Алексей Колмогоров – Сахар (страница 67)

– Тебе же хорошо со мной. Зачем он тебе?

– Перестань!

– Зачем ты идешь туда?

Нет, правда, он на солнце, что ли, перегрелся?

Остановились. После хруста, шелеста и треска стало очень тихо.

– Чего ты добиваешься? – Она еще старалась говорить спокойно.

– Тебе не надо туда, – сказал он с пугающей и совершенно не свойственной ему серьезностью.

– Я только посмотрю, что с ним… – Она почти извинялась.

– Не надо туда ходить. Там все уже случилось.

– Что случилось?

– Все случилось. Или случится, что в принципе одно и то же.

Она испуганно смотрела в его неподвижное и теперь совсем незнакомое лицо.

– Милый, что с тобой?

– Милый? Я – милый? Живешь со мной, а чуть что – мчишься к нему. Ты даже не знаешь, случилось ли что-то, а бросаешься сломя голову.

Она задохнулась и не сразу смогла заговорить.

– Это что за сцена! Ты не мог найти другого места и времени! И вообще, что за права ты на меня предъявляешь?

Она никогда не видела его таким – отчужденным, пустым.

– Ты должна выбрать, я или он, – сказал Альфонсо.

Нет, не сказал – огласил, как приговор, и Элена поняла с пронзительной определенностью: оно может убить, оно – это незнакомое ей существо. Элена попятилась, и тут же осталась одна: стоит только сделать шаг, и чаща смыкается вокруг, как вода. Она больше не видела это существо и побежала, ломая стебли. Кто он? Или оно? Зачем он завел ее сюда? Маньяк? Погони она не слышала и уже подумала было, что спаслась, но вдруг справа в редких просветах зелени заметила мелькающую фигуру. И услышала голос.

– Да послушай…

– Кто ты? – кричала и бежала.

– Ты меня боишься? С чего вдруг? – отозвался он неизвестно откуда.

– Кто ты?!

– Ты знаешь, кто я.

Он говорил, а не кричал и двигался бесшумно, будто летел, не прилагая к этому усилий.

– Больше не знаю!

Дальше бежать не могла, брела, цепляясь за гнущиеся стебли.

– Давай поговорим, – его голос витал. – Куда ты, вечно брошенная?

Она влачилась в тростнике. Это расплата! Всегда чувствовала, что ее грехопадение с этим мальчиком кончится чем-то ужасным. Остановилась, ничего не слышала, кроме собственного дыхания. Может, оно отстало, потеряло ее? Но нет.

– Он никогда не вернется. Нет такого варианта. Поедем в Гавану и будем жить долго и счастливо.

Его негромкий голос окружал ее, обволакивал.

– Кто ты?

– Тот, кто предан тебе. Я всегда буду с тобой, но пока он там… он мешает.

– Что значит – мешает? Что ты задумал?

– Просто не ходи туда.

– Ты больной? Оставь его в покое! И меня!

Послышался вздох, что как-то совсем не вязалось с бесплотностью и пространственной неопределимостью голоса.

– У тебя есть три пути: первый – уехать со мной, и тогда он умрет, а мы будем вместе; уехать без меня, и тогда он умрет, и мы не будем вместе. И третий – пойти к нему, и тогда… нет, не скажу, просто прошу – не ходи.

С безумцем лучше поддерживать диалог.

– Почему ты не скажешь, что будет в третьем случае?

– Вопросы задавать нельзя. Решай. Три пути тебе предложены, других подробностей не будет.

И тут она вспомнила что-то и снова испугалась до холодеющих кончиков пальцев.

– Три пути… Я уже слышала про три пути… Это ты убил Карлоса?

– Карлоса убил ревнивый муж проститутки.

– Я слышала, как один парень говорил с Карлосом про три пути… Так это был ты? Это был ты?!

11

Элена уже слышала про «три пути» в тот самый день, когда познакомилась с Альфонсо и он рассказал ей, что видел Диего вместе с Карлосом в баре. Она сразу поняла – это заговор! Снюхались за ее спиной Карлос и Диего. Мало того, что Карлос не исцелил Диего от его позывов к бегству, так теперь, когда эта черная сука в коме, он мутит что-то, чтобы ее вылечить! Конечно! Что же еще может их связывать? Вероятно, предатель Карлос сам нашел предателя-мужа и предложил ему вылечить его девку, чтобы заработать еще и на этом. Сволочи!

Элена пришла в бешенство от двойного предательства, и тут ее новый поклонник, улыбчивый Альфонсо предложил свою помощь. Он готов был отправиться с Эленой в Тринидад хоть сейчас. Конечно, она догадывалась о природе его альтруизма, но решила об этом пока не беспокоиться.

В общем, Элена бросилась в погоню вместе с Альфонсо на его длинном белом «бьюике», чтобы найти этих двух предателей и плюнуть каждому в лицо!

В Тринидаде Элена пребывала в прострации и доверила Альфонсо все «следственные» действия. И он как-то быстро обнаружил квартиру, где остановились два предателя, а также проследил за ними до бара, где они засели пьянствовать. Элена хотела сразу войти и закатить им скандал на публике, но Альфонсо отговорил ее. Он предложил сначала послушать, о чем они там болтают, чтобы понять, что они задумали, и всё устроил просто на удивление. Он с кем-то договорился в том баре и провел Элену с черного хода к перегородке, отделяющей кухню от зала. Ни повара, ни официанты не обращали на них внимания, будто их и не было. Элена за тонкой переборкой могла слышать и видеть через щель Карлоса и Диего, сидевших за ближним столиком. Альфонсо тут же исчез, пообещав вернуться за ней через полчаса.

– Скажи, в чем разница, я хочу понять, – приставал Карлос к Диего.

– Что ты хочешь понять?

– Вот у тебя было три женщины в жизни…

Тут Элена вся обратилась в слух.

– Кстати, в это трудно поверить, – вещал Карлос, – но ты ведь не трахался больше ни с кем, кроме этих трех, я же знаю. Ты их любил, трех, но делал с ними одно и то же. Спрашивается: в чем разница? Или лучше так: которая из трех – та самая?

Диего молчал. Элена вглядывалась в его плечи и затылок, пытаясь угадать ответ, не видя его глаз, и, если бы он хотя бы шевельнулся, она прочла бы что-то даже по этому движению, но он не шевелился. А Карлос продолжал:

– Всегда одно и то же: твои безумства, страдания, свидания – не говоря уже о постели. И, справедливости ради, даже безумства твои разнообразием не отличались – так, легкие вариации.

Вот как. А Элена всегда думала, как им повезло, что у них случился такой невероятный, неповторимый роман длиною в жизнь.

– Иди к черту, – сказал Диего.

Элена вздрогнула, будто муж послал ее.

Карлос еще долго допытывался, какая разница между женщинами, если все они одинаковы. Идиот. В баре шумели, играли музыканты, и она не все слышала, только обрывки фраз:

– …Почему ты влюбляешься снова, хотя еще любишь? – вопрошал Карлос. – Почему нельзя влюбиться в одну и тем ограничиться?

А вот это вопрос. Тут у стойки бара загалдела, захохотала компания, и, к досаде Элены, ответ Диего потонул в шуме, а следующую фразу Карлоса она расслышала только через пару минут.

– Хорошо. Упростим задачу. – Карлос все больше распалялся. – Возьмем твою последнюю, Клаудию эту. Что в ней такого?

Диего пробормотал негромко и будто лишь для того, чтобы отвязаться: