Алексей Довгун – Сны Макса: Книга 2. Паровой Император (страница 1)

Сны Макса: Книга 2. Паровой Император

Глава 1. Город дыма

Щелчок мыши прозвучал в тишине пустой квартиры неестественно громко. Артём с наслаждением закрыл крышку ноутбука, откинулся на спинку кресла и потер покрасневшие глаза. Время на настенных часах неумолимо приближалось к трем часам ночи. Последний баг в коде был исправлен, заказчик удовлетворен, а значит, впереди маячили законные выходные.

— Мя-я-яу, — раздалось снизу требовательное, с легкой хрипотцой.

Артём опустил взгляд. У его ног, обвив хвостом когтеточку, сидел Макс. Обычный серый кот в полоску и пятнышки, с желто-зелеными глазами, в которых прямо сейчас читалось абсолютное презрение к человеческому роду и конкретно к одному айтишнику, забывшему о своих прямых обязанностях.

— Знаю, Макс, знаю, — вздохнул Артём, поднимаясь и хрустя спиной. — Твоя миска пуста уже целых двадцать минут. Это преступление против кошачьей нации, я готов понести наказание.

Он насыпал корма, послушал успокаивающий хруст и поплелся в спальню. Рухнув на кровать прямо поверх покрывала, Артём закрыл глаза. После безумия Королевства Тысячи Башен , он искренне надеялся, что его мозг даст ему передышку. Просто обычный, скучный сон. Может быть, про море или про то, как он выигрывает в лотерею.

Макс запрыгнул на кровать, покрутился, утаптывая одеяло, и свернулся клубком прямо на ногах Артёма, придавив их своим солидным пятикилограммовым весом.

Сон накатил тяжелой волной. Но вместо темноты и покоя Артём почувствовал знакомый, тошнотворный рывок пространства. Словно его засунули в центрифугу, раскрутили до сверхсветовой скорости, а потом резко ударили по тормозам.

«Только не снова», — успела промелькнуть последняя связная мысль.

Первым вернулось обоняние. Воздух был густым, тяжелым и отдавал гарью, машинным маслом и жженым углем. Артём закашлялся, чувствуя, как на зубах скрипит мелкая сажа.

Он с трудом разлепил глаза. Никакой уютной спальни. Никакого ноутбука. Он лежал на грязной, влажной брусчатке в узком переулке, стиснутом между высоченными кирпичными стенами. Стены эти были опутаны целой паутиной медных труб, из которых с шипением вырывались струи белого пара.

— Ну просто великолепно, — раздался рядом бархатистый, донельзя саркастичный голос. — Я только-только нашел идеальное место на твоих ногах. У тебя там отличная терморегуляция. И ради чего нас выдернули на этот раз? Ради дегустации местной помойки?

Артём сел, опираясь руками о холодные камни, и посмотрел на Макса. Кот сидел на пустом деревянном ящике, брезгливо отряхивая переднюю лапу от приставшей сажи.

— Ты опять разговариваешь, — констатировал Артём, чувствуя, как начинает болеть голова.

— А ты опять констатируешь очевидное, — фыркнул Макс, умывая морду. — Это становится нашей традицией. Мы засыпаем, просыпаемся в какой-то дыре, я обретаю голос, чтобы высказать тебе всё, что я о тебе думаю, а ты сидишь на земле с лицом потерянного суслика. Кстати, оцени свой гардероб.

Артём оглядел себя. Любимая футболка с логотипом рок-группы и домашние шорты исчезли. Вместо них на нем были плотные штаны из грубой ткани, высокие кожаные ботинки со шнуровкой, белая, но уже успевшая испачкаться рубашка и плотная кожаная жилетка со множеством кармашков. На поясе висел широкий ремень с латунной пряжкой, а на голове… Артём потрогал лоб. Там покоились массивные защитные очки — гогглы, с толстыми стеклами и кожаным ремешком.

— Я выгляжу так, словно собрался на косплей-вечеринку стимпанкеров, — пробормотал он, поднимаясь на ноги.

— Ты выглядишь как оборванец, которому не хватило денег на нормальное пальто, — поправил его Макс. — А вот моя шерсть, смею заметить, безупречна в любом из миров. Хотя этот туман портит мне объем. Пошли отсюда, двуногий. Мне здесь не нравится. Пахнет так, будто кто-то сжег завод по производству пылесосов.

Они осторожно двинулись к выходу из переулка. С каждым шагом шипение пара и механический лязг становились всё громче. Когда они вынырнули из подворотни, Артём замер, пораженный масштабом открывшейся картины.

Это был город, рожденный из металла и дыма.

Небо над ним не имело цвета — его скрывал плотный, желтовато-серый смог, сквозь который едва пробивался тусклый диск солнца. Здания тянулись ввысь, словно готические соборы, но вместо статуй святых их украшали гигантские шестерни, вращающиеся маховики и поршни. По широкой улице, вымощенной гладким камнем, со скрежетом и гудками катились паровые экипажи — громоздкие, изрыгающие клубы пара машины на огромных колесах с железными спицами.

Люди вокруг спешили по своим делам. Мужчины в сюртуках и цилиндрах, женщины в длинных платьях с корсетами, рабочие в замасленных робах с инструментами наперевес. И почти у каждого на лице была надета кожаная маска с фильтрами, защищающая дыхание от ядовитого смога.

— Кажется, мы попали в эпоху индустриальной революции, которая свернула куда-то не туда, — пробормотал Артём, натягивая на нос воротник рубашки, чтобы хоть как-то отфильтровать воздух.

— Я бы назвал это эпохой «котам здесь негде охотиться», — проворчал Макс, грациозно лавируя между сапогами прохожих. — Ты видишь здесь хоть одну птицу? Хоть одну мышь? Здесь даже крысы, наверное, с шестеренками вместо внутренностей. Имей в виду, есть механических мышей я не буду. Это ниже моего достоинства.

— Давай для начала поймем, где мы и что происходит, — Артём старался держаться ближе к стене, чтобы их не затоптала толпа. — В прошлый раз мы поняли правила мира только после того, как в нас начали стрелять. Хотелось бы избежать этого сценария.

— Отличный план, Артём! — сарказм с кошачьей морды можно было собирать ложками. — Предлагаю подойти к ближайшему джентльмену с моноклем и спросить: «Извините, мы тут выпали из реальности, не подскажете, кто ваш архитектор?».

Но плану не суждено было сбыться.

Воздух разорвал пронзительный, режущий уши свист. Толпа на улице мгновенно метнулась в стороны, прижимаясь к фасадам зданий. Паровые экипажи со скрежетом затормозили.

Из-за угла, разбрасывая искры подбитыми железом сапогами, вылетел подросток в изодранной куртке. Он судорожно прижимал к груди какой-то тускло поблескивающий медный цилиндр. Глаза мальчишки были полны животного ужаса.

А следом за ним из-за того же угла вывернуло нечто, от чего у Артёма похолодело внутри.

Это были двое полицейских. Но они лишь отдаленно напоминали людей. Их тела были закованы в массивную латунную броню, из-за спин торчали небольшие дымовые трубы, ритмично выбрасывающие черные клубы. На лицах — глухие металлические маски со светящимися красными окулярами. В руках они держали тяжелые ружья, к которым тянулись шланги от наспинных котлов.

— Внимание! Код 4! Остановка и изъятие! — механическим, лишенным интонаций голосом проревел один из стражей, поднимая ружье.

Мальчишка, тяжело дыша, рванул прямо в сторону Артёма и Макса, которые не успели влиться в общую испуганную толпу. Споткнувшись о выступ брусчатки, беглец взмахнул руками. Медный цилиндр выскользнул из его пальцев, покатился по камням и с тихим звяканьем остановился прямо у лап Макса.

Мальчишка с ужасом посмотрел на цилиндр, затем на приближающихся латунных големов, резко развернулся и нырнул в узкую щель между домами, растворившись в тенях.

Артём и Макс остались стоять посреди внезапно опустевшего тротуара. Полицейские синхронно повернули свои красные окуляры в их сторону. Паровые ружья с угрожающим щелчком и шипением поднялись, нацелившись прямо в грудь Артёму.

— Нарушение периметра. Соучастие. Присвоение собственности Империи, — проскрежетал латунный страж.

— Эй, подождите, мы тут ни при чем! — Артём медленно поднял руки вверх, чувствуя, как по спине катится холодный пот. — Это просто упало рядом! Мы вообще туристы!

Макс, не обращая внимания на наведенные стволы, брезгливо понюхал медный цилиндр, затем поднял взгляд на полицейских и громко, отчетливо произнес:

— Скажите своим жестянщикам, чтобы не бросали мусор мне под лапы. У меня аллергия на дешевую медь и отсутствие манер.

Толпа ахнула. Полицейские замерли, их механизмы издали странный гудящий звук, словно процессоры пытались обработать невозможную информацию.

— Речевая аномалия. Несанкционированный биомеханизм, — выдал наконец страж, и на концах паровых ружей начало сгущаться красное свечение. — Приказ: уничтожить.

— Ну вот, — философски заметил Макс, дернув хвостом. — А ты надеялся, что в этот раз в нас не будут стрелять. Бежим, придурок!

Глава 2. Говорящий кот и полиция

Красное свечение в окулярах латунных големов вспыхнуло нестерпимо ярко. Воздух разорвал оглушительный хлопок, похожий на взрыв парового котла, и там, где долю секунды назад стоял Артём, брусчатка разлетелась в каменную крошку.

— Не стой столбом! — рявкнул Макс.

Кот взвился в воздух, пролетел метра полтора и приземлился Артёму прямо на плечо, больно вцепившись когтями в плотную ткань жилетки.

— Шевели поршнями, пока нас не переработали на фарш!

Артём, действуя исключительно на инстинктах самосохранения, подхватил с земли оброненный мальчишкой медный цилиндр. Металл оказался неожиданно тяжелым, обжигающе теплым и мелко вибрировал в ладони, словно внутри билось крошечное механическое сердце. Сунув находку в глубокий карман штанов, Артём резко развернулся и рыбкой нырнул обратно в спасительную тень узкой подворотни.