Алексей Архипов – За гранью преодоления (страница 13)
ГЛАВА X. СМЕРТЕЛЬНАЯ ЛОВУШКА
В момент, когда спутниковая навигация и связь резко вырубились, взаимно провоцируя обнаружение данных фактов один вслед за другим, ведущим в группе российских пилотов шёл Хэлбокс. Тщетно пытаясь сообщить в эфир о том, что мгновенное определение местоположения сновигаторов на карте пропало, он то и дело переключал каналы, но быстро осознал изначальную причину этих бед и начал замедляться. После того, как скорость значительно упала до шестидесяти узлов, он с лёгкостью выполнил уже давно отработанный манёвр резкого разворота на сто восемьдесят градусов и, продолжив движение на реверсе, начал интенсивно мигать фарами навстречу идущим за ним пилотам, постепенно останавливаясь. Впрочем, это не создало дополнительной проблемы, — потерю навигации и связи заметили все, и в большей степени остальных об этом информировал в кабине штурманбот. Пилоты начали сближаться и прекращать движение, собираясь в организованную шеренгу из шести машин, чтобы иметь возможность переговариваться с помощью автономной радиосвязи передатчиков, встроенных вместе с другими мобильными информационными и измерительными системами в цифровой модуль управления термокомбинезоном и гермошлемом, расположенный на левом рукаве, который назывался «Cyber Sleeve» («Кибер-Рукав»), а между пилотами российской группы его чаще называли просто «слива».
— Ну, в общем, этого и следовало ожидать, — разочарованно вынесла свой вердикт Фрэя.
— Так, господа офицеры, не расслабляемся! Переходим в автономный режим, фиксируем своё последнее местоположение на карте, внимательно отслеживаем показатели пройденного расстояния и направление по компасу! Вы всё это прекрасно знаете! — утвердительно сообщил своей команде Джонс.
— А что со связью будем делать? — спросил Вэндэр.
— А она тебе нужна вообще? — сразу же контр аргументировал Джонс эту проблему, — мы почти час в эфире молчали. Просто следите друг за другом внимательней. Если что, пусть идущие сзади мигают фарами передним, а передние сбрасывают скорость перед ними, при этом друг друга не обгонять.
— Да, это действительно сбивает с толку, — аналитически констатировал Зордакс, — неплохо постарались хозяева, чтобы нас обратно развернуть. Без спутника через горы на этот ледник путь будет очень трудным и долгим.
— Ну, только не скажите мне, что «макдаки и твистеры» в своих комфортных кулуарах заставили русских офицеров сдрейфить посреди Антарктиды?! — заявил Джонс в активном боевом стимуле.
— Да нет, конечно, нет! — с абсолютной уверенностью высказался Хэлбокс, — мы двигаемся дальше до самого конца! Тем более что наша задача в первую очередь подстраховывать Андрэ, а там уже впереди видно будет. Очень надеюсь на то, что он сам благополучно доберётся до Конкордии без нашей помощи, не хотелось бы конечно ещё и его откуда-нибудь вытаскивать по пути.
— Всё, продолжаем движение друг за другом! — скомандовал Джонс, — держите интервал максимум в пол мили, чтобы хорошо видеть друг друга. И старайтесь не сбрасывать общий темп, скорость тоже важна! Я пойду посередине третьим! Обгон разрешается только в экстренном случае!
И команда выдвинулась дальше. Расстояние до Трансатлантического хребта по Восточной равнине они прошли довольно свободно без затруднений, не сбрасывая скоростной режим ниже ста девяноста миль. После вхождения в зону гор темп продвижения резко снизился и команда начала часто петлять и возвращаться в поисках допустимого маршрута, так как мгновенные ориентиры на местности в виде спутникового сигнала отсутствовали, а показания компасов вперемешку с запутанностью гор и постоянным отклонением в сторону допустимых проходов между скалами от необходимого курса постоянно сбивали с толку, заставляя тратить бесценное время и массу нервных напряжений. Для обсуждения решений по координации своих действий они ни разу специально не останавливались, а лишь изредка выходили друг с другом на связь, когда впереди идущие машины возвращались обратно мимо вынужденных остановиться сзади, чтобы искать новый путь из-за горных тупиков. Общее настроение в связи с этим было непонятным, но в то же время бодрым, так как каждый член команды внутри своей кабины был напряжён и взволнован тем, чтобы не отстать и не снизить свои волевые позиции по отношению к напарникам.
Наконец, через один час сорок минут они выбрались к шельфовому леднику и вновь выстроились перед ним в аккуратный ряд для обсуждения дальнейших указаний, да и просто немного отдохнуть.
— Что ж, я должен заметить, что у нас неплохо получается, хотя по времени мы наверняка отстаём, — заметил Зордакс.
— Ты о чём? Про Андрэ что ли? — возразил Хэлбокс, — оставь его! У него совсем иные обоснования, я даже и не надеялся его догнать.
— Всё равно надо поторопиться! — забеспокоился Джонс, — мы потратили почти пять часов и я не хочу, чтобы наши усилия, в конце концов, превратились в мартышкин труд, если мы существенно опоздаем.
— Не забывай, Джонс, — вмешалась Фрэя, — мы идём без навигации и связи. Это реально снижает наши возможности, а главное скорость.
— Кстати, — вдруг заметил Вэндэр, — а что с нами будет потом, после всего этого?
— Какая разница, Вэн? — сказал Хэлбокс, — допустим, нас всех уволят без выплаты пособия. Тебя это как-то останавливает здесь и сейчас перед реальной задачей, связанной с жизнью людей?
— Я просто так спросил, — начал оправдываться Вэндэр, — что уже и спросить нельзя? Ладно, поехали дальше! Когда я стою на месте, мне не по себе.
— Давайте быстро проведём общую сверку текущей обсервации и в путь! — скомандовал Джонс.
Пилоты по очереди называли свои координаты места нахождения, эмпирически вычисленные и рассчитанные навигационным оборудованием челноков от пройденного расстояния с учётом всех изменений направления движения с того момента, когда пропал сигнал от спутника. После этого команда выдвинулась на распростёртую до горизонта поверхность ледника и продолжила своё движение.
В целом проблемы прохождения этой местности были стандартными и давно уже знакомыми всем пилотам. Недаром они впервые столкнулись с ними ещё пять лет назад в свой первый старт миссии «Полярной Навигации». Также петляя и огибая чрезмерно опасные участки, команда планомерно двигалась дальше к центру ледника, то максимально разгоняясь на протяжённых ровных дистанциях, то наоборот медленно и осторожно проходя подозрительные сектора с внешним рельефом ландшафта, явно угрожающим безопасности подвески сновигатора и объективной возможности прохождения таких участков.
И вот, спустя те же полтора часа следования, которые понадобились французскому пилоту, российская группа подошла к тому самому злополучному разлому и, выстроившись в ряд около края с выражениями глубокого философского недоумения на своих лицах, стала созерцать этот фундаментальный каприз природы, который неожиданно и абсолютно категорически преградил им не только путь, но и предположительные варианты прохождения данной преграды с учётом острого дефицита времени.
— Какие будут предложения? — заманчиво спросил Джонс.
— Ну, ездить тут по краю взад — вперёд друг за дружкой у нас точно времени никакого не хватит! — твёрдо определила ситуацию Фрэя.
— Неплохо, — саркастично охарактеризовал её ответ Зордакс с настроением от предвкушения окончательного Армагеддона.
— Интересно, Андрэ уже утонул или он всё-таки нашёл место для прыжка? — поинтересовался Хэлбокс.
— Я думал, ты сам предложишь перепрыгнуть, — сказал Джонс.
— Ага… Очень смешно! — продолжил Хэлбокс, — пойми, Джонс, взаимовыручка и честь это одно, но меня не ждёт любимая невеста на Конкордии, чтобы я вот так вот героически начал рисковать своей жизнью! Пятьдесят метров с нулевым сдвигом — это уже чересчур! Но вот, что я предлагаю… Вы всем своим большинством отправитесь сейчас направо на юг к материку со всей возможной для вас скоростью. Таким образом, если в сторону океана возможности для прыжка не окажется, вы просто безопасно обогнёте этот разлом, потратив около двух часов дополнительно к основному времени, и это будет конечно плохо. Но я в свою очередь отправлюсь налево в сторону океана, и если там будет хоть малейшая возможность для поперечного преодоления, то я ей обязательно воспользуюсь, и будем надеяться, что хотя бы у меня получится сэкономить драгоценное время. В любом случае мои возможности самые максимальные, любые помощники могут оказаться для меня обузой, и вы хорошо понимаете, о чём я. Перепрыгнув сам, я не смогу продолжить движение, бросив напарника в океане, а вытаскивать его из разлома — это значительная потеря времени.
— Хорошо, я понял тебя, Хэлбокс! Не будем терять времени! — скомандовал Джонс.
— Береги себя, амиго! — попрощался Вэндэр со своим другом.
— До встречи на той стороне! — ответил Хэлбокс.
И пилоты разъехались в разные стороны, для реализации этой системной тактики прохождения чрезвычайно сложного препятствия. Группа теперь уже из пяти человек просто ушла к материку по ровной глади края разлома на максимально допустимой скорости, их задача не содержала в себе ничего особо сложного, а лишь носила некоторый расчёт на потерю допустимого времени. А вот перед Хэлбоксом стояла гораздо более серьёзная проблема. Теперь ему необходимо было не только быстро обнаружить допустимое место для прыжка, а ещё и удачно выполнить его. При этом задача носила в себе сразу три основные переменные, очень сильно зависящие друг от друга и серьёзно влияющие на главный окончательный фактор, а именно на то же затраченное время, от которого зависел основной конечный результат их миссии. Итак, в первую очередь необходимо было оптимально подобрать допустимую ширину разлома, от которой во вторую очередь зависела сложность прыжка, а третьим фактором выступало уже время на поиск такого места. Таким образом, чем больше времени Хэлбокс тратил на поиски, тем меньше был риск, но больше общая потеря времени и наоборот, чтобы сократить это время, ему нужно было рискнуть в достаточной степени, и эта мысль с каждой пройденной милей всё больше захватывала его сознание. В одиночестве он по-другому чувствовал возложенную на него ответственность, а практика скалолаза серьёзно сказывалась на его характере в плане отношения к риску. К тому же и сам разлом оказался на редкость мерзопакостным и вовсе не собирался сдаваться здесь вот так вот возможно даже за тысячу прошедших лет перед горсткой обывателей, которые посмели попытать здесь свою удачу.