Алексей Гутора – Экскурсия на Венеру (страница 8)

"Алиса, расскажи о локаторах и выдай нам их."

Кажется, что роботизированная система слегка обрадовалась. Не знаю почему, но именно эта эмоция показалась мне присуща в данный момент нашему безэмоциональному попутчику. Плавно потрескивая интерактивный интеллект подгрузил данные, звучно выпустил хрип из динамиков прочистив их… раздалась гулкая тишина…

"Локаторы расположены в колбах из закаленного стекла, – тут же зажегся свет слева от нас. В темноте возникли черные "чемоданы" в прозрачных цилиндрах. Мы пригляделись к ним. Кто-то из команды издал недовольный вздох. Алиса продолжила. – Локаторы имеют выдвижные ручки с четырех сторон. Края локаторов закруглены, острые углы отсутствуют. Вес – пятьдесят килограмм. На нижней части имеются гусеницы, сверху – дисплей с тремя кнопками: "включение", "выключение" и "загрузка данных". Исследование прерывается, если локатор передвинуть после нажатия последней кнопки, для дальнейшего продолжения изучения местности нужно снова нажать соответствующую клавишу. Ждите завершения анализа местности. Шкала каждого пятидесяти килограммового устройства должна заполниться полностью. Локаторы противоударные, полностью герметичны, водонепроницаемы, не подвержены горению, устойчивы в агрессивной химической среде. Когда вы достигнете мест, отмеченных на ваших картах, включите устройства для исследования планеты, дождитесь окончания заполнения шкалы на верхней части локатора на 100%, затем отправляйтесь назад на космолет. Прибыв на место сбора поместите их обратно в колбы для дальнейшей выгрузки данных. Я совершу проверку информации и сообщу о результатах исследования. После чего мы сможем улететь обратно на Землю. Повторяю: зимняя буря на Венере состоится через семь дней, срок приблизительный, прошу это учитывать при дальнейшем перемещении на местности. Батареи при нынешнем потоке солнечных лучей зарядятся за три дня. Желаю вам всем удачи, группа первопроходцев. Жду локаторов в своем "лоне" с полностью заполненными шкалами."

У меня в голове возникли несколько вопросов, яркими вспышками озаряющими нашу неполную реальность, но я их не озвучил, уберегая время от напрасной траты – каждая секунда теперь была дорога. Динамики резко затихли, однако голова Алисы продолжала наблюдать за нами с поверхности матового монитора. Все молчали, молчал и я за компанию. Эмоциональное потрясение, отсутствовавшее после периода долгого приземления, вновь ворвалось в недра нервной системы. Руки и ноги свела неловкая судорога, которая в общем вскоре пропала. Венера, мы идем!

Взяв в руки чемоданчики мы покатили их к выходу. С шумом створки первых ворот отворились. Группа прошла в маленький коридор. Запах спирта впился в нос. Компания первопроходцев закрепила шлемы на головах. Подняв забрало и капюшон я закрепил их также и пошел потихоньку за остальными. Ворота позади затворились. Дезинфицирующий пар антисептика из распылителей ударил в лицо. "Почему мы стоим? Почему не открываются основные двери?" – эхом разносился истерический голос певицы по узкому белому коридору звездолета. Зашипело. Заскрипело впереди. Шестеренки и поршни пришли в движение. Железные телескопические лесенки лязгнули разгибаясь наружу. Внутрь хлынул жаркий и странно дурманящий воздушный поток, преломляющий взгляд искажающим еле видимым паром. За спинами мужчин я увидел дюны, тянувшиеся до самого горизонта. Их было в действительности несчитанное множество. Ветер, певший нам свистом неизвестную степную песню, замолк за миг сказав по-своему "привет".

Я же чуть помедлил спускаться, в отличии от остальных, прикрыв лицо рукою, подождав, когда окружающая атмосфера "усмирится" и все окружение придет в норму… От дверей из космолета меня отделяли какие-то десять метров лестницы, ведущие к желтым пескам Венеры, а по-сути в неизвестность. Телескопическая лестница, полностью выпрямившись, медленно выдвинулась вниз, закопавшись в песок. На ее поверхности образовались зазоры, своеобразные бугорки, неровности, чтобы нашим ногам было о что упираться во время спуска на венерианские пустоши и подниматься наверх обратно на космолет.

Ворота "горестно выдохнули" полностью затворившись за моей спиной, мы вышли с "чемоданами" на поверхность Венеры. Передо мной, скрепя по полу гусеницами, тащились три локатора. Чувствовалось нервное напряжение команды. Оно не развеивалось. Дверь позади напоследок звякнула замкнув герметичные замки. Пространство планеты сжало меня и мои мысли в придачу. Дурнота подступила к горлу вместе с тошнотой. Непонятный страх опутал щупальцами горло не давая дохнуть. Вновь появился все тот же сизый пар, что довелось видеть мне еще из иллюминатора. Он хлынул на нас с невероятной силой и исчез за доли секунды. Жидкость быстро испарилась с костюма. Спирт антисептика растаял мгновенно.

Компьютер показывал дорогу моей команды: нужно было идти направо сразу через горы дюн. Так, дорога понятна… теперь главное успокоиться… восстановить дыхание и сконцентрировать непослушный взгляд…

Мы стояли на песках Венеры, а ее ветер иногда напевал нам свои неразборчивые песни.

"Жарко," – тихо прозвучало завывание от механика, держащего локатор мощной хваткой правой руки.

"Не то слово. И это – зима!" – подтвердил биолог, поглядывавший на поднимающуюся лестницу, приподнимаясь на носках.

"Не нравится мне это. Тихо как-то…" – военный потирал левый кулак, зажимая в правом выдвижную ручку от исследовательского "чемоданчика". Мужчины трещали время от времени постукивая ногами об песок, девушки молчали. В мою сторону то и дело поглядывала молоденькая медик моргая голубыми глазками. Златовласка стояла по левую руку от меня довольно улыбаясь. Она и инженер должны были пойти со мной в джунгли. Я кратко улыбнулся девушке в ответ. Но в голове все равно летала смертоносная мысль о предстоящем приключении на неизвестной планете.

Когда я был мальчишкой, то мечтал о полетах в далекий космос, в чернеющую мглу вселенной, таящую в себе неведомые просторы иных миров… а теперь же, когда мои мечты сбылись, все падает из рук… кажется реальность совсем неестественной, неосязаемой, вязкой, как пески на болотах Южной Америки.

"В детстве и юности так желалось полететь к звездам, погулять по планетам, отличных от Земли. И вот… сейчас… стоя перед выходом из космолета, я трясся и боялся реализации своих детских фантазий, как какой-то нелепый трус. Почему? Почему мы – люди, следуя за мечтой, так хорошо "стартуем", но "финишируем" уставшими и совершенно высушенными, обессиленными, будто нам и вовсе не нужна была "победа"? Я же всегда желал побывать на других планетах! И вот сейчас боюсь, опасаюсь своей обжигающей мысли мечты! Мечта юности моей, я иду не смотря ни на что! Я иду, жди меня, поверхность неисследованной Венеры!"

Лестница тихонько скрипнула окончательно убравшись в днище корабля. Я не помнил гравитацию Земли, поэтому теперешнее притяжение Венеры воспринялось организмом достаточно адекватно. В воздухе висела легкая прозрачная дымка. Воздух, казалось, был пропитан каким-то ненастоящим, сверхъестественным испарением с четким оттенком белизны, поднимающимся снизу вверх на высоту два метра. Кто-то со стороны заметил, что здесь должно быть настоящая вонь!

"Метан," – тяжело пояснил воскликнувшему человеку наш биолог. Приборы на компьютере были в норме. Собственно можно за жизнь не опасаться и снять забрало скафандра оставив голову обнаженной. В закрытом костюме дышалось к стати вовсе не плохо. Автоматическая подача воздуха в "замкнутом" состоянии комбинезона работала что надо… И все же хотелось ощутить аромат этого места всем телом, всеми рецепторами земного организма понять атмосферу неизведанной планеты. У костюма были небольшие недостатки связанные с обзором и глухотой. Воспринимать в нем информацию я не мог в полной мере адекватно. Он также сковывал движения. В нем не сказать, чтобы было некомфортно, нет. Просто вся атрибутика ощущалась как рыцарские доспехи стягивающие и сдавливающие суставы. Приходилось проявлять усилия, чтобы заставить скафандр сгибаться. поднявшись на горную гряду я дождался пока остальные последуют вслед за мной. Присев я зачерпнул рукой песок, показавшийся мне неестественно сахарным, излучающим искристый свет. Первое, что возникло в голове: это же своего рода некий минерал! А что если начать добывать его прямо из непосредственного источника?

"Кажется в песке что-то есть," – сказал я обернувшись к команде.

"Изучим. Надо для начала исследовать местность," – ответил биолог упершись взглядом в сторону горизонта.

На Венере все ощущалось иначе, нежели чем на Земле… Все здесь казалось каким-то зыбким, ненастоящим, каким-то искусственным… Думалось – возможно шлем тому непосредственная причина, точнее забрало, стекло, отделявшее тело от внешнего мира. Нужно удостовериться в том точно… Я хотел было открыть защелку, но ко мне подошел(даже подбежал) священник. Духовник поглядел в мои глаза через защитное стекло своего скафандра, от чего показалось, что он хочет меня исповедать перед тем, как совершится опрометчивый поступок не подлежащий никакой логике.

"Да, что такое?" – заговорил я с ним. Члены отряда позади медленно поднимали локаторы на вершину дюны. Один за другим чемоданчики, царапая песок, погружаясь в него сантиметра на три, оставляли ровный след упрямо волочась вперед. Какой же он податливый этот песок!