Алексей Федоров – Потерянная земля (страница 13)

— А не можем мы тоже быть этими… наследниками Дракулы? — Инга подошла к платяному шкафу и открыла дверцу. Висящее на ее внутренней стороне зеркало — спрятанное с глаз, как и у председателя, отразило стол, керосинку с закопченным стеклом и две плывущие в полутьме мрачные физиономии горе — путешественников.

— Нет, вы обычные люди — констатировала Инга. — Факир был пьян и фокус не удался… вампиры органически не переносят зеркал, не знаю, почему. Так они устроены. Завтра за молоком приедут — подойдите к водителю, может, вывезет…

— Так вот почему председатель в зеркало заглядывал…

— Естественно! — усмехнулась Инга. — Его не проведешь. Вдруг проверка? Правда не было еще ни разу за все эти годы…

— Прости, я не пойму никак — а для чего у вас здесь вся атрибутика Союза? Флаги, вывески?..

— У Лебедева спросите. У председателя — пояснила она, наткнувшись на недоумевающие взгляды Это он у нас фанат, нестареющий комсомолец, мать его… он все верит, что когда-нибудь мы вернемся в то же место и время. Неплохо бы, конечно…

Инга запнулась — за окном пропел хриплый петушиный тенор (он завершил свою истошную коду какой-то невероятной нотой, и Вадику показалось, что этот конкретный пернатый лишен даже зачатков музыкального слуха), следом еще — и еще, и еще…

— Ну все, посидели — и хорош… пошли, душегубы! — поманила Инга парней из горницы. На веранде она вручила им по лопате. — Тимошку… в общем, чтобы и следов не осталось, понятно?

— Хорошо… Инга…  — девушка полуобернулась из-за двери. — Прости нас, а? Мы ведь не знали.

— Да, не знали… Валите вы к черту, мне на работу утром! — и лязгнул крюк, закрывая за ней двери в горницу. Ребята переглянулись и вышли в предрассветную сырость. Вадик осмотрел крыльцо — ни единой пулевой отметины…

Тимошку зарыли за околицей. Постояли, покурили…

В мутную глазницу окна уже пробивался алый утренний свет, когда Вадику, наконец, удалось задремать. «Конспираторы хреновы!» — вяло размышлял он, проваливаясь в пучину без дна. — «Нет, чтобы сразу все нам рассказать… Ну, или хотя бы предупредить… Жалко псину… Но и мы тоже хороши — «ударники производства», блин… Вот если бы…»

А что — «если бы» — Вадик додумать уже не смог.

Глава 6

Разбудили его тяжелые шаги на веранде. Вадик сладко потянулся — а ничего, более-менее выспался…

И вскочил, как от пинка, когда вспомнил вчерашний день — и ночь. Руслан у противоположной стены скорчился на своем сундуке в совершенно невероятной позе — как не свалился ночью? Шаги остановились перед дверью в пристройку; в дверь громко, по-хозяйски постучали…

Вадик вновь убедился — мысль материальна. Дернувшийся от звука Руслан с грохотом оказался на полу, сверху на него упало скомканное одеяло; завопил от неожиданности, барахтаясь в ткани, вскакивая и хватаясь за ушибленное посадочное место…

— Да! — крикнул Вадик, перекрывая шум, производимый нечаянным попутчиком.

Вошедший больше всего напоминал вставшего на задние лапы медвежонка. Рыжие табачные усы, вытертая джинса, заляпанная машинным маслом, растоптанные кроссовки… Вадик, хоть и не мог похвалиться отличной памятью на людей, в вошедшем опознал водителя давешнего молоковоза. Следом вошла Инга.

— Вот они.

— Да вижу я… Ну здорово, мужики. Николай. — Протянул он руку Вадику.

— Вадим…  — Вадик аж скривился, сила в рукопожатии была также медвежьей. Похоже, у хозяина мозолистой ручищи сил было столько, что он просто не мог их адекватно рассчитывать. Вампир? Ни меловой бледности, ни торчащих клыков, ни прочих атрибутов киношных кровососов не наблюдалось. Только вот с глазами что-то не то… Нет, показалось, глаза тоже были вполне обычные. Хотя выражения в них столько же, сколько в стеклах солнцезащитных очков… А так, с виду — обычный работяга лет сорока, каких миллионы. Только рукопожатию терминатор позавидует…

Тут Вадик оборвал сам себя, поняв, что нагло пялится на вошедшего. Николай недобро усмехнулся — чувствовалось, что подобную реакцию он знает наизусть. И не любит.

Он поздоровался и с прочухавшимся, наконец, Русланом.

— Ну что, рассказывайте, как вас в землю обетованную занесло?.. что ты, Инга, такое лицо сделала? — перебил он сам себя. Вадик обмер — девушка стояла за спиной существа, и видеть ее лицо вампир не мог никак. Если, конечно, глаза на затылке не отрастил.

— Обетованная…  — девушка умудрилась вложить в это слово такой заряд елейного сарказма, что слабо стало бы любому из бесчисленных Гамлетов.

— Кому как… тебя ведь никто не заставляет нас любить, верно? Я слушаю. — Сухо обратился он к Вадику. Тот попытался спокойно рассказать во всех подробностях — и у него это почти получилось. Только под конец в его рассказе появились эмоции — и рассказ о ночных знакомцах он скомкал.

— М-да…  — Николай, доказывая, что далеко не все человеческое ему чуждо, полез за сигаретами. Вадик тоже потянулся к своей пачке, но она оказалась пустой. Вампир закурил и перебросил сигареты Вадику. — Травитесь на здоровье… Хреново, что вы спать ложились — но что уж теперь делать? Ладно, черт с вами, поехали уже. Обещать — не обещаю, но увезти вас постараюсь…  — он что-то сделал, Вадику показалось — принюхался. — Вы пока еще вроде не отсюда. Только машину твою придется здесь оставить, не потяну я ее… в смысле, сил мне не хватит, чтобы ее вытащить.

— В угон подам, она застрахована! — у Вадика не получилось скрыть радость в голосе. И сразу стало неловко — перед Ингой.

— Застрахована… ты еще получи ее — страховку свою. На погрузку — шагом марш!

Николай вышел первым, за ним радостный, чуть ли не подпрыгивающий от избытка чувств Руслан. Они с Ингой остались вдвоем, в пыльной, сразу — как ни смешно, осиротевшей комнате.

Девушка грустно посмотрела на него.

— Давай, езжай… он долго ждать не будет. Нечего здесь делать, поверь мне.

Вадик попытался было сказать что-то хорошее, но получилось только сдавленное «прости». Он быстро чмокнул ее в щеку и вышел из комнаты.

«Газелька» стояла на прежнем месте, запыленная, такая своя. Возле двери на дороге поблескивали осколки стекла, а пустой корпус зеркала топорщился проводами повторителя. Кто-то еще здесь не любит зеркал. Вадик провел пальцами по матово блестящему в лучах утреннего солнца крылу. Привык к ней, что уж там… Да ладно, всего лишь железяка.

Он обошел дребезжащий на холостых оборотах молокан и умудрился втиснуться в крошечную, и для двоих-то тесную кабину рядом с Русланом. Выставил плечо в открытое окно — стало чуть посвободнее.

Инга из дома не вышла.

Заскрежетали стертые шестерни коробки и монстр нехотя сдвинулся с места.

— Ну чего приуныли, хлопцы? Гляди бодрее, весьма вероятно, что скоро дома будете!

— Это хорошо. Слушайте, а как вообще получилось, что вы сюда проезжать можете? — Руслан сдавленно охнул, когда Вадик пихнул его локтем. — Хотя нет, не нужно, мы и так знаем чересчур…

Николай усмехнулся.

— Ну, во-первых, вы еще пока здесь. А во-вторых — кто вам поверит? В Бурашево[15] клиентов десятками считают, им плюс-минус пара погоды не сделает… Да и долго вам память вычистить — на худой конец? А проезжать сюда и наши далеко не все могут — насколько я понял, вас Инга в курс ввела, кто мы такие. Да ладно, не бойся, не съем! Так, понадкусаю…  — засмеялся он, когда Руслан безуспешно попытался отодвинуться. — Не бойся, вы мне без надобности. Но об этом и правда не стоит… а здесь у нас симбиоз получился — мы людям умереть не даем, а они для нас денежку зарабатывают. Небольшую, но все-таки. Все равно им не поможешь ничем…

Молокан миновал последние дома — они ехали в противоположную сторону. В сторону дома.

— Да не озирайся, в ваш мир едем… в наш общий, вернее. — Поправился вампир. — Сами они доигрались, что уж делать. Если и жалко кого — так есть там несколько человек еще со старых Выселок. Остальные — персонал НИИ, местных повеселили, а этим дома отдали. Чтобы, значит, следить удобнее было. Ну и гэбисты там еще… шушера, в общем.

— Так что же здесь произошло? — осмелев, спросил Вадик.

— Ты во мне что, ученого увидел? В общем, насколько я понял, они все еще в нашем мире находятся, только выйти не могут. По крайней мере, погода здесь всегда такая же, как и снаружи. Короче, тут разбираться — мозги закипят. Плюнь.

— Но мы-то как здесь оказались? — задал все же Вадик мучавший его все это время вопрос.

— Это снаружи кто-то развлекается. Не знаю, что там происходит, но я пока сюда ехал — едва кони не задвинул, настолько там тяжело. Какое-то возмущение… энергию сосет, как в прорву. Там, неподалеку, старое языческое капище; скорее всего, какой-нибудь придурок решил мертвых потревожить. Ладно бы их, а то, не разбираясь, беса какого-нибудь приволокут, потом сами не знают, что с ним делать. Много придурков в родном отечестве… Ну да наши разобраться должны, как-никак прямая обязанность. Но сюда вы именно поэтому провалились. Можете гордиться — первопроходцы, как-никак…

Сперва незаметно, но с каждой минутой сильнее, самочувствие ребят менялось в худшую сторону. У Вадика разболелась голова и он снова потянулся за пожертвованными сигаретами. Звук двигателя молокана слабел, запутывался в низком стоне, идущем откуда-то из-за деревьев справа от машины. Вадик почувствовал, как задрожали все кости…