Алексей Алфёров – Бесконечное лето и Потерянная брошь. Книга пятая – Та, что в тени (страница 4)

– Ну… – протянула Ульяна. – Она сюда приехала не такой, как мы. Сначала всего боялась, кучу вопросов задавала. Странных. А вещи у неё были очень дорогие – мы таких вообще раньше не видели. Будто она из очень богатой семьи.

– И ей тут не особо нравится жить, как мы, по-простому, – продолжила она. – Вот и сидит всё время в библиотеке, книжки читает, носа оттуда не высовывает. Поэтому её туда и поставили – библиотекаршей.

– А ещё она со Славей живёт, – добавила Ульяна. – Может, и это на неё так влияет. Боится, что если что-то не так сделает, Славя тут же настучит – и её заставят картошку чистить. Вот и не показывается лишний раз.

– И знаешь что? – Ульяна понизила голос. – Она там спит почти целый день. Прямо за партой. Представляешь? Хотя диван есть. Ну совсем какая-то… непонятная особа, короче.

– Понятно, – ответил я, и мы пошли дальше.

Пока шли, Ульяна вовсю играла с ключами: подбрасывала их вверх, ловила, снова подбрасывала. Я наблюдал за тем, как она это делает.

– Ты бы это… так не играла, – осторожно сказал я. – Всё-таки Славины ключи. Потеряешь – она настучит, и тебя заставят картошку чистить.

– Эм, нет, – фыркнула Ульяна. – Такое я точно не потеряю. Это ведь очень интересная вещь.

– Почему? – спросил я.

– Видишь, сколько их? – она встряхнула связку. – Тут ключи почти от всех дверей, зданий и домов. И, наверное, даже от каморки в столовой, где повара держат коробки с конфетами. Это, между прочим, надо проверить.

– Эй, – я нахмурился. – Ты ведь не думаешь, что это хорошая идея? Лучше не проверять и сразу отнести ключи Славе.

Ульяна остановилась и посмотрела на меня.

– Это не твоё дело, – сказала она. – Твоё дело – молчать.Ты мне скажи лучше: ты стукач?

– Нет, не стукач, – ответил я. – Но всё же… может, не надо?

– Надо, Семён, надо, – уверенно сказала она. – Я же не собираюсь всё там съесть. Одну-две возьму и верну ключи. А если будешь молчать – я и тебе одну принесу попробовать.

– Эм… не надо, – покачал я головой. – Вдруг спалят, и я буду соучастником. Я только приехал, мне не надо тут сразу грехи зарабатывать.

– Ну нет – так нет, – пожала плечами Ульяна. – Мне на одну конфету больше достанется. Ты главное молчи, а то Алисе расскажу. Она и без Лены будет драться – с тобой. Хорошо?

Я сглотнул.

– Делай что хочешь, – сказал я.

– Не расскажешь? – уточнила она.

– Нет, – коротко ответил я.

– Вот и молодец, – кивнула Ульяна. – Мы, кстати, уже пришли. Вот дом Ольги Дмитриевны.

Она указала на стоящий рядом дом. Он отличался от всех остальных, что я видел: был зелёного цвета, с треугольной крышей. Рядом росла пышная цветущая сирень. Возле дома стояли кресло-гамак и старенький велосипед с порванной цепью.

Ульяна спрятала ключи и подошла к двери. Постучала.

– Войдите, – раздался голос изнутри.

Она открыла дверь, и мы вошли.

Войдя внутрь, я увидел комнату. В ней стояли две кровати, тумбочка, стол, стул, шкаф. На стенах висели картины.

И ещё – девушка.

Высокая, статная, одетая так же, как и остальные, но с явным отличием: её галстук был больше остальных. Она была по-своему красива – каштановые волосы, зелёные глаза, уверенная осанка.

– Ольга Дмитриевна, – сказала Ульяна, – вот, привела вам новенького, как вы и указывали.

– Спасибо, – ответила она. – А теперь можешь идти.

Ульяна, не раздумывая, шмыгнула за дверь, оставив нас наедине.

– Семён, здравствуй, – сказала женщина. – Меня зовут Ольга Дмитриевна. Я вожатая в этом лагере, в котором ты теперь будешь жить. Ты, конечно, опоздал на неделю, но ничего страшного. Просто тебе придётся быстрее привыкать и адаптироваться.

– Понятно… – сказал я. – А кем я тут буду?

– Пионером, – спокойно ответила она.

– Пионером?

– Да. Пионером в моём отряде. И жить ты будешь со мной. Мы не знали, что ты приедешь, поэтому свободных мест для тебя не оказалось. Так что будешь жить здесь, в моём доме. Вот кровать. А твои вещи – на тумбочке. Славя подготовила. Надеюсь, тебе подойдёт по размеру.

– В смысле… пионером? – растерялся я. – Не уборщиком? Не охранником?

– Охранником? – удивилась она. – Ты хотел быть охранником? Из-за этого ты и одет в форму охранника?

– Ну… – замялся я. – Я думал, что сюда попал работать. Денег-то у меня нет.

– А зачем тебе деньги? – спросила она. – Магазина у нас здесь тоже нет.

– А еду тогда где брать? – уточнил я. – Или у вас в столовой бесплатно кормят?

Она посмотрела на меня с откровенным удивлением.

– Ты никогда не был в пионерском лагере?

– Не был, – честно ответил я.

– Тогда понятно, – кивнула Ольга Дмитриевна. – Конечно, у нас здесь кормят бесплатно. Не переживай, голодным ты не останешься.

Я помолчал, а потом всё же спросил:

– Вы сказали, что я буду жить с вами… Получается, мы будем жить тут вдвоём?

– Да, – спокойно ответила она. – Просто так сложилось. Больше мест, куда тебя можно подселить, нет. Я не виновата, что ты так поздно приехал. Твои родители просто сообщили об этом слишком поздно, когда смена уже началась.

– Мои родители?.. – переспросил я. – Вы… вы что, разговаривали с моими родителями?

– Разговаривала, – ответила она. – По телефону.

По телефону… Юля ведь сказала, что их здесь нет. Или… их не было в том сне? А не в лагере? Не в этом месте?

Значит, я всё-таки могу с ними поговорить?Или даже увидеться?..

Я замер, не зная, радоваться этой мысли или бояться её.

– А мне можно с ними поговорить? – спросил я.

– Зачем? – спокойно спросила она.

– Ну… просто очень хотелось бы, – ответил я.

– Хочешь пожаловаться, что я тебя к себе подселила? – прищурилась Ольга Дмитриевна. – Не стоит этого делать. Я тебя не съем. Мы как-нибудь уживёмся. Я постараюсь дома не быть с тобой слишком строгой. Да и не получится у тебя никуда позвонить – телефона как и связи у нас тут нет.

– Так вы же сами сказали, что говорили с ними по телефону, – возразил я. – А сейчас говорите, что телефона нет.

– В лагере нет, – уточнила она. – Я созванивалась с ними, когда была в райцентре.

– А где этот райцентр? – спросил я.

– Далеко отсюда, – ответила Ольга Дмитриевна. – Вот через неделю как раз туда и поедешь вместе с остальными. Там они тебя и заберут. Твои родители.

Я почесал затылок и задумался.

Значит, через неделю…Через неделю я увижусь со своими родителями.

Выходит, слова Юли были правдивы. Здесь их действительно нет. Они просто живут в другом месте. А мне нужно просто быть здесь. Жить. И не косячить. Тогда я снова смогу с ними увидеться. И это слово – райцентр – неприятно зацепилось в голове.В нём ведь есть слово рай. Значит, это центр рая? Получается, мои родители живут в раю. А этот лагерь – переходное место. Где за неделю тебя проверяют: достоин ли ты там жить.