Алексей Даньшин – Минимальное воздействие. Книга 2 (страница 10)

…

Голицын сидел дома, и ждал. Ждал, когда решится его судьба, повлиять на которую он уже не пытался.

– «Софьюшку в монастырь отправил, а меня и головы лишит». – Василий сидел в кабинете и думал. Мысли разные копошились у него в голове, и одна хуже другой.

Робкий стук в дверь вывел его из этого мутного состояния.

– Кто там? – Голицын поднял глаза на вход.

– Князь, тут люди от царя пришли, требуют, чтобы пустили их, – слуга, одетый на европейским манер, как и все его домовые слуги, зашёл в кабинет и низко поклонился.

Ну, вот и всё.

Василий встал с кресла и одёрнул на себе парадный камзол. Поправив на груди памятный золотой медальон, надетый на него лично Софьей за руководство крымскими походами, он высоко поднял голову и с решительным взором шагнул на встречу судьбе.

Предсказанное иезуитом всё-таки начало сбываться, и, дабы не идти поперёк Божьей воли, Голицын сам без сопротивления поехал под присмотром десятка солдат в Троицу.

И через два дня Петр объявил ему свою волю, и отправил в ссылку в Каргополь, за самоуправство в управлении и за нерадение в Крымском походе. А ведь Магистр так и предупреждал. И обвинения от царя в покушении на государственную власть для него так и не прозвучало.

…

Патриарх Иоаким долго готовился к этому неприятному для него разговору. Когда он первый раз увидел в свите молодого царя этого темнокожего молодого мужчину, реакция у него была однозначная. Перекрестить и сжечь!

Но после их многочисленных бесед, больше с его стороны похожих на допросы с пристрастием, Иоаким мнение поменял. Причём на диаметрально противоположное. Начитанный, умный и ПРАВОСЛАВНЫЙ арап смог убедить главу русской православной церкви в своей полной адекватности и абсолютной лояльности к России и лично к Петру Алексеевичу. И именно его стараниями церковь весьма крепко поднялась по деньгам во время весеннего царского фестиваля.

А теперь вот патриарх третий день подбирал слова и готовил речь. В то, что арап был заслан к царю иезуитами, он не верил. Хотя в разговорах у того и мелькали иногда фразы, которые больше иезуитам подходили, но сказаны они бывали не с целью убедить собеседника в своей правоте, как братья Ордена обычно делают, а как примеры иной, чуждой православному человеку точки зрения. И это Иоаким тогда очень отчётливо запомнил. Не любит Ибрагим иезуитов. Вон, как после разгрома их посада в Немецкой слободе он какой довольный ходил.

Но слова Медведева о том, что Магистр Ромель поручил ему найти и наладить контакт с Ибрагимом, сильно задели старика. Неужели он мог так ошибиться? И в ближнем кругу царя теперь есть волк в овечьей шкуре? И это всё с одобрения его, патриарха, самого? А, если вдруг …

– Поговорить надо, – Иоаким степенно кивнул проходящему мимо Ибрагиму и медленно пошёл в направлении своих покоев, даже не сомневаясь, что тот пойдёт за ним следом.

И удивлённый арап действительно пошёл. Всё-таки патриарх позвал, не абы кто. Да и время есть, пока Попов с Головиным не вернулись со стрелки с Псковскими.

– Слушаю, владыка, – Ибрагим, зайдя вслед за патриархом в его немаленькие апартаменты внутри монастыря, перекрестился на красный угол. Служка, повинуясь жесту хозяина помещения, быстро закрыл за Ибрагимом двери.

– Присядь, нелёгким будет разговор. – Старик сам уселся в большой деревянный трон, стоящий в голове огромного дубового стола по центру палат. Солидно так рукой повёл в сторону скамьи вдоль стола, приглашая арапа присесть, куда тому будет удобно.

Ибрагим покосился на хлопнувшие за спиной двери и присел поближе к патриарху.

– Скажу прямо, хоть сие и есть тайна, но раз она тебя касаема, то ответ твой услышать хочу честный и прямой. То, что ты тайный иезуитский лазутчик и шпион, я не верю. Иначе ты бы уже на дыбе был в темнице, и царь бы тут не помог. А потому вопрошаю тебя открыто и без боязни. Почто Магистр иезуитов Фредерик Ромель ищет встречи с тобой?

«Опа! Ну нихрена ж себе тема нарисовалась, откуда не ждали!» – Ибрагим хоть и пытался держать себя в руках, но видимо на лице у него сильное удивление было заметно. Потому, как патриарх, внимательно вглядывающийся ему в лицо, сделал для себя правильные выводы. Не знал Ибрагим про такой интерес иезуитов к нему.

– Владыка, а откуда такая информация пришла? Со мной никто про это не говорил никогда.

– Поймали мы агента иезуитского намедни. Поспрошали, как водится. Вот он и рассказал, что Ромель де приказал искать в близи царя людей новых, таких, которые отличаются чем-то от обычных.

– Каких обычных? – Ибрагим сделал удивлённое лицо. – Темнокожих? Таких много что ли тут? – и ухмыльнулся, а у самого внутри всё сжалось. Если сейчас патриарх про попаданцев что-то ляпнет, что делать тогда? Валить его тут, а всем объявлять срочную эвакуацию по самому жёсткому сценарию, который они когда-то прорабатывали? Или договариваться как-то? Получить поддержку высшего церковного иерарха – это всё-таки дорогого стоит. Старик вроде адекватный, хоть и себе на уме, конечно.

– Не прямо так, что темнокожих, – патриарх вдруг задумался. А ведь и правда, с чего это Сильвестр решил, что Магистр ему про Ибрагима писал? Просто, потому что он прям уж сильно внешне ото всех прочих отличается? А может это и не про него вовсе было? – А ведь и правда. Не говорил он там прямо про цвет кожи-то. А кого же он тогда имел ввиду? – И он вопросительно посмотрел на Ибрагима. – Ты как думаешь?

– «Ясно кого, пришельцев из будущего!» – подумал про себя попаданец, а вслух сказал:

– Ну, при царе сейчас много новых людей, и, мыслю я, скоро ещё больше будет. Всё ж перемены будут в стране с приходом Петра Алексеича в кремль. Много и новых людишек набежит, а и те, кого забыли ранее незаслуженно тоже захотят к царю поближе вновь попробовать. Может иезуитам просто из новых людей агенты нужны? Старых-то царь поди всех и разгонит. Если не казнит. – И Ибрагим пристально посмотрел на старика. Мол, решать кого-куда мы можем и вместе, если ты тут правильно акценты сейчас расставишь.

– Вот оно как! А искать таких подсылов иезуитских будет Васька Головин? И Попов? – Иоаким задумчиво посмотрел на стол. – И как же они их искать будут?

– Может ты, владыка, поможешь? Как-то же этого агента иезуитского поймали. Кто он хоть таков-то?

– То не важно. Случайно его поймали. Видак был, как от с Магистром шашни крутил. Боюсь, это ничем нам особо не поможет. Хотя мы его, конечно, поспрошаем ещё… да, поспрошаем…, – и старик опять задумался о чём-то, вон как глаза заблестели. И патриарх протянул руку.

Поняв, что аудиенция окончена, Ибрагим поднялся со скамьи, изобразил глубокий поклон и, приблизившись, поцеловал руку священнику и затем медленно задом попятился к дверям. Иоаким машинально перекрестил арапа, находясь при этом в глубокой задумчивости и уже, видимо, мыслями пребывая далеко отсюда. Знает ли Медведев ещё кого-то из агентов Ордена при дворе? Не спрашивал он его про то. Уж больно информация про Ибрагимку его в смущение тогда привела, вот и не стал дальше разговор вести. А ныне вот пришло уже время вопросов с пристрастием.

Надо к кату его вести! И самому послушать! Похоже, прав арап, боятся иезуиты потерять власть при смене царя, вот и ищут, кого из новых людей рядом с ним на крючок себе подцепить можно. А новых ведь и правда много, и точно будет больше. Молод, государь, опора ему нужна. В старых боярах да дьяках того не сыскать. Почитай каждый второй или казнокрад или мздоимец. А бояре те лишь бы почестей да земель с крестьянами поболе от трона урвать. И чтобы не трогали их.

– «Эх, а ведь под это дело и в церкви ему порядок бы навести. Старообрядцев повывести всех, да земельки их к церковным привесть», – и мысли его плавно ушли в сторону проблем с управлением церковным хозяйством.

А Ибрагим, выйдя за двери патриарших палат, опять истово перекрестился. Уже чисто для себя.

«Пронесло на этот раз! Но кто ж там у иезуитов такой шустрый? Надо Ваське сказать, чтобы по подземелью пробежался. Сидит небось он там у патриарха, или песни уже в пыточной поёт. Надо бы и нам послушать, что и как. Ох, чую, с иезуитами ничегошеньки не закончено, а даже наоборот, начинается только всё. Как Наталью Магистр потерял, так как с цепи сорвался. И Голицына вон заставил полки стрелецкие раньше времени дёрнуть на Петра, и сам убежал, только пятки сверкали. Дед Тихон смог только узнать, что рекой тот ушёл. А тут вишь как, агента в Троицу послал. Наталью искать? Или догадывается, что рядом с Петром ещё попаданцы есть? Вряд ли, но, сука, умный ведь, мог и додуматься. Контрразведку, как и планировали, Попов у нас возглавит, но надо бы нам уже и внешнюю разведку свою создавать. Агенты нам тоже везде пригодятся. А дипломатическая служба тут на дряхлом Посольском приказе вся построена. Может Илью туда поставить? Надо с ребятами обсудить!»

…

Глава 5

В ватажке Сеньки Псковского за три года её существования было уже больше сотни человек. Не сказать, что прям все отъявленные мерзавцы и душегубы, но и интеллектом особо никто не блистал. Кроме может самого Сеньки да бабы его, Катьки-Ромашки. Через ту бабу им неприятностей и привалило.

Решения в ватажке принимал всегда сам Сенька единолично, но с оглядкой на троих своих подельников, которые были у него за бригадиров. Когда Катька пришла в хату с базаром за мокруху молодого царя, её сперва и слушать никто не стал. С ума девка сошла, не иначе?! Мало ли какой-то там боярин им чего наобещает. Дело-то не простое поди. За такое не токмо ноздри рвать будут да на каторгу, а и головы лишат сразу.