Алексей Беркутов – Hollow Moon. Том I (страница 1)

Алексей Беркутов

Hollow Moon. Том I

Эпизод

I

Глава 1. Валькирия

Жизнь стремительно покидала тело.

Вязкая, густая как нефть тьма обволакивала, лишая воздуха. Сердце уже не билось. Артур падал в пустоту.

Мутные обломки реальности медленно проплывали мимо. Что-то похожее на бесконечную белую ленту, завёрнутую в спираль, оказалось клавишами рояля. Стеклянные осколки очков сталкивались, рассыпаясь звёздами. Жалобно стонали лопающиеся струны.

Падение рывком оборвалось. Артур упал в кресло зрительного зала. Уходящее во тьму бесконечное пространство скукожилось как резина, притянув сцену, скрытую тяжёлым бархатным занавесом.

Ткань с шорохом поползла в стороны. Но вместо привычного белого киноэкрана перед ним возник огромный пузатый телевизор. Экран рябил помехами, бросая лунный свет.

– Уютно, правда? – раздался знакомый ехидный голос.

Артур повернул голову. В соседнем кресле сидел…

Двойник. Он вальяжно закинул ноги на спинку переднего сиденья и вместо попкорна жрал вырванные человеческие зубы. На носу криво сидели картонные, стереоскопические, с красной и синей плёнкой вместо линз.

– Гон? – с дрожью выдавил Артур.

Его собственный голос звучал глухо, как из-под воды.

– Ты ждал кого-то другого? – собеседник хрустнул зубом-попкорном. – Видишь, титры идут? Фильм называется «Бесславный конец одного идиота». Спойлер: главный герой откиснет.

Артур посмотрел на стеклянный экран. Сквозь рябь действительно были видны строчки с именами:

В фильме снимались:

Яна Королёва....................................в роли Трепанатора;

Екатерина Котёночкина.................в роли Искусительницы;

Маргарита Карпова.......................в роли Валькирии;

Софья Гольдштейн.......................в роли Падшего ангела;

Максим Козлов.............................в неожиданной роли;

Твои дружбаны...........................в роли Тех, кто тебя кинул;

Любовь Карпова...........................в роли Единственной, кто делает что-то полезное.

А потом проплыли слова: «Памяти Артура Комарова».

И возникла весёлая надпись: the END. Буквы исказились в кровавое DEATH.

– Я… умираю?

Артур посмотрел на руки. На них было по шесть пальцев. Часы на запястье шли в обратную сторону, а вместо цифр на табло – буквы.

– Не льсти себе! – язвительно ответил Гон. – Чтобы умереть – надо сначала пожить. А ты просто сдохнешь. И никто даже не заметит!

– Я хочу спать, – прошептал Артур, закрывая глаза.

Рёбра будто ритмично сдавливали прессом. Откуда-то подул свежий ветерок.

– Спать?! – Голос эхом отразился от стен. – Ты рехнулся?! Здесь нельзя спать!

Гон резко встал и отвесил ему смачную пощёчину. Зубной попкорн со стуком рассыпался по полу. Достав пульт от телевизора, двойник нажал на кнопку. Изображение замелькало, показывая увиденные ранее образы. Удар ножа… Репетиция… Кабинет психолога… Мотоцикл… Две фигуры под луной… Выступление с гитарой… Черноволосая девушка играет на рояле… Общежитие… Медпункт… Драка в коридоре… Туалет… Стоп.

– Давай с самого начала! – произнёс Голос. – Посмотрим, как мы с тобой снова встретились после долгой разлуки!

На экране застыли наручные часы. Их подарил отец на седьмой день рождения. Если бы он тогда знал, что это был…

***

Его последний подарок. Цифровые Casio в массивном титановом корпусе продолжали отсчитывать секунды. Артур скосил глаза на дату: 11 сентября 2009. Ещё ходят. Потом поднял взгляд.

В треснутом зеркале отражался худощавый бледный парень. Если бы не серые глаза за стёклами очков в тонкой проволочной оправе – он напоминал бы манекен из секонд-хенда в мешковатом свитере, синих джинсах и кроссовках.

Воздух здесь стоял тяжёлый, спёртый – коктейль из табачной вони, хлорки и ржавчины. Стены пестрели «наскальной живописью» – от невероятной похабщины до внезапной философии, а где-то под потолком плакала труба, мерно отбивая ритм каплями о кафель.

«Ну и дыра», – подумал Артур и повернул голову.

За окном, внизу, была видна входная группа здания. Над ней висел пафосный голубой герб с изображением гор, а под ним – красивая надпись: лицей «Вершина». На ступеньках сидели несколько учеников в голубой униформе – пиджак, брюки у мальчиков, серая юбка и гольфы у девочек.

Артур оторвал взгляд от герба и перевёл на стену, где красовалась надпись «Левенгаупт – чмо».

Почти всё лето прошло в психиатрической клинике. После выписки доктор Крамер рекомендовал сменить место учёбы на заведение закрытого типа. Потом дал матери буклет «Вершины».

Вода ледяной струйкой текла на ладонь. Парень вздрогнул: он и забыл, что открыл кран. Рука казалась бесчувственным протезом.

«От меня просто избавились – подумал Артур, чувствуя, как ладонь немеет от холодной воды. – Здесь учатся либо дети богатых, либо те, на кого возложили надежды. Я – ни тот, ни другой. Снова лишний».

Пора принять лекарство.

«Скучал?» – ввинтился в мозг вкрадчивый голос.

Артур не ответил. Он с трудом повернул скользкий вентиль, машинально выудил из сумки пузырёк и скрутил крышку. А потом выругался.

Пусто.

Это плохо.

Очень плохо.

Нервно хохотнув, он со всей силы швырнул бесполезный пузырёк в стену. Пластик звонко срикошетил от кафеля, описал дугу и угодил точно в мусорное ведро. Идеальная траектория была не случайностью. К таким странностям он уже привык.

«Как насчёт старой доброй истерики?» 

Стиснув зубы и криво улыбаясь, Артур до боли вцепился пальцами в волосы и задрал голову, уставившись в одну точку, чтобы не закричать. Взгляд упёрся в пожелтевший потолок. Кто-то умудрился даже там, на высоте, написать чёрным маркером: STOP. Что бы это ни значило.

«Элитный лицей, – мелькнула отстранённая мысль, – а клозеты – как везде».

Но проблема была не в этом.

Артур разжал пальцы. Пригладил взъерошенные волосы и поправил очки.

– Новое место. Старые беды с башкой, – пробормотал он своему отражению. – Потрясающе.

А потом шумно выдохнул, пытаясь унять дрожь. В коридоре резко задребезжал звонок, заставив подскочить. Придя в себя, Артур нехотя вышел из туалета.

Светлый коридор был почти пуст, лишь пара опоздавших учеников пробежала мимо. Парень свернул к лестнице. В ушах нарастал противный гул. Обычно таблетки глушили этот шум, но сейчас их не было.

Артур держался за виски. Он не заметил троицу у окна.

Тот, что в центре, выделялся сразу. Вид у него был такой, словно он купил этот подоконник вместе со всей школой. Под расстёгнутой чёрной курткой-бомбером выглядывала обтягивающая мышцы белая майка. На пальце поблёскивал перстень, пока его владелец, щёлкая, играл зажигалкой. Надменно задрав голову, он, демонстрируя белоснежную улыбку, рассказывал что-то своим приятелям, стоявшим по бокам.

Держа руки в карманах, они снизу вверх смотрели на своего «короля» и изредка что-то отвечали. Один был худым, жилистым и прямым как штакетина, блондином с наушниками на шее. Второй, словно его антипод – низким и широким брюнетом с золотой цепью.

«Сейчас “Прописка будет”!» – вонзилось в мозг так, что хотелось вскрикнуть.

Стоило Артуру приблизиться, их ленивый разговор оборвался. Он ускорил шаг. Привычного страха не было. Лишь желание скорее проскочить незаметно.