Алексей Белый – Доктор Моне (страница 4)
Вспышка чужого фотоаппарата выдернула Максима из приятных воспоминаний. Ему снова пришлось заняться этим утилитарным ремеслом. Фотографии за деньги… Какая пошлость и грязь. Радовало только то, что теперь у него есть Василиса! Она его понимает. Еще немножко и она станет его половинкой!
***
«Каждый творческий человек, каким бы он ни был, всегда будет искать аудиторию для показа своего творчества. Сначала люди начинают творить для себя, как хобби, потом знакомят со своим произведением родных и друзей, а дальше хочется больше оценок. Не лестных из ближних кругов, а настоящих, и творцы выходят на простор – выставки, встречи, показы. В современном мире простор дают популярные социальные сети, поэтому там я могу познакомиться с ним. Осталось только закинуть наживку», – рассматривая трупы жертв с глазами, вырезанными с идеальной точностью и аккуратностью, размышляла я.
Разрезы век на всех жертвах были настолько ровные, что становилось понятно, он не мог сделать это плохо, как обычный художник не мог нарисовать натюрморт, не соблюдая все пропорции и правила ремесла.
– Вот, что ты любишь! Изящно изуродованные трупы! – произнесла я вслух, придя, как мне кажется, к правильному выводу.
По работе в Университете у меня скопилось множество снимков с мест самых разных преступлений. Выбрав из своей фототеки самые впечатляющие фотографии жертв маньяков, я поняла, что большая часть из них, это моих рук дело. После чего я открыла ноутбук Семенова и прошерстила все последние дела его отдела, где наткнулась на интересное фото, напоминающее картину Николя Пуссена. Фото я переслала в свою коллекцию, а, ознакомившись с делом, сменила название папки на «ЛОЖЬ» и оставила ее на середине рабочего стола Семенова.
Если наш маньяк ищет славы на просторах интернета, то явно не в России. В нашей стране с такими картинками на странице тебя заблокируют моментально, а могут и арестовать, следовательно, нужно искать популярные сети в толерантных странах «Сада земных наслаждений», пахнущего серой. Таких сетей оказалось немного, но достаточно, чтобы потерять кучу времени, если пытаться разместиться во всех. По рейтингу я определила самую крупную и наиболее посещаемую сетку и начала с нее. Назвав себя именем богини Кали, выкладывала фотографию за фотографией. Если он смотрит, то точно свяжется со мной, я же похитила его шедевр… Я расписала всю красоту этого полотна, нахваливая свою гениальность, как художника. Уверена, если серийник увидит вора в моем лице, взбесится так, что потеряет голову.
Выкладывая жуткие фотографии и создавая длинные комментарии, я в творческом порыве опустошила целую бутылку коньяка, и когда вернулся Семенов, находилась в состоянии патологоанатома после очередного вскрытия трупа.
– Как дела? – зайдя в номер, поинтересовался Семенов.
– Устала, весь день пишу комментарии в соцсетях, да еще и на английском, – честно призналась я.
– По психологии? – снова задал вопрос Виктор, подозревая, что я вновь вернулась к научной работе.
– По ней, кормилице, по ней – ответила я и, закрыв свой ноутбук, продолжила: – Своди меня в ресторан; кроме калорий из коньяка, я сегодня ничего не ела.
В уютном ресторанчике я спросила Семенова про дело, которое у него болталось в рабочих папках.
– Оно давно висит, почти закрыто. На месте преступления поймали двух уголовников, у которых по пятнадцать лет тюрьмы за плечами. Бывший житель дома сообщил, что видел мародеров, заходящих в дом, и патруль их накрыл. Сначала отпирались, мол нашли труп и вещи нетронутые, вот и хотели прибрать. Но следователь их додавил, оба только вышли из тюрьмы, где, кстати, сидели за убийство: увидели метросексуала, вот, видать, кровь и взыграла, замучили беднягу, – вкратце поведал мне муж, я не стала его перебивать, хотя читала всю эту бредятину в его папке.
– Есть подозрение, что это наш убийца с глазами, а не зэки, – улыбаясь, сказала ему я.
– Я тоже сильно сомневаюсь, что это зэки, поэтому не отдаю дело в прокуратуру, картина не складывается, там слишком чисто и театрально, – расстроенный, тем, что оказался прав, и дело нужно начинать с нуля, ответил Виктор. – Но почерк же совсем другой. С чего ты решила, что это наш маньяк?
– Женщины без глаз – те, кто его творчество не оценил, а мужчина из дома под снос – как раз тот самый шедевр, который нуждался в оценке. Больше тебе скажу, это не единичный случай. Ищи другие «полотна», – облизывая нож после сочного мяса и хищно улыбаясь, заключила я.
Смотря на меня, Семенов хмыкнул, показывая, что знает, чем кончится дело.
***
Василиса уже две недели сидела в подвале Максима. Надежда на спасение медленно таяла. Если ее не отыскали ни через сутки, ни через трое, ни даже через неделю, вполне возможно, что ее вообще никто не ищет. Друзей у нее особо не было, семья тоже быстро не заметит, что Вася пропала. На работе этого не пропустят, но вряд ли побегут в полицию. Пропала и пропала, мало ли куда загуляла сотрудница одного из многочисленных отделов.
С недавних пор Макс разрешил ей заказывать книги. Василиса попросила у своего тюремщика несколько томов и теперь путешествовала по мирам, на которые у нее вечно не хватало времени на свободе. Если так подумать, Максим хорошо ее кормил, приходил и рассказывал что-то интересное, внимательно слушал саму Василису. Она уже не первый раз наталкивалась на мысль, что Макс был идеальным мужчиной. Если бы не трупы и глаза в банках… К глазам, кстати, Вася уже привыкла. Ну глаза и глаза! Пусть смотрят и завидуют, что у нее хватило смекалки и нервов выжить. А они мертвы!
Дверь в подвал открылась, на пороге стоял Максим с охапкой цветов и красивой хрустальной вазой.
– Муза моя, как прошел твой день? – его сияющая улыбка вызвала ответную улыбку женщины.
– Очень увлекательно, – она поднялась из-за стола, забрала цветы, поместила их в вазу, наполненную водой, поставила на стол и обняла своего Максима. – Книги, которые ты принес лучше, чем я надеялась, когда читала обзоры на них. Вот, если бы ты еще разрешил мне пользоваться интернетом, мне стало бы совсем здорово тут жить, – Василиса не особо надеялась, что он действительно позволит это, но, кто знает…
– Прости, муза, интернет будет отвлекать тебя от наших отношений. Я хочу, чтобы пока ты полностью отдалась им, – он легонько поцеловал ее в макушку.
Удивительно, но мужчина не пытался склонять ее к близости, он ухаживал. Приносил цветы, конфеты, водил на долгие прогулки под луной. Казалось, что он пытается построить нормальные отношения в этих безумных условиях.
– Я понимаю, Макс. Спасибо за цветы и книги, – Вася поняла, что не особо-то и расстроилась из-за его отказа.
– А еще у меня прекрасная новость, я почти закончил готовить свой новый шедевр, скоро я тебе его покажу! – он был так счастлив, что чувство это затронуло и Василису.
Она даже не сразу поняла, что Макс, судя по всему, хочет взять ее с собой на убийство. Там она сможет попытаться от него сбежать или остаться…
***
Пока моя уловка с социальными сетями, стояла как рыболовная сеть. Ловились туда, правда, исключительно любители трупов. Работой маньяка восхищались так, что это пугало. Сам творец на связь не выходил. Следственный комитет действовал по своим стандартам.
– По сводкам пропала еще одна женщина, возможно, это нашего дела не касается, но ознакомьтесь, – объявил полковник.
В папках, розданных нам, лежал листок с фотографией симпатичной девушки по имени Василиса Павлова, работающей в архитектурном бюро ведущим инженером. Ей был тридцать один год. Заявление от компании поступило в полицию после того, как Василиса не выходила на работу в течение недели. Эйчары пытались найти ее, но безрезультатно. По регламенту они подали заявление в полицию о пропаже, одновременно с ним разместив вакансию ведущего инженера.
– Товарищ полковник, разрешите повторно опросить коллег, родственников и друзей пропавшей? – предложил Семенов.
– Разрешаю. Гала Каримовна, составьте майору компанию, ваша оценка не помешает, – согласился полковник, приказав мне идти с мужем. Он либо пытается нас отправить с глаз долой, либо действительно верит, что мы можем помочь. Допуска к секретным материалам у него нет, и для него я обычный доктор психологии, навязанный Москвой.
Семенов повез меня на квартиру Василисы. Перед вскрытием двери участковый, которого пригласил Семенов, собрал соседей в качестве понятых, и они вместе опросили их. Кроме, как милая спокойная и хорошая, Василису никто никак не описывал, и чтобы к ней в гости приходил кто-то, ни один человек не припомнил.
Внутри небольшой скромной двухкомнатной квартиры было очень чисто, и первое, что бросалось в глаза – это книги, стоящие и лежащие везде. Среди них я заметила и свои работы. За большим столом стоял дорогой компьютер с огромным монитором и игровым креслом, которое не вписывалось в интерьер. Сразу становилось понятно, где Василиса проводила все свое время.
– Граждане понятые! Мы изымаем системный блок для следствия, – объявил Семенов и, пока он отстегивал провода от компьютера, участковый составил акт об изъятии, а соседи подписали его.
Дальше наш маршрут проходил через архитектурное бюро, где Семенов допрашивал коллег пропавшей. Все в один голос твердили, что она была увлечена общением в интернете с каким-то писателем. Она справлялась со своей работой очень хорошо и быстро, начальник отдела закрывал глаза на то, что большую часть времени она занималась перепиской и работала над какими-то текстами то читая, то исправляя их.