Алексей Федоров – Потерянная земля (страница 14)

— Там их полигон! — закричал вампир, перекрывая тягучий вязкий вой. — Туда даже мы не рискуем соваться!.. — Вадик взглянул направо…

В деревьях, растущих за придорожной канавой, зиял просвет — и в нем открывалось что-то… Вадик даже не сразу понял, что там, но все же разобрался, продравшись через паутину мигрени.

Обширное пространство — как осеннее поле, расплывающееся в мареве раскаленного воздуха. А в центре поля нечто, чему он не смог подобрать название — бесформенное, переливающееся всеми цветами радуги, опустившееся на землю люминесцирующее нечто, при взгляде на которое где-то в глубине мозга Вадика хрустальными осколками бесчисленных зеркал взорвалась новая, невероятная боль. Он схватился за виски, пытаясь не дать голове расколоться, рот наполнился соленым. Сквозь розовую пелену он взглянул на водителя…

Вампир, казалось, неудобств не испытывал. На Вадика навалилось бесчувственное тело — Руслан потерял сознание. Вадик еще успел позавидовать…

— Не удержу вас, парни. Вы не выживете. — Голос вампира звучал спокойно — и, казалось, прямо в мозгу.

Вадик перевел полуослепшие глаза на него — но Николай смотрел прямо перед собой. Боль начала отпускать…

Она спадала волной. Спустя секунду к человеку вернулась способность соображать — а вместе с ней дошел смысл слов. Он взглянул на дорогу.

Прямо впереди начиналась асфальтовая лента, тонущая в прозрачной дымке…

Капот грузовичка, ползущего на второй передаче, стал понемногу таять — сантиметр за сантиметром. Невидимая волна докатилась до лобового стекла — и вдруг растворилась в воздухе передняя стенка кабины. Вадик едва успел сообразить, что происходит — как полетел носом с высоты исчезнувшего сиденья. Следом на песок рухнул бесчувственный Руслан.

Вадик прокатился, вскочил на ноги и обернулся.

Кабина уже исчезла; за ней настала очередь передней стенки бочки. На него надвигался овал, на три четверти заполненный молоком. Мелькнула перегородка цистерны, затем — еще одна. Рама грузовика накатывала на него свои ребра жесткости одно за другим, но все они растворялись на расстоянии вытянутой руки перед Вадиком… как раз над корчащимся от боли Русланом. Пришел в себя все-таки… Кончился карданный вал и прикатил, наконец, задний мост — но покрышки сгинули, срезанные за несколько сантиметров до парня.

Секунда — и машина исчезла. Вадик обернулся — призрачный молокан катил по туманному асфальту, но картинка таяла как забытое на солнце эскимо…

И все кончилось, захлебнулся и пропал надсадный вой двигателя бочки; исчез даже тягучий звук, идущий от останков секретного объекта. Осталось едва заметное раздражение где-то на верхнем краю ощущений. Вокруг шумел лес.

И матерился в голос Руслан, сидящий в пыли и держащийся за плечо.

— Ты это…  — Вадик поймал себя на том, что начал мямлить. Он сплюнул, плюхнулся на задницу прямо в дорожную пыль и дрожащими руками раскурил сигарету. И, наконец, почувствовал, что может говорить. — Ты как?

— Плечо…  — просипел сквозь зубы Руслан.

— А-а…  — глубокомысленно добавил Вадик. Внутри было пусто, как в космосе. И также оживленно. — Ну ладно. Главное — шею не свернул…

Руслан даже стонать прекратил, на него глядя. Открыл было рот, но на ходу передумал, только, подражая Вадику, сплюнул смачно в сторону. Затем, морщась от боли, отвел, наконец, руку.

Плечо было вывернуто из сустава самым безобразным образом — так что локоть оказался едва ли не впереди. По пыльным щекам чертили мокрые дорожки слезы.

— У-у… как у нас все запущено… ладно, не переживай. На вот…  — Вадик протянул ему смятую, неровно истлевшую сигарету, обжигающую от нервных затяжек. — Ложись-ка на спину.

— Ты вправлять умеешь?

— Ага…  — Вадик соврал с легким сердцем. Теорию — да, читал когда-то давно, а вот с практикой как-то не сложилось. Но он твердо знал — вправить нужно по-любому, пока растянутое мясо это позволяет. Черт, не искалечить бы окончательно… он ощупал ключицу, затем плечо — вроде, все цело, но без рентгена, конечно, хрен скажешь… дождешься здесь скорую, пожалуй… а, была — не была!

— Прикуси что-нибудь…

— Что?!!

Вадик поозирался, но ничего подходящего не обнаружил.

— На вот… - стянул он кроссовок.

— Да пошел ты! Я так похожу! — Вадик скупо объяснил, чем ему грозит такое хождение.

— Ну тогда до деревни пошли…

— А ты уверен, что мы ее на месте найдем? — в глазах Руслана отразилось такое тяжелое понимание, что Вадику стало не по себе. Но своего он добился — парень безропотно прикусил кроссовок вместе с подошвой и покорно устроился на спине. И скривился. — Ну а ты как думал — в такую жару в кроссовках? Да твои кирзачи еще похлеще воняют!..

Вадик придавил грудь парня коленями и аккуратно взялся за плечо. Руслан застонал.

— Терпи, казак, атаманом будешь!.. — подбодрил его Вадик. Сам он бодрости не чувствовал вовсе. Ему было страшно — а вдруг что-то пройдет не так?.. наконец, он запретил себе думать об этом и сосредоточился на деле. Сустав выбит вверх и развернут… связки, интересно, целы еще? Ладно, лучше пусть ему будет больно, но зато все пройдет аккуратно…

Вадик перенес одну руку с плеча на кисть. Слава богу, хоть понятно, в какую сторону развернуть. Он согнул предплечье и повел…

Руслан взвыл так, что по спине Вадика прошел озноб. Да ну, на хрен… на шее парня вздулись вены. Так, а теперь — вниз.

Горе — эскулап проклял все на свете. Не умеешь — не берись!.. Руслан перешел на визг, нисколько не приглушенный закушенным насмерть ботинком, и Вадик действительно уже почти собрался послать все, куда солнышко не заглядывает… и тут головка сустава с едва различимым всхлипом встала на место — но Вадику этот звук показался райской музыкой; Руслан как раз сделал паузу, чтобы набрать воздуха. Да так и замер удивленно.

Вадик поднялся на неверные ноги.

— Ты как сейчас?.. парень промычал что-то. Потом сообразил, что ему мешает и здоровой рукой вынул изо рта обувь.

— Лучше. Гораздо…

— Ну-ка, пальцами пошевели…  — глядя на робкие движения, Вадик, наконец, перевел дух. — Все, отдай мне башмак…  — Вадика трясло, он взмок как будто пробежал марафон, побив походя мировой рекорд. Привычное состояние за последние сутки. Дурная привычка, избавляться надо. В каучуковой подошве кроссовка четко отпечатался прикус.

— Ну ты, паря, силен кусаться… питбуля загрызешь…

— Ага… соседского… как только домой вернусь. — Руслану было ненамного лучше, он пытался одновременно разговаривать и отплевываться от песка с подошвы. — Задрали, скоты — и псина, и хозяин…

— Нет. Ты сначала мне кроссовки купишь, а потом иди хоть рельсы трамвайные перекусывай. С Дорошихи начни… Смотри, что натворил…  — показал Вадик подошву. Кроссовок он натянул на ногу, но завязать шнурки было все же выше его сил. — А главное… самое главное… никогда так не делай, как я только что. Ни-ког-да…

Руслан только кивнул. И заржал.

— Что?..

— Ты посмотри на нас… два бомжа, ни дать ни взять!

Вадик посмотрел на себя… М-да. На футболку вообще смотреть было жалко — белая, во второй раз надетая… была сутки назад. Грязно-серая от валяния в дорожной пыли, с мокрыми пятнами, растекшимися от подмышек и по груди. Порванная на плече. И джинсы не чище… абзац, короче. Самая та одежда, чтобы просить приют у сердобольных жителей Выселок. Черт, надо хоть ремонтную робу одеть из «Газели» — все почище будет… Руслану в этом плане оказалось проще — он и раньше был грязный, как свинтус.

Посидели, покурили. Руку, не прошедшую после травмы полностью, Вадик подвесил Руслану на собственном ремне, подбодрив — мол, «до свадьбы разработаешь». И лишь глядя на растерянное выражение парня, понял, что сморозил пошлость.

Они затопали обратно, в деревню. Вадик не удержался, бросил взгляд в давешний просвет — но вместо прежнего осеннего поля, маскирующего бункер, Вадик увидел накрывшее Зону мрачное грозовое облако, лежащее прямо на земле, в его синем чреве то и дело проскакивали бледные всполохи — и все в почти абсолютной тишине. Видимо, слепота и глухота развились из-за отсутствия вампира — Вадик, впрочем, не жалел ни грамма, ему и первого раза за глаза хватило. Меньше видишь — крепче спишь. Туча пробуждала инстинктивный ужас, дремлющий в каждом — где-то в невообразимой глубине…

— Да… страшно, блин! — Руслан как-то сразу охрип.

— Доверия не внушает, что есть — то есть… пошли?

— Пошли…  — отозвался Руслан, и, прежде, чем Вадик успел сообразить, кинулся к облаку.

— Стой!!! — Вадик рванулся так, что из-под подошв полетел песок — и едва успел схватить камикадзе за шиворот на расстоянии метра от мрачной стены. — Ты куда, идиот?!!

— Домой… Ты же сам сказал — пошли…  — у Вадика даже руки опустились. Ну что с ним делать, а? IQ отрицательный…

— Ты, чувствую, вообще не представляешь, что там…

— Ты зато до хрена знаешь!.. пошел ты… умник…  — Руслан передернул плечами и поморщился от боли. — Я домой хочу…  — буркнул он уныло.

— Я тоже хочу. Но так, на шару, нам даже до входа в бункер не добраться будет. — Вадик тяжело вздохнул и провел ладонями по лицу. — В общем так, сейчас идем в деревню. А сюда — мы вернемся, но позже.

— А на месте она — деревня твоя? — скептически посмотрел на него Руслан. — Ты же сам сомневался…

— Надежда умирает последней, — философски изрек Вадик. В любом случае — я проголодался, перенервничал и хочу отдохнуть… да и гаек набрать нужно.