Алексей Филатов – Заметки профайлера (страница 22)

Чтобы изменить существующие привычки (которые, надо сказать, бывают довольно «прилипчивыми»), необходимо сократить расстояние между триггером и вознаграждением. И если подумать, это на самом деле является сутью всех технологических инноваций. И не важно, о чем идет речь – о хлопкоочистительной машине или Twitter.

Люди желают добраться до вознаграждения как можно скорее. Они развивают те привычки, которые, по их мнению, быстрее приведут их к награде. Таким образом, если вы сможете сократить время между триггером и вознаграждением, вы измените существующую привычку.

3 шага к изменению существующих привычек

Перед тем как погружаться в формирование новых привычек, попробуйте изменить существующие.

Процесс изменения существующих привычек состоит из 3 этапов:

1. Определите «петли привычки» (сигнал – привычные действия – награда)

Ниже вы можете видеть схему, изображающую все 3 ступени «петли», которую описал в своей книге Чарльз Дахигг:

Ваша задача определить как можно больше таких «петель», имеющих отношение к вашей привычке. Для лучших результатов запишите все эти «петли» в таблицу. Обязательно выделите в каждом случае «сигнал», «действия» и «награду». А также отметьте, как часто каждая из этих «петель» используется.

2. Проанализируйте свои «петли» и улучшите их

Проанализируйте ваш перечень «петель» и определите 2—3 из них, которые наиболее актуальны для вашей привычки.

Ваша цель – выяснить, как вы можете улучшить эти «петли». Часто это может потребовать дальнейшего качественного исследования. Неверное понимание существующих «петель привычек» может повлечь за собой негативные последствия.

3. Определите «точки гибкости»

И наконец, вам необходимо определить «точки гибкости» привычки. Если вы помните, в одном из примеров выше такой «точкой» была беременность.

Некоторые люди и привычки наиболее восприимчивы к изменениям, чем другие. Если вы правильно наметите целевую аудиторию и время, ваши усилия по изменению привычек принесут наибольший успех.

Ниже Чарльз Дахигг объясняет, какая категория людей наиболее восприимчива к изменению своих привычек:

«Наиболее восприимчивы к изменениям своих привычек те люди, которые проходят через какие-то серьезные изменения в своей жизни: развод, покупку дома, переезд, рождение ребенка и т. д. Их привычки в подобные жизненные моменты становятся более пластичны к внешним воздействиям. И второй момент, который был выявлен в ходе проведенных исследований – это то, что намного легче изменить свои привычки, когда ты знаешь, как они формируются».

Вот лишь некоторые примеры таких «точек гибкости»:

– Поступление в университет

– Выпуск из университета

– Смена работы

– Переезд в новый город

– Начало новых отношений

– Вступление в брак

– Развод

– Рождение ребенка

Добавьте в вашу таблицу колонки, где вы будете отслеживать демографические данные для каждой из своих «петель» (например, женщины среднего возраста) и их недавние/приближающиеся «точки гибкости».

И всегда, когда это возможно, обращайтесь к той аудитории, которая в данный момент наиболее восприимчива к изменению своих привычек.

Нейроинтерфейсы для улучшения сна

Меня иногда спрашивают о технологиях для контроля и улучшения качества сна.

Да, сейчас уже такие есть и довольно распространены.

Люди по всему миру ежедневно находятся в стрессовом состоянии и имеют дефицит времени на сон, что приводит к проблемам засыпания и хроническому «недосыпу». По данным ряда исследователей нарушениями сна страдают до 45% взрослого населения. По себе знаю.

Мозг перерабатывает полученную за день информацию во время т.н. фазы быстрого сна, в то время как фазы медленного сна необходимы для восстановления сил и питания, поэтому в течение отдыха они чередуются. Важно отметить, что ощущение хорошего отдыха намного вероятнее получить, если пробудится сразу после фазы быстрого сна.

На этом и построен принцип действия нейротехнологий для контроля и улучшения качества сна: на спящего человека одевается нейроинтерфейс, который считывает сигналы мозга с помощью ЭЭГ, а затем анализирует их и посылает обратно человеку ритмические сигналы стимуляции светом или звуком. Эти стимулы влияют на мозговые ритмы и помогают скорректировать режим сна и бодрствования. В итоге человек может потратить меньше времени на сон, но чувствовать себя «выспавшимся».

Часто хорошие нейроинтерфейсы весьма полезны, но неудобны в использовании – все-таки спать в разного рода шлемах или повязках удобно далеко не всем. С другой стороны, есть все основания полагать, что уже для этого поколения нейроинтерфейсы станут обыденностью также, как смартфоны, и мы не будем считать их чем-то непривычным.

Рынок в данной области зародился в 2009 г и все еще формируется. Одним из первых нейроинтерфейсов, которые стали применять в клиниках стал Sleep Profiler (Advanced brain monitoring) за $6000 – качественная, дорогая и неудобная штука. 9 лет спустя более удобные аналоги стоят уже по $200—300, – например, – Sleep Shepherd Blue, Aurora Dream Headband и iBand (Arenar). Но все равно – эти штуки на любителя и на того, кто о них знает. Но знает мало кто. А, как говорится – зря: очень часто, если у человека бессонница, трудности с засыпанием, недостаток или несбалансированность сна – такие нейроинтерфейсы являются лучшим вариантом, чем снотворное.

Тони Роббинс, Джо Наварро и фэйки

После приезда Тони Роббинса в Москву вся лента пестрит сообщениями и фотографиями «фанатов» и «критиков».

Я, признаться, не был в Олимпийском, который на этом тренинг-шоу собрал больше 25000 человек, но обязательно бы пошел, если бы в тот день был в Москве. Хотя билеты были дороговаты даже в сравнении с Лондоном – от 30-ти до 500 тыс.руб.

Вообще Тони можно отнести скорее к мотивационным спикерам, а у них – своя атмосфера. Сейчас многие ему ставят в претензию, что он, мол дает некорректную информацию на тренинге. Т.е. ту, которую уже официально опровергли. И давненько. Давайте разбираться. Кстати, на разогреве у Тони был всем известный Алан Пиз, – который тоже красавчик.

Все началось с того, что в интернете стала расходиться фотография с тренинга Тони о так называемой «позе силы». Вроде бы было доказано, что у того, кто принимает эту позу, почти мгновенно изменяется физиологическое состояние из-за усиления выработки и выброса тестостерона. И доказала это когда-то никому не известная Эми Кадди, которая стала известна только благодаря этому «доказательству» и начала колесить с ним по странам на конференциях TED. Но «доказательства» были приведены только для мизерной выборке – 42 человека и то, при сколько-нибудь серьезном взгляде эти доказательства ну совсем рассыпались. Ну и конечно, года 2 тому назад выяснилось, что ваши доказательства – это не доказательства. И грянул скандал. За Кадди заступился даже один из известных ФБР-профайлеров Джо Наварро, книги которого любят рекомендовать при изучении профайлинга. Но не помогло – скандал не замялся, а Джо Наварро больше не стали приглашать на TED.

Конечно, поза и жесты весьма сильно влияют на наше состояние и мышление, а значит, – характер. Но не так быстро, как хотелось бы. Все это – слишком изменчивые паттерны, напрямую не связанные с физиологией, чтобы так быстро и интенсивно влиять на состояние. Это скорее якоря – привычки, которые работают потому, что мы все под них подгоняемся, но их невозможно проверить холодной и дотошной наукой. Кстати, об этом скандале в прошлом году написала даже Медуза.

Кстати, если кого-то интересует материалы про взаимосвязь позы, жестов и мышления, то литературы лучше, чем у David Mcneill из Чикагского Университета не найти. Он – один из сверстников и друзей самого Экмана, но увы, он не такой харизматичный, как Экман, Алан Пиз или Тони Роббинс, хотя его послужной список на NeuroTree говорит сам за себя. Именно David Mcneill и студенты его лаборатории (http://mcneilllab.uchicago.edu/), которая в прошлом году была закрыта из-за недостатка финансирования (да, в Чикаго это бывает!) создали полный корпус жестов разных языков, который мне пока так и не довелось скачать.

Подводя итоги, напомню, что каким бы ни был харизматичным тот или иной гуру, всегда сохраняйте адекватный уровень критичности к нему и его словам, не теряя уважения к нему же. В век фэйка и лжи это всегда пригодится.

Мозг и восприятие лица

В профайлинге большое внимание уделяют объективной оценке лица. Давайте опишем, как наш мозг его воспринимает?

В настоящее время принято считать, что система обработки лица состоит из основной и расширенной части. В основную часть первоначально включали две области: фузиформную извилину и верхнюю височную извилину. Уже достаточно давно в области фузиформной извилины были зарегистрированы специфические реакции на изображения лиц, отличавшиеся по своей топографии от реакций на изображения домов, мебели или букв. Предполагается, что данная область участвует в идентификации лиц в целом (Kanwisher, 1997).

Переменные аспекты лица преимущественно обрабатываются другой структурой – верхней височной бороздой. Предполагается, что данная область более чувствительна к лицевой мимике, оценивает направление взгляда, положение уголков губ, глаз, бровей, степень их изгиба и взаимного расположения частей лица, что важно для опознания эмоции (Михайлова, 2005; Allison et al., 2000). Таким образом, в нижневисочной коре мозга человека представлены функционально разные популяции нейронов, участвующих в обработке различной информации о лице. Нейроны вентральной нижневисочной подобласти участвуют в восприятии лица в целом, в то время как нейроны латеральной подобласти более чувствительны к элементам лица и их относительному движению. В дальнейшем в основной блок системы восприятия лица была включена так называемая «затылочная область лица» (occipital face area). Она расположена в нижней затылочной извилине, в которой, так же как и в фузиформной извилине, найдены статистически значимые отличия при восприятии изображений лиц по сравнению с другими объектами (Haxby et all., 2000, 2011; Ishai., 2008; Liu et all., 2010, Nichols et all., 2010; Ramon et al., 2010). Большинство исследователей сходятся на предположении, что данная область более чувствительна к отдельным признакам, а не к общей конфигурации стимулов (Liu et all, 2017 Harris et al., 2008, Betts et all., 2010).