Алексей Большаков – Похождения рубахи-парня (страница 57)

  Ну, а Дьявол, используя злобных,   Над Отчизной занес страшный меч!   Жалит адская, жуткая кобра,   И грозит мир наш хрупкий поджечь!   До чего гнусен ум, если служит   Сатане и безбрежным страстям!   По крови, словно мальчик по лужам,   Прется тлен, рвет страну по частям!   Вот и трупов уж целые горы,   Истязает Косой всех людей!   У детей море слез, в горе взоры,   Море плах — торжество палачей!   Но за Родину дружно мы станем,   Помолившись иконам святым!   И ремнем затянув туже ранец,   Штык вперед — супостатов крушим!   И никто в страхе мерзком не дрогнет,   Потому, что Отечество нас   Воспитало сурово и в долге,   Никогда воин Русь не предаст!   Но какие бы беды не были,   И жесток сатанинский оскал,   Не дадим флаг наш вывалять в пыли,   Сохраним мы Святой идеал!   Небеса и Христос вдохновили,   Брань вести. Те, кто мертв воспарят!   Век служить всею силой России,   С нами Бог, русаки победят!

Вот и очередная рубка заканчивалась. Впрочем, сам пан Лисовский сумел каким-то чудом с горсткой людей все же прорваться к Туле. Он и его поредевшая свита на резвых конях уходили к городу, в котором находился многочисленный польский гарнизон. А остатки войска ляхов добивались русскими воинами. Уцелевшие воины бросали оружие и униженно молили о пощаде. К концу боя Скопин-Шуйский снисходительным тоном все же приказал сохранять сдавшимся жизнь.

После этого сопротивление совсем угасло, пленных обезоружили, забрали все ценное, построили в колоны и погнали вслед за русским войском.

Скопин-Шуйский был доволен. Огромный и широкоплечий, он гарцевал на белом коне. Рядом с ним скакал Алексей.

Князь и большой воевода удивился:

— Как быстро вы с кавалерией, шестью сотнями стрельцов и мужицким ополчением разгромили внушительное войско Сапеги!

Сотников радостно ответил:

— Да, княже! Было не просто, но сам Сапеги убит, и в том районе больше нет ни ляхов, ни гарнизонов самозванца.

— Ты творишь настоящие чудеса, мечник! — похвалил Скопин-Шуйский. — Уж не колдун ли ты?

Алексей с улыбкой ответил:

— Нет! Я всего лишь учусь!

Князь торжественно произнес:

— Я буду ходатайствовать перед царем о присвоении тебе титула князя. Ты это заслужил. Мой дядя, я думаю, отнесется к с пониманием.

Алексей напомнил:

— Остались еще не взятыми Тула, Калуга, Смоленск плюс войско Сигизмунда. А это внушительная сила.

Скопин-Шуйский уверенно ответил:

— Сейчас силы числом стали почти равны. А дух и умение у нас заметно лучше, чем у ляхов!

Алексей охотно подтвердил:

— Верно князь! Дух нашего войска силен. Противник же слаб, мы у Лисовского пушки без боя взяли.

Подостлавшая от основного войска артиллерия пана Лисовского оказалась захваченной русскими с наскока. Практически без потерь со стороны кавалерии.

Теперь можно было поразмыслить, что делать дальше, где лучше дать польскому королю Сигизмунду решающее сражение.

У Скопина-Шуйского собралось уже более сорока тысяч воинов, и прибывали все новые и новые силы. Осилить польского короля вполне было по силам. Но вот вопрос: брать ли сначала Тулу, чтобы не дать сойтись в этом городе различным польским отрядам?

Скопин-Шуйский предложил сразу же дать бой войску Сигизмунда, а затем захватить Тулу хитростью.

Алексей Сотников согласился. С Тулой без воинов короля ляхов серьезных проблем быть не должно. Хотя, конечно, с хитрым паном Лисовским следовало держать ухо остро.

К Сигизмунду, как донесла разведка, подошел еще один пехотный полк. Предстояла нешуточная битва. Русское войско теперь имело чуть больше бойцов, но из них почти половина приходилась на мужицкое ополчение с косами и вилами. Надежда была на возросший боевой дух, лучшую организацию войска, управление флажками и другие передовые нововведения, предложенные главным мечником.

Алексей Сотников предположил, что Сигизмунд может отказаться от генерального сражения и прорыва в Тулу, а постарается уйти назад, в Польшу.

Скопин-Шуйский не согласился со своим советником:

— Гордость шляхетская не даст им уйти без сражения. По сути, это будет бегство. Да и король лишь марионетка в руках панов. Так что они на нас все равно пойдут. Несмотря на провал его сына.

Алексей сказал:

— Выроем редуты, и будем ждать неприятеля здесь.

Князь Михаил согласился:

— Это правильно, пока время у нас немного есть.

— Распустим слух, что часть наших войск отправилась осаждать Тулу, — предложил Сотников, — а на самом деле направим туда лишь конные сотни, которые в нужный момент вернутся назад.

Скопин-Шуйский одобрил план:

— Согласен! Тогда король с большей охотой попытается атаковать нас. А мы найдем, чем его встретить.

Князь Михаил распорядился немедленно приступить к рытью редутов. Оба военачальника лично контролировали работу.

Скопин-Шуйский обратил внимание на Аленушку, которая вместе с Катей помогала солдатам. Он позвал барышень к себе. Катя, перебирая босыми ножками, опередила Аленушку, поклонилась большому воеводе в пояс и спросила:

— Чего изволите, ваше сиятельство?