Алексей Биргер – Ключи от бездны (страница 18)
Высик присвистнул, зажигалку отправил к себе в карман, а удостоверение и пачку немецких сигарет образца 1944 года (здорово, видно, немцы драпали, если бросили партию сигарет, сигареты-то и у них уже начинали идти чуть ли не на вес золота, и, видно, большой нашим достался склад, раз до сих пор из этой партии обеспечивали сигаретами «своих») отправил в топку своей чугунки.
— Ну дела!.. — бормотал он, подкладывая бумагу и щепки и глядя, как пламя сжирает корочки удостоверения и табак. — Ну дела…
И в это время в дверь постучали.
— Кто там? — спросил Высик, не отрывая взгляда от пламени. — Я занят с важными документами, зайдите попозже.
— Это Шалый! — отозвался хитрый, хорошо знакомый Высику голос. — И Казбек тоже!
Высик перевел дух, улыбнулся огню — улыбкой облегчения и благодарности — и встал, чтобы открыть дверь.
— Заходите, ребята! Очень рад вас видеть. Очень вы вовремя. Только… только дверь я опять запру.
Шалый и Казбек уставились на труп.
— Что у тебя творится, командир? — спросил Казбек.
Шалый, опустившись на корточки, стал осматривать тело.
— Он только что пытался меня убить, забравшись через окно, — сообщил Высик. — А получилось так, что я его убил. Теперь ломаю голову, как от него избавиться, потому что официальный ход этому трупу давать нельзя… Во всяком случае, нельзя, чтобы он был обнаружен в моем кабинете.
— Похоже, здорово тебя припекло, лейтенант, — сказал Шалый. — Да иначе ты нас и не вызвал бы.
— Вот именно, — согласился Высик. — Я думаю, нельзя ли его выбросить в окно, а потом отволочь задами куда-нибудь на пустырь. Хлопот, конечно, много будет, но…
— А почему через двери его не вынести? Это намного легче, — предложил Казбек.
— Мимо дежурного? — язвительно заметил Высик, решив про себя, что тот получит нагоняй.
Правда, может, все оказалось и к лучшему. Для того дела, которое задумывал Высик, совсем не требовалось, чтобы кто-то видел Казбека и Шалого вместе с ним, а тем более — входящими в здание милиции. Высик уже придумал легенду на случай, если Казбек и Шалый появятся у него при народе: мол, зашли предъявить паспорта и отметиться, как им предписано при перемещениях по стране, но ребята они опасные, за ними нужен глаз да глаз… А потом он будет встречаться с Казбеком и Шалым лишь тайно. Вот и выходит: только к лучшему, что дежурный их не видел. Теперь бы им так же незаметно ускользнуть, получив от Высика все инструкции…
Казбек и Шалый переглянулись.
— Мы дежурного… того… Решили проверить на бдительность. Как штабного полковника, помните?
Еще бы Высик не помнил! В свое время эта история наделала много шуму. Комполка во время затишья на фронте решил устроить своим разведчикам учения, чтобы они не «засиделись». Разведчики должны были взять условного «языка», маршрут которого был известен, а «язык» должен был приложить все старания, чтобы уйти от разведчиков. И тут накладочка вышла. Вместо того, кто должен был играть роль «языка», сцапали полковника из штаба дивизии. Мешок на голову, веревки на руки и ноги — он и шелохнуться не мог, пока его не развязали перед светлыми очами комполка. Комполка был, естественно, ошарашен, попробовал извиниться, но штабист, впав в ярость, помчался жаловаться комдиву… Лучше бы он этого не делал. «Сволочь! — орал на него комдив. — Трус! Размазня! Хорошо, это наши учения проводили! А если бы действительно была немецкая разведка? И ты, офицер в высоком чине, знающий важные штабные и военные тайны, дал себя поймать, даже не сопротивляясь! Да лучше бы ты застрелился, скотина!» Он и покрепче выражался, этот комдив, всего не перескажешь. В итоге последовал приказ: полковнику за «утерю бдительности» — разжалование в лейтенанты и отправка на передовую (и хорошо, что в рядовые не разжаловал, сперва комдив к этому склонялся), а разведчикам — благодарность за отлично проведенные учения.
— Вы хотите сказать?.. — начал Высик.
— Угу, — закивал Казбек. — Должны же мы были выяснить, как тут охраняют нашего командира. Теперь дежурный лежит под своей стойкой, связанный, с мешком на голове. Он нас и заметить не успел, а разглядеть — тем более.
— Пошалить захотелось, да? — прищурился Высик.
— Ты уж не обижайся, командир, — развел руками Шалый. — Мы ведь из лучших чувств. Ну, взыграло, может…
— Да с чего бы мне обижаться? — откликнулся Высик. — Все туда, куда надо, все к лучшему… Давайте так. Вы сейчас убежите, а этого типа я «подстрелю» возле самого дежурного. Дежурного потом распутаю… Мол, вы втроем пытались на меня напасть, но я дал сдачи, не удалось вам застать меня врасплох… Так все запутаем с этим налетом, что сам черт ногу сломит, пусть потом кто хочет разбирается, а я чист…
— Это уж совсем мальчишество будет, командир, — сказал Шалый.
— Ну и пусть мальчишество! Сейчас только мальчишество нас и спасет… Значит, так. — Высик поманил их к подробной карте района. — Как отсюда сбежите, двинетесь вот сюда. Видите, как добираться? Вот в этот дом, в конце Столярного поселка. Там живет некий Попков, самогонщик. У него спросите, где можно остановиться на несколько дней — где-нибудь в тихой избе на отшибе. Мол, хорошие люди посоветовали обращаться именно к нему… Он вам наводку даст, у какой глухой и слепой старухи можно снять комнату. А сам ко мне прибежит с доносом. По его доносу я вас и найду. Сам найду. Завтра же сядем и поговорим. Ясно?
— Да что тут неясного, командир? — ухмыльнулся Казбек. — Исполним.
— Вот и отлично. А сейчас — хватайте этого типа и тащите. Я в начале лестницы в него выстрелю, и вы его сошвырнете, чтобы он всю лестницу пролетел. Ну, пошли!..
Все было выполнено идеально, и буквально через несколько минут Высик уже развязывал дежурного.
— Товарищ лейтенант, я… — пробормотал дежурный, когда Высик снял с его головы мешок.
— Упечь бы тебя за потерю бдительности! — резко сказал Высик. — Видишь, из-за тебя чуть меня не убили! Да и сам мог голову сложить! Странно, что они тебя, дурака, пожалели.
— Дая…
— Не дергайся! — Высик ножом перерезал веревки на его руках и ногах. — А теперь — звони. Сообщи, что ЧП небывалого масштаба. Налет на здание милиции, один из налетчиков убит… Давай!
— Слушаюсь! — Дежурный, массируя кисти рук, поднялся на ноги и направился к телефону. — Как же это они меня…
— Потом разберемся! — прервал его Высик. — Ты звони, а я пока обыщу убитого.
И колесо завертелось. Еще до полуночи на место происшествия заявилось все начальство, начиная с опера. Еще бы, нападение на здание милиции — это было нечто, не умещающееся ни в какие рамки!
Врач, невыспавшийся, хмурый, срочно выдернутый из постели, осмотрел труп, сделал заметки, чтобы написать официальное заключение, и труп понесли вниз, в грузовичок. Высик и врач вышли следом на свежий воздух.
— Сочувствую, — сказал Игорь Алексеевич. — Еще и это на вашу голову.
— Пустяки! — буркнул Высик. — Все хорошо, что хорошо кончается!
— Вы знаете… — Врач оглянулся и убедился, что в данный момент их никто не слышит. — Я не исключаю вероятности того, что этого человека убила не ваша пуля. Что он был уже некоторое время мертв, когда вы в него стреляли. Слишком мало крови из раны, понимаете, и еще кое-какие признаки…
— Вполне возможно, — сказал Высик. — Мне это тоже приходило на ум.
— Так можно об этом писать? — Врач неожиданно остро взглянул на Высика.
— Почему нет? — откликнулся Высик. — Любое искажение фактов, не санкционированное сверху, вам же и отольется. И я на вашем месте добавил бы, что у вас недостаточно возможностей, чтобы произвести точное обследование этого мертвяка, и вы предлагаете отправить его в более оборудованное место. Чтобы сбагрить этот труп со своей шеи.
— Вот как?..
— Да, вот так. Чем скорее вы избавитесь от этого трупа, тем лучше. Пусть его хоть в Москву забирают. И упаси вас Боже хоть в чем-нибудь ошибиться в заключении о смерти!
— Понял. — Врач хмуро кивнул. Похоже, то, что он понял, ему совсем не понравилось. — Да, я думал над вашей задачкой. И кое-что мне в голову пришло.
— Что? — Высик сразу оживился.
— Кислородная подушка. Во всех трех случаях нужен тот или иной вариант кислородной подушки.
— Вы хотите сказать…
— Но двигатели-то, они на парах бензина? Или, там, угля? — сказал Высик.
— Вы же спрашивали о" двигателе