Алексей Фатьянов – «Небо наш родимый дом…» (страница 17)

Уезжали, покидали дом, Руки ее старческие жали, Пропадая в сумраке густом. И когда пылающей зарницей Подожжен был мирный горизонт, Нам она вязала рукавицы, Отсылала с адресом – «На фронт». Но метели вскоре стали тише, А когда последний выстрел смолк, Мы решили все, что ей напишем Длинное, хорошее письмо. Только написать мы не успели — Вновь война полнеба обожгла… Ходят одинокие метели Нашей длинной улицей села. Ночью у овинов, за околицей, Ухает голодная сова…

По тревоге

В глухую ночь мы вышли по тревоге, Десятки верст минувшим днем пройдя. Шумит весна, И черные дороги Покрыты лаком первого дождя. Блестят штыки. Пехоты шаг размерен. Налево – лес И пятна плотной тьмы. Темнеют пни, Как будто это звери Присели на отлогие холмы. А впереди – широкая поляна. Рассвет сочится с облачных высот. Мы с полной выкладкой, И только два баяна По очереди рота вся несет. И с каждым шагом звезды в небе блекнут. Светлеет даль, светлеет вышина. В повозке новенькой Везет сухой паек нам Веснушчатый товарищ старшина. Не оттого ль, Что свеж и сочен воздух, Легко нести винтовку? Вдалеке Кричат о чем-то паровозы На непонятном резком языке. В грязи тягучей вязнут, тонут ноги, Но мы идем, идем – и сон забыт… …Винтовки взяв впотьмах из пирамид, В любую ночь мы выйдем по тревоге.

Музыка

Ветер метался, кружась по оврагу, Он падал, вставал и летел напрямик. Команда звала батальон в атаку. Бойцы оглянулись, застыв на миг. Казалось, настала секунда затишья, Казалось, что стало немного темней. Снег осыпался цветением вишен, Лишь чуть покрупнее, Лишь чуть холодней. Пули пронзительно свистнули рядом. Скорей бы схватиться… Длинна ты, верста… Черствую землю копнули снаряды, И кто-то споткнулся. И кто-то не встал.