Алексей Бёрбут – Свобода и Братство (страница 9)

– А я ждала, я правда ждала. Надеялась. Думала, что это просто твой характер, твоя работа, сложности.

– Мне пора, – сказала она наконец.

– Сейчас? – Артем шагнул к ней.

– Да, пока я ещё могу уйти сама. Не хочу ждать, пока ты решишь, что для тебя важнее – я или очередная битва с ветряными мельницами.

Она взяла сумку и остановилась в дверях.

– Ты хороший, Артём, – сказала Света уже тише. – Просто, мне кажется, что ты не для меня.

Дверь закрылась тихо, без хлопка. В комнате стало пусто. Артём сидел на кровати, чувствуя, как тепло, которое было здесь недавно, уходит. Медленно, но окончательно.

На следующий день, неожиданно для себя Артём поехал к матери. Позвонил стоя у подъезда.

– Мам, это я.

– Артём? – она удивилась и тут же обрадовалась. – Заходи, заходи конечно. Я дома.

Дверь открыла почти сразу. На маме был домашний халат, аккуратно застёгнутый, волосы убраны, губы чуть подкрашены – она всегда старалась выглядеть «прилично», когда он приходил.

– Проходи, – сказала мама улыбаясь.

Она обняла Артёма крепко и чуть неловко, как обнимают тех, кого не ждали, но кому очень рады.

– Ну как ты? – спросил Артём, разуваясь. – Как себя чувствуешь?

– Нормально. Давление правда вчера, подскочило, но это ерунда.

Артём сразу насторожился.

– Ты таблетки регулярно пьёшь?

– Конечно, – мама кивнула. – Я же не маленькая.

– Точно пьёшь?

– Точно-точно, – улыбнулась она. – Я вчера как раз в аптеку заходила. И в магазин. У меня всё есть, не переживай.

Это «не переживай» прозвучало как оправдание – как будто они играли в игру, где он уже был не сыном, а родителем.

Они прошла на кухню. Всё было на своих местах: кружки, полотенце, магнитики на холодильнике. Он сел, и мама поставила чайник.

– Ты похудел, – сказала она, не глядя на Артёма.

– Да вроде нет.

– Нет, похудел. Плохо питаешься.

Он хотел возразить, но не стал.

– А у нас тут новости, – продолжила она, доставая печенье. – Соседка наша, Людмила Петровна, опять всех на уши подняла. Представляешь, предлагает перед подъездом цветник разбить. Собрание собирает.

– И что?

– Да что «что», – фыркнула мама. – Кому он нужен, этот цветник? Лучше бы трубы поменяли.

Она села напротив, разлила чай.

– А мне дядя Серёжа вчера звонил, – добавила между делом. – Из Пензы.

– Как он?

– Да нормально вроде. У них Танечка замуж вышла.

– Серьёзно?

– Ага. А у Андрюши сын родился. Еще зимой.

Артём кивнул уже не слушая.

– Мам, – сказал Артём, чуть помедлив. – Я хотел с тобой поговорить.

Она внимательно посмотрела на него.

–Что-то случилось?

– У меня сейчас… странная ситуация. На работе. Я столкнулся с вещами, которые… ну, которых не должно быть.

– В каком смысле? – спросила она, но без особого интереса, уже потянувшись к печенью.

– В прямом. Я обнаружил странное влияние. Может быть даже не человеческое. И мне сейчас активно мешают этим заниматься.

Она кивнула, жуя.

– Мешают – это всегда неприятно, – сказала мама. – Но ты сильный, справишься.

Он нахмурился.

– Мам, у меня позавчера данные стерлись. Доказательства. Не по моей вине.

– Это техника сейчас такая, – сказала мама будто не понимая, о чём он говорит. – Всё ломается.

– Ну не так же, – начал объяснять Артём. – Не за минуту. И не выборочно.

Она пожала плечами.

– Всё бывает.

– Мам, ты не понимаешь. Это не просто «мешают». Это… – он поискал слова. – Это как будто меня пытаются убедить, что я ошибся. Делают из меня идиота.

– Ну зачем сразу «идиота», – мягко сказала мама. – Просто ты, наверное, слишком глубоко в это погрузился.

– Я погрузился глубоко, потому что для меня это важно.

– Почему? – спросила она спокойно.

Он замолчал на секунду.

– Для меня, это важно, потому что это касается моего права понимать, как всё вокруг устроено, – сказал Артём.

Она посмотрела на него с лёгкой улыбкой – той самой, снисходительной, материнской.

– Артём, – сказала мама, – Ты опять начинаешь все усложнять.

– Мам, я тебе сейчас говорю о вещах, которые могут быть опасны.

– Для кого?

– Для меня.

Она вздохнула.

– Сынок, ты фантазируешь. Ты всегда был фантазёром. Умным, да. Но фантазёром. У тебя стресс. От работы. Ты же работаешь без выходных, я знаю.

– Ты просто меня не слышишь – Артём заводился все сильнее.

– Я слышу, – ответила мама спокойно. – Но я не вижу в чем проблема.