Алексей Джазов – Черкаши. Повесть (страница 2)
«Мама, мама, мамочка, ты слышишь: Димка уже на улице, он там с остальными ребятами, они в догонялки уже играют без меня?!» А мама молчит, и что-то делают с бабушкой на кухне. А дверь из кухни на балкон предусмотрительно закрыта аж на две створки. Входная дверь, я и сам знаю, заперта внутренним ключом, который, скорее всего, у мамы или у бабушки в кармашке фартука.
Конечно, тесто для пирогов, которое месят бабушка с мамой, пахнет заманчиво и вкусно, но разве этот запах сравнится с запахом летней улицы!..
Ты выскакиваешь в подъезд, а он встречает тебя ароматом прибитой пыли и начисто, еще влажными, вымытыми лестницами. Огромными прыжками, как кенгуру, преодолеваешь все пролеты и мигом распахиваешь подъездную дверь… Вот он – второй дом – улица! Справа растет абрикосина, пока еще зеленая, рано – Витьку и Дашку так животы накрыли от этих зеленых абриков, что они полдня дома проторчали. Я и сам пару раз домой бегал. Пусть еще зреет… Перебегаешь асфальтированную дорожку перед подъездами, дальше по ступенькам на небольшой пригорок мимо двух уходящих за крышу нашей пятиэтажки тополей, и ты оказываешься на детской площадке. Правее от нее стоит крытая беседка, где взрослые рубят домино, а старшие ребята карты, реже по вечерам собираются женщины и играют в лото… Пока никого. Быстрее туда, там кто-то мог обронить спички или даже несколько монеток. Место проверенное. Вон, Димка на позапрошлой неделе целый коробок нашел, а в нем одиннадцать спичек было. Мы в него еще пятак и дестюльник положили, чтоб остальные ребята обзавидовались, а в результате пришлось дестюльник разменивать в хлебном, и газировкой всех угощать в автомате, тут же возле магазина…
Ага, пару спичек есть, и вот еще шпилька из чьих-то волос. Ну удача! Теперь рогатку для шпонок можно сделать. А беседка еще влажная от ночного дождя. Пахнет сыростью, табаком, потертыми лавочками, разговорами. Хорошо, что крытая, иначе хана бы моим двум спичкам. Сегодня я первый на улице, из друзей еще никого. Прохожих и тех почти не видать… Лето как лето, а после дождичка зябко в одних шортиках да маечке. Солнце только час-полтора как встало. На такой случай у меня свой план имеется. Бегом на горку на детской площадке. Она как раз к солнышку повернута и от первых лучей сразу прогревается. Садишься на нее и спокойно ждешь, когда остальные дворовые выйдут погулять. Ну, а вместе мы сразу что-нибудь придумаем: шум, гам, беготню… Может, кто картоху вынесет – пожарим. Спички есть!
Такой был запах моей улицы, но только не сегодня. За вчерашнее меня настигло самое страшное – домашний арест! Никакие мои просьбы, мольбы и обещания не работали. Ни мама, ни даже бабушка со мной не разговаривали. Не зная, что мне делать, я метнулся в кладовку, где еще с вечера на всякий случай спрятал серебряный и золотой ремешки. «Мама, вот возьми…» да пусть хоть сразу двое на одного… ух, вражины! Только не продолжение ареста, когда уже прошло больше половины дня. А сегодня, как назло, прорвало водопроводную трубу во дворе, и подогнали экскаватор, чтобы докопаться до прорыва, а значит к вечеру мне по-любому нужно быть во дворе, ведь рабочие уйдут, и экскаватор окажется в нашем распоряжении.
И зачем я только подражал этим глупым взрослым и дымил, как они?! Уже сегодня вечером во дворе будет пахнуть солярой от экскаватора, солярой будет пахнуть от каждого из нас. Мы найдем пустые консервную банку и бутылку, банку подставим под сопливый топливный шланг, а когда накопится, то перельем драгоценную маслянистую жидкость в бутылку и спрячем где-нибудь в уличном тайничке: с солярой костерок-то и занимается быстрее, и расходится. Мы устроим перестрелку небольшими земляными камушками, носясь по всему двору, как хаотичные молекулы, вопя, атакуя друг дружку, прячась за деревья, гаражи, котельную, земляной отвал, экскаватор… кто-то точно сегодня земли наестся!
И тут я слышу спасительный бабушкин голос:
– Дочь-к! Ну? Хватит уже!
Она достает из кармашка фартука ключ от внутреннего замка, и замок слышимо делает два оборота… Я в трусах, и мне дают старые шорты и сандалии. Я немного противлюсь старым вещам, но все понимают, что во дворе экскаватор! Там почти все так одеты, а кто и вовсе в одних трусах… Ух, зажжем!
Трое
Сегодня с утра в наш двор приехал большой грузовик с различной мебелью, коробками, полками, коврами, книгами, и вышедшие из него взрослые стали все это разгружать у крайнего подъезда, перегородив всю улицу. Мы с Димкой сели на край песочницы, достали по яблоку, что росли прямо напротив моего окна на пригорке, и стали за ними наблюдать…
Какой-то мужчина с бородой подсказывал остальным, что куда складывать, какой стороной и в каком порядке, и сам что-то двигал и поправлял. Мы хрустели сочными яблоками, которые еще полчаса назад висели на дереве, а теперь забивали все наши с Димкой карманы. Я немного переживал, что оторвал нижнюю пуговицу на своей лениградке. Когда уже спускался с дерева, то зацепился краем рубашки за сук, и пуговица соскочила в густую траву. Мы не смогли с Димкой ее найти, хотя обшарили каждую травинку. Но это не очень страшно: рубашка осталась целая, и мама обязательно что-нибудь подберет из коробки с нитками и иголками.
В это время из подъезда, где росла гора домашних вещей, вышли молодая женщина и девочка. На них были одинаковые цветочные платья, а у девочки еще и голубенький беретик. Женщина усадила ее в отдельно стоящее кресло, а сама подошла к бородатому мужчине.
– Сколько же вещей! Нам, наверное, до самого вечера это все перетаскивать… – посетовала она и вздохнула, а мужчина стал почесывать себе затылок.
Мы достали с Димкой по очередному яблоку…
– Хрум! – и сочная мякоть с кислинкой усладой проваливалась в наши животы.
А девочка тем временем сидела на кресле и покачивала одной ногой.
– Дорогая, отпустила бы ты ребенка поиграть? Вон детская площадка на пригорке. Там и качели есть, – сказал бородатый мужчина, оторвав руку от затылка, после чего добавил: – Да и сама пойди переоденься. Будешь помогать носить, что полегче.
Девочка тут же соскочила с кресла, и одернув маму за руку, спросила:
– Можно?!
– Иди, мое солнышко, – ласково сказала женщина, – только аккуратней! У тебя новое платье.
Девочка живо побежала к качелям, а взрослые занялись своими делами.
Димка пихнул меня по-дружески в бок:
– Иди спроси: как зовут?
– Что я? Пошли вместе, да спросим.
– Хорошо… почапали.
Мы подошли к качелям и буркнули на пару:
– Привет!
– При-вет! – протянул мягкий голос.
– А тебя как зовут? – спросил кто-то из нас.
– Я Лена, – девочка заулыбалась, и мы стали помогать ей раскачиваться.
– Ты что ль новенькая?! – слегка заносчиво спросил Димка.
– Да, мы здесь несколько дней, а сегодня привезли наши вещи, – поведала Лена.
– Пошли с нами? Мы хотели с другом сегодня город в песке построить, а меня Леша зовут, – предложил я новой знакомой.
– Мне нельзя в песок. У меня новое платье, – ответила Лена.
– Так иди переоденься, и айда уже город строить, – выпалил Димка и мотнул головой в сторону песочницы. – Я, кстати, Диман.
– Мама сказала, что все вещи еще запакованы. Я сразу хотела переодеться, но ей пока некогда! – и Лена с сожалением пожала плечами…
– А давайте лучше в догонялки?! Я люблю бегать! – заулыбавшись, предложила она и лихо спрыгнула с качелей.
– Ну, давай, что ли… – немного сомневаясь, согласились мы и стали раскидывать считалочку: – Из седьмого эта-жа по-летели три ножа: синий, красный, голу-бой, выби-рай себе любой!
Водить пришлось Лене, и мы с Димкой, как горох, кинулись в рассыпную. Я полез на горку, а Димка побежал за дерево. Видимо, Лене не удобно было лезть за мной, и она побежала за Димкой. Бегала она шустро для девчонки. Сидеть на горке в одного довольно-таки скучно, и я снова спустился к качелям.
– А я здесь, а я здесь… бе-бе-бе! – подначивал я Лену.
Димка шустро, как Маугли, взобрался на дерево, и Лена не успела его замаять, и ей пришлось переключаться на меня. Только я было рванул от нее, как Лена поскользнулась и растянулась во все свое новое платье на траве. Подумав, что догонялки на этом закончены, Димка спрыгнул с дерева, и я тоже стал приближаться к Лене. Но каково было наше с Димкой изумление, когда вместо слез эта ненормальная вскочила как пружина, лихо меня замаяла и стремглав помчалась по двору, радостно хохоча во весь голос:
– Не догонишь, не догонишь.. бе-бе-бе!..
Димка тоже быстро сообразил, что надо драпать от меня, но в это самое время по двору разнесся звонкий голос Лениной мамы:
– Лена!
И догонялки встали на паузу…
Лена побежала к своей маме, а мы с Димкой остались посреди двора, ожидая, чем все это закончится.
Мама что-то говорила Лене, а разгоряченная Лена умоляюще на нее смотрела снизу вверх. Димка хихикнул и ляпнул между нами:
– А платье-то не такое уже и новое…
Мы переглянулись и расхохотались.
Лене явно требовалась наша помощь, и мы побежали к ней и ее маме. До нас стал долетать голос Лениной мамы:
– Ну вот как же?! Вот как?! Сколько ж можно говорить! Лена, Лена, Лена, аккуратней…
Когда мы подбежали, то Ленина мама замолчала и посмотрела на нас.
– Здравствуйте! Я Леша, а я Дима, – поздоровались мы почти одновременно.
– Отпустите, пожалуйста, вашу дочку с нами поиграть? – добавил я.