда Ла-Киш направился к лестнице, собираясь пройти в свой кабинет, Оливер без промедления последовал за ним.

– Простите? – сюретер вопросительно посмотрел на агента. – Вы со мной?

– Именно так.

– Я думал, СКС забирает расследование себе.

Оливер огляделся по сторонам, на торопливо пересекающих холл во всех направлениях констеблей, секретарей и клерков.

– Нам лучше поговорить в вашем кабинете.

Ла-Киш помедлил, потом кивнул и принялся быстро подниматься по ступенькам. В маленькой приёмной из-за своего стола навстречу шефу поднялся секретарь.

– Меня ни для кого нет, – распорядился сюретер и отпер дверь. – Прошу, – он сделал приглашающий жест.

– Я бы выпил чаю, – заметил сэр Хаффем, едва Ла-Киш прикрыл дверь за собой.

– К сожалению, у меня только кофе, – голос сюретера звучал совершенно спокойно, однако агент, похоже, почувствовал глубоко запрятанную насмешку. Серые глаза остановились на лице собеседника, и Ла-Киш отметил про себя, что смотреть в них всё равно как смотреть в морскую даль в пасмурный день, когда непонятно, где кончается вода и начинается небо.

– У меня аллергия на кофе, – пояснил Оливер и, не дожидаясь приглашения, опустился в кресло.

– Как жаль.

– Я вам не нравлюсь, – констатировал агент.

Ла-Киш, уже шагнувший было к двери, чтобы распорядиться насчёт кофе, обернулся к собеседнику.

– И не должен, – продолжил тот. – Но нам предстоит работать вместе, поэтому личные симпатии и антипатии лучше сразу же отставить в сторону. Это вредно для дела.

Сюретер задумчиво переложил из руки в руку трость, потом с лёгким стуком опустил её на плашки паркета и, опершись на набалдашник обеими руками, исподлобья взглянул на агента:

– Может быть, объяснитесь наконец? Утром вы вытурили меня с места преступления, а теперь внезапно решили действовать сообща?

– Официальный запрос из нашего ведомства в ваше должен поступить до конца дня, – пояснил Оливер. – Но мне бы не хотелось понапрасну терять время.

– Если вам нужны мои люди…

– Именно. И вы сами. Мне рекомендовали вас как одного из лучших сотрудников Канцелярии, – сэр Хаффем произносил это таким тоном, каким мог бы читать текущее расписание поездов. – Думаю, и ваши люди будут куда охотнее, а потому продуктивнее, работать под вашим началом.

– А мне, видимо, предложено место мальчика на побегушках? – губы Ла-Киша скривились в усмешке. Агент помолчал некоторое время, будто размышляя над ответом.

– Это зависит от вас, – наконец отозвался он. – Я лично рассчитывал на равноправное участие.

Сюретер пожал плечами и присел на край своего стола:

– Тогда мне нужно знать, с чем в действительности нам предстоит иметь дело.

– Понятия не имею.

Ла-Киш удивлённо вскинул брови. Сэр Хаффем, на секунду утратив свою холодную сдержанность, хмуро кивнул:

– Именно так. Ни малейшего понятия. Вариантов множество, от спланированной акции по уничтожению улик до заговора против монарха. Алва Стэнсфилд, как вы уже знаете, сотрудничал с СКС.

– Собирал для вас слухи и сплетни преступного мира?

– Его работу курировал лично граф Бенедикт Ардаши.

Сюретер склонил голову набок, оценивая услышанное. Имя главы Специальной королевской службы было ему хорошо известно. Граф Ардаши два года назад сменил на этом посту барона Энгельгардта, возглавлявшего СКС более четверти века. Поседевший на государственной службе барон, по слухам, чем-то не потрафил очередной фаворитке короля, и теперь вынужден был доживать век в одном из своих имений. В то время как граф, молодой и деятельный протеже – опять же по слухам – той самой фаворитки, сразу принялся за модернизацию вверенного ему ведомства.

– Что такого ценного мог разузнать для вас Папаша Стэн? – задумчиво проговорил Ла-Киш.

– В том-то и дело. Во вскрытом сейфе на втором этаже не оказалось ни единого документа. Либо Алва хранил их в каком-то другом месте, либо – что вероятнее – документы похищены.

– Что за документы?

– Этого я не могу сказать даже вам.

– И как вы предлагаете моим людям искать их? – иронично осведомился сюретер.

– С этим как раз всё просто, – тут же отозвался сэр Хаффем. Он поднялся из кресла и подошёл к столу. Взяв с подноса чистый лист бумаги, а из подставки карандаш, Оливер нарисовал что-то вроде куриной лапки: крест, дополненный в верхней половине диагоналями слева и справа.

– Это его знак. Присутствие такого символа на документе означает, что документ прошёл через руки Алвы. Книга, письмо, счёт из ресторана – вашим людям нужно всего лишь искать эту метку. Либо подпись.