Алексей Федотов – Корел. Сказ о том, как донские казаки в Москву ходили (страница 9)

22 февраля 1598 года с утра начался колокольный звон по всей Москве. Все горожане, царский двор, духовенство, воинство, приказы, выборные люди городов, чернь, жёны и дети двинулись крестным ходом в Новодевичьей монастырь.

Патриарх и Борис Годунов. Художник Б. Чориков.

Народ заполонил всё Девичье поле. Патриарх Йов направился в кельи Царицы, а весь народ упал на колени с неслыханным воплем. Патриарх рыдая заклинал Царицу долго, та то же вся в слезах дала согласие и сказала: «По изволению всесильного бога и Причистыя Девы Марии возьмите у меня единородного брата на Царство. Благословляю избранного вами и предаю Отцу Небесному, Богоиатери, Святым Угодникам Московским и тебе Патриарху и вам Бояре. Да заступит мое место на престоле!».

Все упали к ногам Царицы, которая печально взглянув на смиренного Бориса, дала ему повеление властвовать над Россиею. Борис изобразил неуверенность, но потом решил и сказал: «Буди же святая воля Твоя Господи! Настави меня на путь правый и не вииди в суд с рабом Твоим! Повинуюсь тебе, исполняя желание народа». Все упали к ногам его. Патриарх вышедший к народу возвестил, что Господь даровал им Царя.

Море народа, плакало и веселилось обнимая друг друга. Борис вслед за Духовенством вошёл в храм Новодевечьей обители, где Патриарх благословил его на Государство Московское и всея России, нарёк Царём и возгласил ему первое многолетие.

В Кремле, в разных местах, были выставлены для народа большие чаны, полные сладким медом и пивом и каждый мог пить сколько хотел, ведь на это русские мастера, а более всего пили водку. Во время всеобщей радости царь приказал выдать тройное жалованье всем высшим чинам, дьякам, капитанам, стрельцам, офицерам всем, состоявшим на государственной службе. Одна часть жалованья выдана была на поминовение усопшего царя, называлась она Поминания т. е. память, другая-по случаю избрания царя, третья-по случаю похода и нового года, и все по всей стране радовались, ликовали и благодарили Бога за то, что Он даровал им такого государя, усердно творя за него молитву во всех городах, монастырях и церквах.

Земский собор. Художник С. В. Иванов.

Из книги В.Л.Черепнина; «Бориса избрал собор, и в его царствование этот орган сословного представительства принимал участие в некоторых актах внутренней и внешней политики. Собор, по-видимому, не был распущен сразу после коронации Бориса Годунова: 1 апреля пришло донесение Воеводы Оскольского, что пленник взятый козаками за Донцом в сшибке с толпою Крымских разбойников, говорит о намерении Казы-Герея вступить в пределы московские со всею Ордою и с 7 тыс. Султанских воинов.

20 апреля 1598 г. Борис доложил на Соборе о подготовке к серпуховскому походу. Об этом узнаем из разрядной книги, где читаем:

«…царь говорил патриарху Иеву московскому и всеа Русии, и митрополитом, и архиепискупом, и епискупом, и всему освященному собору, и бояром, и приказным людем, и дворяном: вести учинилися, писали к нам из Белагорода воеводы вести, что недруг наш крымский царь Казы-Гирей идет на наши украины. И яз за светые божие церкви и за православное христианство иду против недруга своего крымскова царя Казы-Гирея в Серпухов, и на Тулу, и на поле, где он будет, на прямое дело».

В мае1598г. назначено было собраться всем на реке Оке, куда со всех сторон стеклось такое войско, какого еще никогда не было у московского князя, ибо с царем («сам в ратном доспехе») явились из Москвы бояре, дворяне, придворные, офицеры и стрельцы, всего тридцать тысяч человек при пятистах тысяч воинов, готовых к бою; и лагерь простирался на 5 миль в длину и 5 миль в ширину по квадрату; сверх того, вдоль реки Оки были расставлены пушки и к прибытию царя посреди лагеря разбили целый город из шатров, где были залы, канцелярии, башни, конюшни, кухни, церкви – все так искусно устроено, что издали принимали его за красивый город; и войско было так неимоверно велико, что поистине нельзя было и представить. Под Серпухов прибыл Борис со всем своим двором, оставив в Москве Царицу с дочерью и юным Фёдором и патриарха Иова, оберегавшего московские святыни, и Дмитрия Ивановича Годунова, оберегавшего в Москве царский престол.

Из книги Н.М.Карамзина: «10 Маия, в селе Кузминским, представили Царю двух пленников, Литовского и Цесарского, ушедших из Крыма; они уверяли, что Хан уже в поле и действительно идёт на Москву».

Всадник. Старинная гравюра, неизвестный художник 18 век.

Борис разослал грамоты «спросить о здравии» всех Воевод, Сотников. Дворян, Стрельцов и Козаков, по всей России, такая же пришла и на Дон: «Я стою на берегу Оки и смотрю на степи: где явятся неприятели, там и меня увидите».

Борис ежедневно осматривал полки и дружины, приветствовал и знакомился с начальниками и рядовыми, угощал обедами всякий раз не менее 10 тысяч за столами, на серебряных блюдах.

В течение шести недель войска выезжали в поле на смотры и каждый старался отличиться перед царем: кто верховою ездой, кто оружием. Слухи о неприятеле вдруг замолкли, тишина царствовала на берегах Донца. 18 июня в южные приделы явились мирные послы от Казы-Герея. Крымцы действительно собирались походом на Русь, но их разведка донесла о таком большом войске и поменяли решение.

Конница. Старинная гравюра, неизвестный художник 18 век

Княжич. Старинная гравюра, неизвестный художник 18 век

Прибыв в лагерь, посол Мурза Алей весьма удивился драгоценным украшениям, блестящими панцирями носимым московскими воинами их отличном вооружении, 29 июня вокруг лагеря «заговорили» до 100 пушек. Послы шли в шатёр к Борису издалека пешком через строй Московского воинства. Царь сидел на троне в доспехах и золотом шлеме, вокруг располагалось большое число князей и царевичей, то же не блестящих доспехах с мечами и топорами. От такого блеска у Мурзы Алея и его людей прошёл не большой озноб. Они сказали Борису что Хан желает вечного союза с Россией, возобновляя договор, заключённый с предыдущим царём «будет в воле» Борисовой.

Послов угостили пышно и отправили наших дьяков для утверждения новой союзной грамоты. После к Борису в лагерь пришло духовенство с крестами и хоругвями просить его возвратиться в Москву, каковую просьбу он исполнил и распустил все войско; все ратники отправлены были по домам, только один отряд иноземцев был послан на быстрых конях в степь, в татарскую сторону, дабы очистить землю от некоторых возмутившихся казаков; они возвратились, не найдя никого, и царь обещал заплатить тройное жалованье после венчания. И каждый возвратился к себе домой.

Но вернёмся на Дон. В начале апреле 1598 года атаман Андрей Корела вернулся из Москвы, куда он ездил на Земский Собор и выборы Царя Бориса Годунова. Борис ещё до окончания работы Земского собора срочно отправил Корелу на Дон, провести разведку по Азовским землям, и доложить в Москву. Пленник схваченный Донскими Козаками сказывал, что крепости Азов было предписано подготовиться к возможным боевым действиям. Срочно ускакал гонец в Москву.

Немного хочу затронуть как передвигались по Руси. Существовали так называемые «военно-дозорные дороги». Они шли по шляхам (Муравскому, Изюмскому), положенным и протоптанным вдоль рек. Главная, протоптанная из Москвы к Крымскому хану, шла по левой стороне Донца. Она входила в Дикое Поле, возле речки Деркула, после шла вдоль течения рек Глубокой и Калитвенец к Сокольим горам. За Сокольими горами, за речкою Быстрою лежал первый казачий городок Раздоры Верхние. Следующий городок Нижние Раздоры, или «первая станица атаманская» находились под Кобяковым городищем.

Летом 1599года началось строительство крепости Царёв-Борисов, была необходимость создания опорных пунктов для станично-сторожевой службы в Диком Поле, а также стремление пробить коридор к донским и казацким городам южного Дона (прежде всего к Раздорам), чтобы отделить орды, кочевавшие к востоку от Северского Донца, от кочевавших в Северном Причерноморье.

Царь Борис Годунов дал приказ воеводам Богдану Бельскому и Семёну Алфёрову незамедлительно начать строительство. «Придя на место городъ обложить по чертежу и по росписи каковы им чертеж и роспись даны. И велети плотникомъ городъ рубити и делати не на спех, а делать имъ городъ образцомъ какъ пригоже то государь царь и великий князь Борис Федоровичь всея Руси положиль на окольничихъ и воеводе на Богдане Яковлевиче. А башни делать круглые или четвероугольные смотря по месту какъ государеву делу прибыльнее и крепче и прочнее… а делати имъ городъ изъ загородью въ две стены а меж бои техъ стенъ была сажень косая да третья стена делати внутри… а делати имъ городь такъ чтобы ево глиною обмазать мочно… а самимъ имъ у городового дела быть неотступно день и ночь беспрестанно чтобъ имъ прося у Бога милости городъ заделати крепко вскоре да и тайникъ имъ въ городе зделать присмотря место к озеру или к реке и в городе сделать колодезь. Если колодезь в городе сделать нельзя, то сделать подкоп».

Благодаря энергии воеводы Бельского Царёв-Борисов был возведён в кратчайшие сроки, но сначала он построил себе терем не хуже царского. Согласно росписи, Цареборисовская крепость имела 3 башни с воротами и ещё 6 глухих башен и 127 срубов с общей длиной стен между башнями в 397 саженей.