Алексей Богородников – Секта Безумного Мага (ПВ-5) (страница 52)

Потому по всем понятиям, барон Эделин творил полную херню. Может не лично, но через сына. Женить сына барон захотел — где, блджд, доля короля⁈

Шан Ханилен так и спросил, поймав Арналда с телегой добра, вывозимого из замка. В ответ получил топором по нащёчнику шлема с криком «я новый граф Эделин!».

На этом моменте принцесса потребовала у Арналда запись супружества. Таковой документ подписывают, вступая в брак. В Самуре, например есть «Книга супружества», где вписаны горожане, состоящие в браке. Среди аристо составляют документ, который кроме женатиков, подписывают три знатных соседа и везут документ в столицу, где его прикладывают в национальный сборник супружеств. И конечно дают немного денежек королю. Если не особо из себя чего представляют. В браках между реально крутыми аристо и по соточке золотых за благословение короля и его подпись в записи отваливают.

Из сумки бородача люди шана Ханилена достали лист, на котором красовались три подписи. Одна — Арналда, а вот вторая была каракулями пьяного извозчика. Третья была подписью барона Эделина. Ну так тоже можно было, но двух еще не хватает, даже если подпись дочки Сентенты истинная.

Уяснив детали, принцесса немигающим взором окинула эльфов.

— Наёмники, застрелившие людей королевского мытаря. — зловеще произнесла она.

Во время схватки у шана Ханилена погибло двое стражей. В черепе каждого обнаружились эльфийские стрелы. Это вообще чудо, что убитых было только двое. То ли эльфы не собирались всех убивать, желая оставить на Арналде кровь и свидетелей. То ли люди шана Ханилена так умело защищались. Магов в схватке было двое: огня у Арналда и воздуха у Ханилена. Они как схватились между собой, так и пытались задамажить друг друга, оставив остальных разбираться между собой. А в тяжелом вооружении и броне человека сразу так не убить.

Главный эльф, он же Килдрас Светокрылый, задергался.

— Мы обычные наёмники. — попытался отмазаться он. — Схватка развернулась для нас на расстоянии. Двое убитых были уничтожены до крика шана Ханилена, что он королевский мытарь. В дальнейшем мы пытались только ранить королевских служащих, не убивая. Я лично покинул лес и просил его милость перестать атаковать и дать всем возможность покинуть место боя.

— Трус! — выплюнул Арналд ему оскорбление.

Но логика в словах эльфа присутствовала. Она объясняла, почему элитная пятерка эльфийского спецназа не ушатала в пять секунд весь отряд шана Ханилена. В том, что это непростые эльфы, у меня никакого сомнения не было. Ранены стрелами и истекали кровью, почти все стражи.

К такому же примерно выводу пришла принцесса.

— Король разберется. — мрачно пообещала она эльфам. — Возможно вы никогда не услышите больше крик совы.

Это такая страшилка была для эльфов. Они, по слухам, женятся только после получения, выращивания участка леса и подарка семейной совы от их Совета.

— Имущество выгрузить, раненых в повозку. — отдала приказ Аиша. — Установить временный караул числом в пять наиболее здоровых стражей. Мы выдвигаемся в замок графа Сентенты.

Глава 30

— Ты же простудишься, деточка. — громко крикнул я. — Придется в баньку тебя отвести и вениками отхлестать. Работа трудная, не каждый друг согласится.

— У меня нет друзей. — гордо ответила деточка. И даже не заплакала.

— Дружи с диваном. — посоветовал я. — На него всегда можно положиться.

Этот странный диалог проходил во внутреннем дворике, под окнами замка графа Сентенты, в свете луны и факелов на стенах. С его дочкой. Мы только прошли через ворота, после показательного расстрела несогласных с нашим визитом, как я засек в открытом окне тощую, бледную тень.

Замок предателя был расположен на холме. Небольшой, но аккуратный. С округлыми щечками больших башен, узкими бойницами. Внутрь замка вела дорога слева, заезжавшая в башню с аркой. У подножия замка рос красивый мощный дуб, декорированный плетеными качельками.

Очень похож на немецкий замок Берлепш, что в землях Гессена. Ворота в арке открыли не сразу, стражи суетились и, жалобно хныкая, спрашивали, где граф Эделин. Озлившись, принцесса поклялась развесить всех обитателей замка по стенам, а предъявленный мной, двум арбалетчикам в бойницах сын барона, дергаясь под разрядом света и заикаясь, велел всем сдаться на милость её высочества.

Но думаю, их больше напугала перетекшая на стену замка Леда. Она словила два болта от арбалетчиков без видимого эффекта, в ответку пристрелив обоих. В полной темноте. Больше никто не сопротивлялся.

— Примерно догадываюсь, кто учил её вести переговоры. — похвалил элементальку.

Так мы заехали в замок, где шан Ханилен начал производить смену караула, собирая и обезоруживая людей Арналда Эдилена. А я решил поговорить с тенью, при внимательном рассмотрении оказавшейся недокормленной девчушкой.

Кажись, в её сон недавно ворвался Горшок, спев «разбежавшись, спрыгну со скалы…» потому отворив ставни, лежа на подоконнике, Гроулз Сентента глазела вниз с восьмиметровой высоты, поджидая своего «женишка», с целью подпортить свадебную вечеринку, вымазав своими мозгами внутреннюю площадку.

— Гроулз Сентента! — грозно сказала Аиша, подходя ко мне и обращаясь к косплею на привидение. — В жизни не видела столь безрассудной девицы. Немедленно закройте ставни, вызовите прислугу и подготовьтесь к нашему визиту.

— Не могу, ваше высочество. — призналась Гроулз. — Окно слишком высоко для меня. У меня работает только одна рука и стремянка, по которой я залезала, свалилась вниз. А вы приехали, потому что папка мой нашелся? Надеюсь, он ничего не натворил?

— Здесь вопросы задаю я! — свирепо ответила принцесса.

— Барон Арналд Эделин то же самое говорил. — грустно сообщила дерзкая, бледная немощь.

В этот момент за её спиной мелькнула тень, ловкая рука схватила графиньку за плечо, подняла и исчезла. Спустя несколько секунд в окне появилась довольная мордашка Каи. Она призывно замахала рукой.

Мы с лисодевочкой, знаете ли, тоже умеем вести переговоры.

Вместе с сопровождающей меня принцессой, поднялись наверх до комнаты графини, проходя через парадный зал, суетливых напуганных слуг, следов погрома и снятых со стен портретов, пятен крови, поехавших нитками гобеленов от удара мечом. Баронишко успел повеселиться.

В покоях графини Кая болтала с девчулей, при ближайшем рассмотрении, горевшей лихорадочным румянцем на щеках. Худющей, лежавшей на кровати, одетой в розовое платье, с красивыми, слегка раскосыми карими глазами, высоким хвостиком коричневых волос, тонкой линией изящных губ и строгим правильным носиком. Два артефакта света прекрасно подчеркивали детали.

Я бы сказал: смертельно красивая.

Стремянка — изящная, раздвижная лесенка из бальсы, валялась возле кровати. Её конец был привязан к изголовью кровати. Гроулз не залезала по стремянке, да и не смогла бы. Она один конец её положила на изголовье, зафиксировала простыней, а второй конец перекинула на высокое окно. Проползла по стремянке к окну, открыла ставни и наслаждалась последними часами жизни. Всё это с помощью ума, зубов и одной руки.

— Ну-с, больная, на что жалуемся? — потер шутовски ладошки. — на власть, образ жизни или современных мужчин?

— А если на власть? — Гроулз начала с провокации.

И это при живой принцессе за моей спиной, нахмурившейся на такую предъяву.

— Её высочество еще позавчера, дважды были на волосок от смерти, встав на защиту простого народа от монстров. — сообщил я дочке предателя. — Вчера спасли целый город от природной катастрофы, схода снежной лавины.

Гроулз Сентента перевела взгляд на принцессу.

— Ваше высочество, прошу простить мою дерзость и скверный характер. По утрам меня тошнит, днем я плачу, к вечеру хочу самоубиться. Увидев вас, такую юную и красивую, величественную, мне захотелось пасть от вашей руки.

— Ой, да заведи себе котика уже. — грубовато сказал ей, кастуя рассеивание заклинаний.

— Насчет современных мужчин. — пожаловалась она. — Довольно бесцеремонные создания.

— Уху, — рассеяно ответил ей, затачивая своё заклинание на двенадцать. — котики точно лучше. А как красиво они летят, когда годам к сорока выходишь замуж и кидаешь пушистика вместо букета своим подругам.

Гроулз наконец улыбнулась. Скорее из-за несуразной цифры — сорок лет, да что это такое. В таком возрасте помирать пора, уж она точно не доживет. Эта мягкая улыбка юной девушки, за всю свою недолгую жизнь никогда не встречавшей настоящее счастье, меня подстегнула.

Я попыхтел, кастуя раз за разом обновленное заклинание. Точнул еще раз на четырнадцать. Принялся испытывать заново, пока Кая и Аиша развлекали дочку Сентенты болтовней о своих подвигах. Нахальная и одновременно вызывающая жалость девчуля, им явно зашла.

— Спасибо, что попытались. — поблагодарила меня Гроулз, оценив мои старания. — Кто только не пытался меня излечить рассеиванием. Был даже маг света двадцать пятого уровня из Ирвалии.

«Деточка, я вообще-то тридцать четвертого, с заточенным рассеиванием» — хотелось мне важно ответить, но пока я фейлюсь, подобное бахвальство пустой трёп.

— Со временем я потеряла надежду. — бухтела Гроулз. — Больше всего меня в подобных ситуациях привлекали разговоры о том, что происходит наружи. Мир, который я никогда не увижу, но могу узнать что-то новое в разговорах с интересными людьми. Пыльца терросвета которую каждый год приносил батюшка, позволяла мне дышать и чувствовать конечности. Руки или иногда ногу, действие было непредсказуемым, болезнь отступала частично, с какого-то участка тела.