Алексей Архипов – Антарктический беглец (страница 22)

Вэндэр засмеялся от шутки, а Аксель и Джонс сделали вид, как будто в этом нет ничего смешного.

— Испытания были запланированы на год, пол года уже прошли. Его, конечно, могут вообще увезти, но это только в том случае, если всё будет совсем плохо, — ответил Миядзаки.

— А что может случиться? — забеспокоилась Кэтрин и посмотрела на Хэлбокса немного ненормальным внимающим взглядом удивления.

— Я же говорю! — сразу же начал Хэлбокс, — это любовь на расстоянии! Аксель, смотри у тебя подругу уводят прямо из под носа, дистанционно. Видимо технологии всё-таки берут верх над проверенными чувствами!

И они с Вэндэром начали откровенно надрываться от смеха.

— Дураки! — небрежно огрызнулась Фрэя.

— Так что с ним может ещё произойти? — переспросил уже более серьёзно Джонс.

— Так называемый «критический обрыв», — ответил Миядзаки, — это термин из лабораторных научных исследований. Он означает неудачный конец всего эксперимента, когда в силу определённых естественно протекающих причин подопытный образец признаётся не имеющим возможности к существованию вообще. Его списывают как вышедший из строя, эксперимент закрывают или продолжают при условии нового финансирования, но это вряд ли, по крайней мере, в Японии.

— Грустно как-то, — печально ответила Фрэя, — то есть мы его можем никогда и не увидеть больше? Хоть бы посмотреть так одним глазком, какой он был.

— Ты над могилкой ещё поплачь там! — заливался от хохота вредный Хэлбокс.

— Да пошёл ты, дурак! — обидчиво буркнула Фрэя, — я просто никогда не видела живого робота.

— Да нормально там всё! — уже более обнадёживающе и уверенно сказал Миядзаки, — вирус это! Долбанные сектантские фанатики протестуют против создания искусственного человека. В прошлом году они нам сюда шпиона заслали под видом нового техника, как раз в самом начале эксперимента. Его в лаборатории поймали ночью, когда он информацию копировал с жёстких дисков. А за всем как всегда стоит правительство конкурирующих стран. Англичане, например… Постоянно они не причём, а всё из-за них на самом деле, у них больше всего придирок, везде они нос свой суют. Ладно, не буду вас больше задерживать. Встретимся завтра утром в столовой, а сейчас подошло время ужина. Приятного аппетита и доброй ночи, господа пилоты!

И Миядзаки, откланявшись, удалился за высокую дверь обсервационного зала, на которой очень интересной технологией, похожей на мозаику, чёрными и белыми глянцевыми пластинами, напоминающими клавиши на фортепиано была выложена гравюра в японском стиле «Укиё-э», изображающая целящегося лучника из серии гравюр «47 верных самураев» художника XIX века Утагава Куниёси.

ГЛАВА XIII. ВТОРАЯ ПОПЫТКА

Утро началось так же, как и предыдущее, за исключением того, что перед выходом со станции на стартовый полигон Миядзаки ещё раз более подробно провёл инструктаж с группой «А», которую условно возглавила Фрэя.

— Вы выезжаете первыми и ложитесь на курс до Земли Котса, — говорил он, стоя перед ними в главном холле, — этот маршрут уже заложен в ваших бортовых штурманских картах и сориентирован на координаты цели. Далее вам придётся преодолеть пролегающую область горных хребтов в ширину, которая будет варьироваться от тридцати до сорока пяти миль в зависимости от выбранного маршрута. Заходить в горы нужно будет в трёх точках с равноудалённой друг от друга дистанцией в десять миль, причём на середине прохода в горах вам нужно будет синхронизироваться по конечному расстоянию до цели, пока она не обнаружила вас и не начала движение. Таким образом, вы создадите «оттесняющий барьер», которым будите гнать цель с гор на Западную Равнину в юго-восточном направлении. Для этого вы должны постоянно следить за своими координатами на мониторах штурман-локации, эти показания в гористой области отображаются стабильно, как и карта местности. Главное в этой задаче, не дать цели уйти от погони в горы, но это навряд ли. Двигайтесь осторожно, скорость большая не нужна, аккуратно выбирайте маршрут в коридорах между склонами. К тому времени, как вы выйдите из зоны хребтов, мы будем уже подготовленные ждать вас на позициях, координаты которых также отмечены на ваших бортовых картах. Как только покинете горы вы, Вэндэр, и вы, Хэлбокс, сразу начинаете сближаться с Фрэей, постепенно уменьшая боковые дистанции с десяти до двух миль, так как вне зоны гор такой большой интервал не нужен, а для использования излучателей наоборот необходимо максимально мобилизироваться и скомпоноваться. Двигайтесь с одинаковой скоростью, чтобы не спровоцировать внезапный уход цели в сторону от запланированного маршрута. При приближении к намеченным координатам скорость не снижайте, так как это создаст нежелательное дополнительное пространство для возможных манёвров между вами и Рэем, когда он обнаружит идущие впереди него сновигаторы. Дальше будем координировать свои действия в эфире по рации. В идеальном варианте вы должны увидеть нас в местах, отмеченных на ваших картах, идущими впереди вас с такой же скоростью.

Для этого мы парами зайдём на общий маршрут с разных сторон на скорости, тем самым не давая цели возможности сманеврировать в какую-либо сторону при визуальном обнаружении двигающихся впереди объектов на мониторе штурман-локации. Будьте готовы активировать излучатели и удерживать свою позицию как можно дольше. Желаю удачи!

— Встретимся на Западной равнине! — бодро ответила Фрэя.

Группа «А» направилась к своим сновигаторам, а Миядзаки не спеша подошёл к остальным пилотам.

— У нас в запасе есть несколько часов, — сказал он, — предлагаю пройти в аудиторию и подробно рассмотреть на карте схему захода на наши координаты в общем маршруте. Это не займёт много времени, а оставшееся время мы лучше просидим в ожидании уже на месте, чтобы не пропустить подход группы «А» к нашим координатам и правильно синхронизироваться.

Джонс одобряюще кивнул в ответ, и они вместе со всеми удалились в комнату с миниатюрными водопадами и деревьями бонсай, в которую их проводили в самом начале, когда они прибыли на станцию.

Расположившись там они стали внимательно изучать схемы, расстановку на позициях, время и тактику маневрирования для захода в общий движущейся поток гонки, чтобы внезапно появиться перед Рэем и не дать ему возможности уйти в какую-либо сторону, использовав свободное пространство между ними. Тактика была достаточно сложная для выполнения, но вполне простая для понимания, поэтому отсутствие возможности отработать эти манёвры на месте было восполнено неоднократным повторением и закреплением всех мелких подробностей и деталей. Когда все присутствующие могли без усилий повторить всё то, о чём было сказано, включая точные координаты своего местонахождения и время начала движения для синхронизации по скорости и интервалу с непрерывно движущейся группой «А», Миядзаки встал, выключил своё планшетное устройство, сенсорную панель и, обратившись ко всем, сказал:

— Даже если в ходе сражения ты видишь, что не сможешь победить, укрепи своё сердце и будь уверен, что никто не сможет превзойти тебя в стойкости.

— Это чьё-то высказывание? — сразу сообразил Джонс.

— Да, — ответил Миядзаки, — это сказал выдающийся администратор, полководец и поэт Сиба Есимаса, живший во второй половине четырнадцатого и первой половине пятнадцатого века.

— Что ж… — сказал Джонс, — будем надеться, что этот инцидент с побегом не окажется для нас настолько критическим, чтобы осознать абсолютную безрезультатность своих действий и всё пройдёт гораздо легче.

— Скоро узнаем, — прагматично добавила Кэтрин, — пойдёмте что ли, а то уже ощущения внутри как будто на войну собрались.

И они вчетвером направились к старту распределяться по свои машинам.

Когда крышка кабины последнего сновигатора захлопнулась было уже восемь часов утра. Машины начали выезжать одна за другой, ложась на курс и уносясь в даль к горизонту снежной долины.

Первым шёл Джонс, за ним разделили место Кэтрин и Хэлбокс с небольшим отставанием, образовав неправильный треугольник. Миядзаки как всегда держался справа в стороне.

— Фрэя, проверка связи, как у вас там дела? — послышался в эфире голос Джонса.

— Мы на пол пути к области гор, — ответила она, — идём практически на двухстах узлах, дорога превосходная, всё хорошо. А у вас как?

— Мы только что выдвинулись, — ответил Джонс, — с погодой и условиями всё аналогично.

Погода была действительно безупречной, солнце светило и отблёскивало от белеющей снежной глади так, что не возможно было двигаться без солнцезащитного режима гермошлема, при котором небо становилось тёмно-синим, а лучи преломлялись через стекло кабины и защитный экран шлема несколько раз и играли своими многочисленными пучками, создавая неописуемый эффект повсеместной яркости пространства. Ветер практически отсутствовал, лишь изредка можно было наблюдать лёгкие закрученные всполохи снега на волнистом голубом насте. Машины шли очень плавно, не зависимо от высокой скорости, периодически мягко подпрыгивая и приземляясь при прохождении сдвигов снежных пластов и надутых ветром невысоких холмистых возвышенностях, не больше полуметра в высоту от основной горизонтальной плоскости равнины. В небольших мониторах, расположенных по бокам внутри кабины, на которые выводились камеры заднего вида соответственно левого и правого борта сновигатора можно было наблюдать постоянно удаляющийся вдаль массивный шквал снежной массы из под полозьев, турбулентно закрученной рабочим воздушным телом ионных двигателей. Он был похож на насыщенный дым из паровозной трубы, который закручивался как спираль и растягивался на несколько миль, постепенно редея и растворяясь в воздухе. В атмосфере происходящего присутствовал какой-то боевой дух настоящей погони, как в легендарных вестернах Клинта Иствуда, когда герои во главе с шерифом собирались в дружную команду и быстро мчались на лошадях по пустыням Дикого Запада, чтобы поймать какого-то злостного негодяя.