Алексей Фатьянов – «Небо наш родимый дом…» (страница 20)

летает как по нотам. И бомбы точно в самый раз, что ложку в рот кладет он. Недаром славила молва ночной бомбардировщик. Летит-гудит родной У-2, гремит лихой извозчик. Он невелик, наш аппарат — часы, а не машина. Ему, пожалуй, в аккурат ангар в норе мышиной. Шутил солдат и думал вслух — У-2 солдату лучший друг. Спокойно на душе у нас, а враг бежит в окоп, когда гремит наш «тарантас» по кочкам облаков.

Портрет

Получила Любушка письмо, А в письме любимого портрет. Голубою шелковой тесьмой Завязала розовый конверт. Говорила: – Как хорош, как портрет его похож. Право, в мире краше нет — посмотрите на портрет. Парень статен и плечист, взгляд лучист и грудь горой. Сразу видно, что танкист, и, наверное, герой. Но портрет успеха не имел. Девушки смотрели на него и, сказав, что парень похудел, не сказали больше ничего. Только Люба им в ответ: – Краше парня в мире нет, а не нравится, ну что ж, — значит просто не похож. Если вышел неказист, как в народе говорят, в том нисколько не танкист, в том фотограф виноват.

Солдатская песня

Много ли солдату нужно? Горсть махорочки в кисет. Служба – это, братцы, – служба, на войне покоя нет. На то, браток, она война, чтоб шел солдат, не зная сна, не зная отдыха в пути, когда приказано идти                                вперед. Солдата стужа не берет. Бывает хуже – стужа врет. Ремень потуже и – в поход, в поход! Как возьмем немецкий город, мы на радостях тогда выпьем кружечку кагора, чтоб не сохла борода. На то, браток, она война, чтоб шел солдат, не зная сна, не зная отдыха в пути, когда приказано идти                                     вперед.