Алексей Фролов – Энциклопедия древнескандинавской мифологии и культуры. Издание 1 (страница 21)
Д. Линдлоу утверждает, что образ богини Хель не может быть четко прослежен вне сочинений Снорри Стурлусона, на что Х. Дэвидсон возражает очевидной аналогией между древнескандинавской Хель, а также ирландскими Дабд, Махой и Морриган. Исследовательница видит в этом прямое указание на реальную возможность существования древнего образа богини смерти. Р. Симек дополняет это заключение упомянутыми изображениями на брактеатах IV – VII веков.
Богиню Хель также связывают с другими женскими персонажами древнескандинавской мифологии – богиней штормового моря Ран, которая забирает себе погибших моряков, и богиней Гивьюн, к которой попадают девушки, умершие девственницами.
Образ Хель в современной культуре
Сегодня образ древнескандинавской богини Хель нашел широкий отклик в массовой культуре. К примеру, Хель под своим древневерхненемецким именем Хелла появляется в одноименной серии комиксов Марвел, а также в экранизации комиксов о Торе. Существует несколько музыкальных групп под названием «Hel», две из Германии, одна из Швеции и одна из Нидерландов.
Также в честь богини Хель был назван один из астероидов в поясе между Марсом и Юпитером. Образ богини Хель в том или ином виде присутствует во многих компьютерных играх, включая World of Warcraft, Hellblade: Senua’s Sacrifice, Smite, EVE Online, Tomb Raider: Underworld.
Любопытно отметить, что в польской провинции Померания есть портовый город Хель, на гербе которого изображен ключ. Герб города может являться отсылкой к той самой первичной словоформе из протоиндоевропейского языка со значением «скрывать».
Также упомянем о том, что постановлением Комитета личных имен Исландии с января 2017 года в этой стране детям запрещено давать имя Хель.
Хермод – храбрейший из асов
В скандинавской мифологии бог Хермод – важный, но не самый известный персонаж. Дело в том, что во всем тексте «Младшей Эдды» мы встречаем его лишь одиножды. Тем не менее, известно, что Хермод по прозвищу Удалой (или Храбрый – в зависимости от перевода, ведь «хермод» с древнескандинавского так и переводится – «храбрый») был сыном Одина. Вероятно, в Асгарде он выполнять функции, аналогичные тем, какие греческий Гермес выполнял на Олимпе. Иными словами, Хермод – посланец богов, их глашатай.
Эддический миф, в котором упоминается бог Хермод, связан с историей о гибель Бальдра. Когда любимый сын Одина погиб от омеловой стрелы, Фригг спросила, кто из асов настолько храбр, что не побоится пройти Дорогой Хель и попытается вызволить Бальдра из мира мертвых. Вызвался Хермод. Один дал ему своего скакуна, Слейпнира, и отправил в путь. Хермод скакал девять ночей, как говорит «Младшая Эдда», он двигался по «темным долинам, в которых ничего не было видно». Наконец, бог Хермод достиг реки Гьелль, что отделяет Хельхейм от Нифльхейма. Ему нужно было пройти по золотому мосту (Гьялларбру), который охраняла великанша Модгуд. Великанша спросила Хермода, кто он такой и зачем хочет попасть в Хельхейм. Модгуд отметила, что днем ранее по мосту прошли «пять полчищ мертвецов», мост под одним Хермодом грохотал также, как под ними. Храбрый ас ответил, что он прибыл из Асгарда, чтобы попытаться вызволить своего брата из мира мертвых. Модгуд сказала, что видела Бальдра, и согласилась пропустить аса, сказав, что путь в Хельхейм лежит вниз и на север от моста.
Бог Хермод поехал дальше, но дорогу ему преградила железная решетка, это был вход в палаты Хель. Ас спешился, затянул подпруги Слейпнира, вновь сел на коня и попросту перескочил через ворота. В палатах Хель Хермод увидел Бальдра, но, согласно эддическому тексту, ас заночевал в палатах, и лишь наутро отправился к повелительнице мертвых. Он стал просить Хель отпустить сына Одина, ибо «великий плач разнесся по всей земле» после его гибели. Но Хель не поверила этому, она сказала, что должно проверить, все ли так любили Бальдра. Она сказала Хермоду возвращаться обратно, и пусть весь мир плачет о погибшем сыне Всеотца, но если хоть одно существо, живое иль мертвое, не будет проливать слез, тогда Бальдр останется у нее в палатах навеки.
Перед отъездом из мира мертвых бог Хермод все же повидался с Бальдром. Тот дал брату волшебное кольцо Драупнир, которое Один положил в погребальную ладью с сыном. Кольцо должно было послужить доказательством того, что Хермод Храбрый действительно побывал в Хельхейме. Также Хермод повидался там с женой Бальдра, Нанной, которая передала для Фригг плат и множество других даров. Фулла, которая также находилась в Хельхейме, отдала Хермоду свой перстень, чтобы тот передал его супруге Одина.
Когда Хермод вернулся в Асгард и поведал богам о своем путешествии, каждое живое и неживое существо в мире стало проливать слезы по Бальдру, кроме одной великанши, которой обернулся Локи. Так поездка бога Хермода в Хельхейм не принесла результата, а Бальдр остался в мире мертвых. При этом асы жестоко наказали Локи, но это, как говорится, совсем другая история.
В песне «Сны Бальдра» из «Старшей Эдды» Один посылает Хермода к финскому мудрецу и пророку Росстьофу. По пути Хермод преодолевает множество опасностей, а затем в поединке побеждает Росстьофа, который простит опустить его, тогда он растолкует кошмары, которые снятся Бальдру. Росстьоф показал богу Хермоду все, что видел сам Бальдр. Он пояснил, что Ринд родит от Одина сына по имени Вали, который станет богом мщения. Именно он отомстит за смерть Бальдра, которая, увы, предрешена. В итоге, Вали, впадая в неистовство, действительно убивает Хеда, который отправляется к брату в Хельхейм.
В более поздних мифах есть упоминание о том, что бог Хермод обладал неким магическим артефактом, палицей, что звалась Гамбантин, однако, свойства этого оружия не известны. Также в «Песне о Хюндле» из «Старшей Эдды» сказано, что Всеотец вручил Хермоду «шлем и крепкую броню». Позже этот мифологический образ неоднократно появлялся в творениях английских поэтов (в качестве примера можно привести стихи Оуэн Мередит и поэму «Смерть Бальдра» Мэтью Арнолда). Однако нужно понимать, что поздние поэтические описания Хермода уже не имеют никакого отношения к исконному образу, о котором нам, в сущности, известно очень мало.
Эгир – владыка морей
В скандинавской мифологии Эгир – бог моря. Причем Эгир не является ни асом, ни ваном, его происхождение неизвестно, а расовая принадлежность достаточно туманна. К примеру, в «Младшей Эдде» Снории Стурлусона Эгир периодически упоминается и как йотун, и как человек, а в «Старшей Эдде» он именуется морским великаном. Подобное разнообразие в определении сущности Эгира позволяет предположить, что средневековые скальды в действительности не знали об истинном генезисе этого мифологического персонажа.
Многие исследователи полагают, что Эгир – это персонификация (воплощение) спокойного моря. Эгир посещает пиры асов и сам приглашает их в свой чертог, он достойный гость и добродушный хозяин, и никогда не участвует ни в каких распрях или битвах. Именно поэтому Эгира часто ассоциируют именно со спокойным морем, тогда как его супруга, Ран, по всей видимости, олицетворяет бурную, опасную воду («Rán»с древнескандинавского переводится как «грабить» или «красть»). С другой стороны, в скальдической поэзии встречается оборот «корабль угодил в зубы Эгира», что значит «разбился, потерпел крушение». С этой точки зрения Эгир – божество двойственное, по большей части положительное, но вполне способное проявлять воинственные, губительные черты.
Существуют упоминания о том, что в III – V веках саксы прежде, чем выйти в море, приносили в жертву Эгиру десятую часть пленников. И хотя имя Эгира в этих источниках не упоминается, речь в них идет о некоем морском божестве, которого древние германцы почитали и боялись. Вполне возможно, это был не Эгир, а его вышеупомянутая супруга, или совсем другое божество. Тем более, что ранний вариант наименования Эгира звучит как «Хлер», что в переводе с древнескандинавского означает «дающий пристанище», «скрывающий». Очевидно, подобные эпитеты не получится соотнести с морем бушующим, скорее – со спокойным. С другой стороны, здесь может иметься ввиду «пристанище» для утонувших кораблей и соответственно утопленников. Но это лишь одна из версий, некоторые скандинавоведы полагают, что слово «Hler», как и слово «Ægir
Генезис образа, семантика и аналогии
Также стоит упомянуть, что в знаменитой саге «О Форньоте и его родичах» говорится, что некий Хлер (он же – Эгир) был сыном человека по имени Форньот. Кем был Форньот – не известно, однако в той же саге упоминается, что помимо Хлера у Форньота было два других сына – Логи («Logi» с древнескандинавского переводится как «пламя», к Локи из Асгарда этот образ не имеет никакого отношения) и Кари («Kari» переводится как «ветер»). Далее по тексту говорится о том, как потомки сыновей Форньота дали начало народам Швеции, Дании и Норвегии. Вместе с тем, очевидно, что Хлер, Логи и Кари – это эпические воплощения стихий. Кстати, многие исследователи полагают, что именно Логи стал прообразом Сурта, владыки Муспельхейма.