Алексей Гребенников – Перед будущим (страница 12)

– И что?

– Ну, он и посылает. Кому что надо: голы, очки, секунды.

–Как он выглядит, бес твой?

– Он не мой, во–первых, во–вторых, его никто в настоящем обличье не видит.

– Как это?

– А вот так. Он если и общается, то через посредников: то незнакомый человек с тобой заговорит, то телевизор. Не включенный.

– Телевизор не включенный… А при чём здесь открытый перелом?

– При том. За всё платить надо. Бес спортивный, он, конечно, не убивает, но инвалидом можешь на всю жизнь остаться, смотря какая травма тебя настигнет. Спортивная. Сидорова последнее время сильно в гору пошла, хотя раньше даже середнячком не считалась. Ей, наверное, на первом месте на региональной спартакиаде остановиться надо было, так нет. Выше, дальше, быстрее.

– То есть, что получается, плата наступает только на дистанции? Или во время матча? Если достиг результата, о котором просил, и ушел, то, может, расплаты и не будет?

– Я не знаю. Может, и не будет. Бес–то спортивный, на другие дела его юрисдикция вряд ли распространяется, – Машка вздохнула. – Такова спортивная жизнь.

Вернулись мы в лагерь не солоно хлебавши. И тут первое, что я вижу, это сладкая парочка «твикс»: наша звезда Карина и он, Леонид. Улыбаются. Она что–то мило щебечет и ручкой его поглаживает. Завораживающе. Тьфу. Убила бы. Обоих.

На утренней разминке тренер объявил, что и нам господь прислал счастье. И нам улыбнулась удача в виде хороших спонсоров. Но спонсируют они не всё подряд, а только «детский айронмэн». Но помогут хорошо, денег дадут не только на маечки с вымпелками. Так что готовьтесь, орлы. И орлицы. Будем поражать спортивный мир достижениями своими. Особенно спонсоров. А там, глядишь, и международный уровень – Австралия, США, Китай, Конго. Тренер аж зажмурился от чарующих перспектив.

«Айронмэн», значит. Накаркала я. Как в воду глядела.

Но призы пообещали нешуточные, действительно, поездку в Австралию и много чего ещё, прямо сказка какая–то.

Неумолимо приближался день соревнований. Я тренировалась как проклятая. А моя любовь становилась всё сильней. Безумие какое–то. Двумя фразами обмолвились, а голос его звучит в ушах как музыка.

– Какой–то ты хмурый! Волнуешься?

– Да, – Леонид сосредоточенно перешнуровывал кроссовок.

– Тебе–то чего волноваться, ты на Гавайи и так можешь поехать, на папином горбу. Или врут про папу?

– Не врут.

– И?

– Что и? Тебе какое дело?

– Да я так, извиниться подошла. Подбодрить перед стартом.

Леонид странно посмотрел на меня. Гораздо мягче, почти шёпотом произнёс:

– Ты не представляешь, как для меня это важно. Доказать ему, что я тоже чего–то стою.

– Кому? – тупо спросила я, хотя догадаться было несложно.

– Отцу. Это он всё замутил, соревнования эти, призы, у него денег, как у дурака махорки. Да и лагерь наш, если на то пошло, он и содержит. Надо, говорит, ребятам талантливым помогать, не все же такие бездельники–уроды, как ты. Смеётся. Я, говорит, знаю, что ты не на что не годен, но все же – вот тебе шанс.

– А гордо плюнуть и уйти?

– Сначала сыграть по его правилам и победить, а там видно будет. Да и…

– Да и что?

– Да и то. «Уйти»… Несовершеннолетний я. Восемнадцать как раз сегодня. Вечером.

– Тю! Да ты малолетка!

Как ни странно, он не обиделся, а наоборот, засмеялся. Хорошо, когда у человека здоровая психика.

– Что дружить с малолеткой не будешь?

Сердце аж прямо захолонуло. Но не успела я и придумать, что ответить, сзади, как буря, налетел тренер.

– Ариша! Михайловна! На старт беги! Девочки первые стартуют. Сначала плывём, потом велосипед, твой рыженький, не забудь! Потом бег, это тебе легко, развезло только после дождя, да ничего, ты у нас, как цапля, вышагаешь, гы-гы-гы!

Я покраснела. Вместо слов, таких необходимых сейчас. Ну, тренер…

Пока шла к старту, трезво оценивала перспективы. Не свои, его, Леонида. Со всей очевидностью было понятно, что ему ничего не светит. Даже в десятке. Мальчик он развитый, спортивный, тренируется упорно. Но этого мало. Мало! Тут с такими данными понаехали. Да и с характерами. Бойцы. Орлы, не люди. Слетелись на призы. Разве что, только чудо. Не успела я додумать эту мысль, как навстречу двое из ларца: Тоша и Гоша.

– Няня, привет! – орут, улыбки до ушей, – мы за тебя болеть пришли! И смотреть, чтобы всё честно было!

– А не то…, – уже без улыбки добавил Гоша, демонстрируя застарелые шрамы на костяшках пальцев.

Ироды, а приятно. Полно у меня фанатов.

– Так, засранцы, брысь отсюда, не путайтесь под ногами!

Услышав знакомые позывные, братья ещё больше заулыбались.

– Мама и папа тоже здесь, на трибуне! А мы через оцепление пробрались тебя поддержать! Няня, вперёд!

Я не заметила, как образовался круг со мною в центре. Тренер, девчонки, судьи, помощники–волонтёры. Причём, все улыбались.

– Так, ребята, ладно, идите вон туда болеть, – тренер махнул Тоше и Гоше в сторону трибун. – А ты, Няня, давай на старт.

Стартовали.

«Бес спортивный, бес надежный! – повторяла я про себя на автомате, преодолевая кролем водную дистанцию. – Пошли удачи! Пошли первое место! – думала, садясь на «рыженький» велосипед. – Пошли не мне, пошли ему! Меня и так папа с мамой любят. Я плачу! Я на всё согласна!» – шептала, крутя педали.

– Ты на всё согласна? – спросил вдруг меня мальчишка–волонтёр, принимая велосипед.

Я даже не удивилась.

– Удачи! Удачи тебе! – кричали болельщики из–за ограждения.

Нет, не мне! Ему!

Появился тренер, протягивая пластиковый стаканчик с водой.

«Первое место? Точно?» – прочла я по губам. Глаза у тренера словно окостенели, словно во сне.

– Точно. Точно. Первое место. Только первое.

–Надо платить! Платить! – вдруг заорал в мегафон судья.

– Я плачу, плачу, – прошептала я, подбегая к той самой горке, где проходил предыдущий кросс.

А вот и знакомый обрыв. Я даже не удивилась, когда у меня подвернулась нога, и я кубарем скатилась вниз в колючие заросли дикой малины и крыжовника. На зарослях приключения не кончились, они скрывали еще один обрывчик с камнями и ручьём внизу. Втыкаясь головой в ручейный бережок и теряя сознание, я подумала, что хотя бы от жажды не умру…

– Эй! Эй, ты живая?!

«Эй» – это я.

– Я не «Эй», я Арина, – шепчу я мутному человеческому контуру, наклонившемуся надо мной. Болит, кажется, всё. Но всё ли я сломала –вот в чём вопрос.

– Я знаю.

Силуэт спасителя обретает чёткость. Это Леонид. Вот так сюрприз.

– Ты чего здесь делаешь? Твоё место там, – я вяло машу рукой в сторону финиша.

– Моё место здесь, – твёрдо сообщает мне Леонид.

– Как ты меня нашёл?