Алексей Амурский – Отражение (страница 11)
– Значит, ты мне хочешь сказать, что они ушли? Ушли от тебя? Наверно, ты смеешься надо мной? Кувалда, ты ни разу не подвел меня, ты способен выследить мышь, а здесь двоих фраеров выследить не смог. Что ты можешь сказать в своё оправданье? – Князь был вне себя. Если бы перед ним стоял кто-то другой, он бы с ним и разговаривать не стал, пустил бы в расход или отправил в пресс-хату, где виновного наказали бы по всей строгости преступного закона, или как говорили сами зеки – опустили бы по понятиям. Они живут по понятиям, разговаривают они на фене (зековский жаргон), и чем больше они разговаривают по понятиям, тем меньше обычный законопослушный гражданин их понимает. В этом и заключается для молодого поколения романтизм зековской жизни – ни один закон для них не писан, все свои спорные вопросы они решают только по понятиям. Только понятия всегда разные, как у пиратов «кодекс чести» чисто условное явление прав тот, у кого больше прав – за кем стоит сила.
– Я не собираюсь оправдываться, Князь. Дело в том, что на Арбате мы были как бельмо на глазу, не заметить нас было невозможно, тем более что никто из наших не предполагал, что тот магазин имеет сквозной проход на другую улицу.
– Значит, вместо того чтобы раствориться в толпе, вы вышли как напоказ, да, наверно, еще так, что все граждане шарахались от вас, как от прокаженных? Все! Этот вопрос закрыли, кто прав и виноват, и так ясно. Как будешь исправлять свой косяк? Твои предложения по этому вопросу, я слушаю.
– Ну, во-первых, мы их сфотографировали на мобильный телефон, когда они выходили из ресторана, и теперь их фейсы у нас есть. – У Князя слегка изменилось лицо, он порадовался сообразительности Кувалды, но выражать явное торжество и тем более хвалить подчинённого не собирался, это было не в его правилах. – Во-вторых, один щипач (вор карманник) из кодлы Компота признал этого фраера – это Всеволод из телешоу «Битва экстрасенсов», значит, мы сможем вычислить, где он живет и работает. А вот его подружку пока вычислить не удалось. Ну, я думаю, через фото и своих людей в ментовке мы её быстро найдем.
– Хорошо, чем быстрей ты соберешь всю информацию, тем лучше, каждый вечер мне доклад о проделанной работе по этому вопросу. И еще: они собирались в какую-то экспедицию, значит, следует пробить все магазины, торгующие туристическими принадлежностями, наверняка они будут что-то приобретать, в этот раз хоть не обделайтесь. Возьми шпанюков (охмуренные зековской романтикой пацаны до 14 лет) и расставь их по всем магазинным точкам с фотками. Ну, все, действуй, а то я уже устал от тебя.
– Все сделаю в лучшем виде шеф, – Кувалда вышел из залы, напрягая свои извилины, как все провернуть без косяков.
Князь, в свою очередь, пытался вспомнить разговор в ресторане и проанализировать его. Речь шла о каком-то очень крупном алмазе и драгоценностях, скорей всего они знают, где их искать, поэтому надо действовать быстро. Экспедицию собирались провести в Смоленской области, следовательно, необходимо связаться на всякий случай со смотрящим города Смоленска. А чтобы визит не вызывал подозрений, надо напроситься в гости, но без объяснений этого делать нельзя, надо придумать повод для приезда. А сейчас надо связаться с Кастетом.
С Кастетом Князь был в отличных отношениях. Лет десять назад в Исправительно-трудовой колония № 18 им пришлось прикрывать друг друга, когда Кум (начальник колонии) решил провести чистку, чтобы сделать зону «красной», то есть зоной, в которой воровские законы не работают, а высшим законом является начальник колонии – то есть сам Кум. Они тогда чудом остались в живых, покалеченными попали в лазарет, а оттуда их судьба раскидали по разным зонам.
***
История Кастета была очень проста. В шестнадцать лет он был чемпионом среди юниоров по боксу. Намечались соревнования в Прибалтике, в Риге. Для пацанов из Смоленска это было выше всяких мечтаний, поехать хотелось всем, но, как обычно бывает в спорте, едут на соревнования только лучшие из лучших. Как чемпиону среди юниоров города Константину Алексеевичу Блохину предстояло выполнить эту миссию, чему он был безумно рад. Занимался он с упорством по шесть часов в день – утром два часа и вечером четыре часа, занимался, не жалея сил, не замечая завистливых взглядов товарищей. После одной вечерней тренировки подошёл его лучший друг Сашка и достал из кармана массивный кастет: «Смотри, что у меня есть, пойдем, опробуем удар правой на деревянном заборе». И они пошли к ближайшей стройке. Было уже темно, такие строительные площадки обычные люди обходят стороной, поэтому никто им не мешал. Они подошли к забору и начали крушить его отточенными ударами: на правую руку надет кастет, левым кулаком – наносится легкий удар, нащупывая воображаемого противника – измеряя дистанцию, а правым кулаком с кастетом – наносится сильнейший удар, такого сокрушительного удара ни одна доска не могла выдержать. Так они не заметили, как разрушили пятнадцать метров забора. В окно их видел сторож, но побоялся выйти и сделать им замечание. Телефон в сторожевую будку еще не был проведен, и поэтому единственное, что он мог сделать сторож, это закрыть дверь в вагончик изнутри на огромный засов, а утром вызвать милицию.
Расставаясь, Санек попросил Костика до завтра подержать кастет у себя. Наивность мальчишки круто изменила всю его жизнь. Утром он положил кастет в портфель и, уже собравшись уходить в школу, услышал, что раздался какой-то чужой, требовательный звонок в дверь. Мать открыла, на пороге стоял участковый милиционер с понятыми – ошарашенными соседями.
– Доброе утро, Маргарита Матвеевна! – по долгу службы участковый должен был знать потенциальных нарушителей спокойствия подведомственной ему территории, каковым являлся Костик. Как чемпион города, по боксу рано или поздно он должен был кого-нибудь научить хорошим манерам, так как натренированный боксер при встрече с несправедливостью сначала ударит, а потом начнет разговаривать, но, как правило, разговаривать уже не с кем – собеседник находится в тяжелом нокауте. – Я насчет ночного происшествия, – по причине ведения следствия участковый не имел права раскрывать суть дела и поэтому решил отделаться общими фразами. А на самом деле позапрошлой ночью было совершено убийство на пустыре: мужчину возвращавшегося со второй смены домой, не дошедшего каких-то двести метров до родного подъезда, зверски избили до смерти, на труп было страшно смотреть. Лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, нос сломан, вытекший глаз устрашал труп, голова была пробита в трех местах с левой стороны в районе виска, уха и затылка. Как указала экспертиза, удары были нанесены тупым продолговатым предметом шириной не более сантиметра – возможно, кастетом. Теперь участковому предстояло обойти десяток стоявших на учете подростков, спортсменов и главарей дворовых банд. Предыдущие сутки участковый обошел два соседних микрорайона.
– Ну что еще мой сорванец натворил? – несколько испуганно спросила мать Костика; она и предположить не могла, что произойдет или уже произошло.
– Ну, Константин Алексеевич, показывай, что у тебя в портфеле, и карманы выворачивай.
Костик, путаясь, стал вытаскивать из кармана всякую мелочевку, а сам лихорадочно думал: «
– Давай, давай, портфель показывай, – участковый насторожился, что-то в поведении Константина его смутило, Костик словно что-то скрывал. Когда из портфеля на пол выпал кастет, в комнате наступила тишина. Костик побледнел, мать вскрикнула, у понятых расширились глаза, участковый аккуратно положил кастет в целлофановый пакет. – Товарищи понятые, вы все видели, сейчас составим протокол, и вы можете быть свободны, если следствию будет необходимо, вас вызовут повесткой. А тебе, Константин, придется с матерью пройти со мной для дачи показаний следователю.
– А в чем, собственно, его обвиняют? Из-за какой-то железки не сажают в тюрьму.
– Успокойтесь, никто вашего сына пока не собирается сажать, просто поговорите со следователем, и я надеюсь, это недоразумение само собой разрешится. Ношение и изготовление холодного оружия – отделаетесь условным сроком, ведь правда, Константин, ты ни в чем не виноват? – при этом милиционер пристально посмотрел на Костю таким жестким, колючим взглядом, как будто хотел просверлить его насквозь своими ежовыми глазами.
– Я… я не специально, я только попробовать – он так легко ломался этот забор, что я сразу не смог остановиться,– оправдывался Константин.
– Какой еще забор? – удивился участковый, а затем уже более уверенно продолжил: – Ну, вот видите, здесь еще и порча государственного имущества, так что, Маргарита Матвеевна, основания пройти с нами уже есть.
У Маргариты Матвеевны подкосились ноги, пришлось соседке сбегать за нашатырем. А в кабинете следователя, увидев фотографию трупа, она вообще потеряла сознание. Так же как и сын, она не понимала, что происходит вокруг, они оба были в шоке. У Костика кругом шла голова, в накуренной маленькой комнате следователя, ему казалось, что всё, что сейчас с ним происходит это просто страшный сон, сейчас он проснётся и весь этот кошмар закончится, ведь есть вещи и поважней. С