Алексей Алфёров – Бесконечное лето и Потерянная брошь. Книга пятая – Та, что в тени (страница 10)
– А что, у нас своих строителей нет? – прищурилась Алиса.
Я пожал плечами.
– Алиса, не надо нагружать его в первый же день вопросами, – сказала Славя.
– Да я понимаю, – усмехнулась Алиса. – Теперь понятно, чего он такой странный.Ладно, у него теперь новая кличка будет –
– Алиса, – строго сказала Славя.
– Ладно-ладно, – махнула рукой Алиса. – Дундук так дундук.
– Алиса, перестань, – сказала Славя.
– Всё, всё, – примирительно сказала Алиса. – Больше постараюсь не обзываться. А то ещё настучишь Ольге.
Славя только покачала головой.
– Всё, пойдёмте уже. Надо Семёна до дома довести, – сказала она. – А то Ольга Дмитриевна будет его искать, уже темнеет.
Мы вышли из воды, обулись и пошли обратно в сторону лагеря.
Пока мы шли, Славя спросила:
– Так получается, тебе всё-таки понравился лагерь? Да? У нас тут красивее, чем у вас?
– Красивее, однозначно, – сказал я. – И да, понравился. И люди хорошие. Вы вот, такие, красивые очень… Да и день сразу запоминающийся получился.
Они даже слегка покраснели от услышанного. Славя аж начала теребить косу своими руками.
– Приятно слышать от тебя такое, – сказала она. – А насчёт дня… ты, наверное, про Ульяну имел в виду? – спросила Славя.
– Ага, так и есть, – кивнул я. – Она у вас часто так хулиганит?
– Часто, – ответила Славя. – Почти каждый день.
– Ага, – усмехнулась Алиса. – Если её не видно – значит, что-то уже замыслила.
– За ней глаз да глаз, – вздохнула Славя.
– Ага, – фыркнула Алиса. – Вот она и смотрит, а потом докладывает Ольге.
– Ну зачем ты так, – сказал я. – Если бы мы заранее остановили Ульяну, она бы так не лежала там на кушетке, занимаясь вон теми страшными, до ужаса, водными процедурами.
– А ты ведь сам момент прошляпил, – сказала Алиса. – Мог и остановить её.
– Я пытался, но не получилось, – ответил я.
– Ты не виноват, – сказала Славя. – Она сама во всём виновата. Они обе тут постоянно хулиганят. Алиса не лучше неё. Ольга Дмитриевна с ними уже давно страдает.
– Страдалица, ага, – хмыкнула Алиса. – Застрадалась. Она бы не страдала, если бы ты за языком своим следила.
– А по-другому с вами никак, – строго сказала Славя. – Если бы вас не контролировали, вы бы лагерь вверх дном перевернули.
– Всё, – резко сказала Алиса. – Дальше идёте сами, а я домой. Буду кайфовать одна, без соседки. Там меня никто контролировать не будет, понятно?
И она ушла в какую-то сторону. А мы со Славей пошли через площадь.
– Семён, – сказала Славя. – Эти двое рыжих у нас самые беспризорники. Постоянно во что-то влезают, хулиганят. Вот и приходится обо всём говорить Ольге Дмитриевне. Я понимаю, что меня из-за этого называют стукачкой, но что я должна делать? Смотреть, как они разваливают лагерь?
Она немного помолчала и продолжила тише:
– Я ведь люблю это место. Это, можно сказать, мой второй дом. Я за ним слежу, чтобы тут всё было в чистоте и порядке. Тебе ведь он понравился. А следить за ним – это трудоёмкая работа. Просто не все это понимают.
– Теперь я понимаю, – сказал я. – Лагерь действительно красивый. И ты молодец.
Она чуть улыбнулась.
– Спасибо, что поддерживаешь. Ты говорил, что мы все красивые… – она замялась. – Вот ты сюда приехал жить… а у тебя на Чукотке была девушка?
Вопрос застал меня врасплох, но я всё же ответил:
– Эм… не было.
– Почему? – спросила Славя. – Ты ведь тоже красивый.
– Ну… как-то не получилось, – сказал я.
– Понятно, – коротко ответила она и замолчала.
А я задумался. Что это был за вопрос такой – прямой, пробивной? Я ей, что ли, понравился? Она ведь назвала меня красивым. Но ведь сейчас я совсем не тот, кем был раньше. Я так не выглядел в прошлой жизни. Тело – не моё. И всё это выглядело как шанс начать что-то заново… Но могу ли я?
Я этого не знал и решил пока даже не думать об этом. Мы шли, пока Славя не привела меня к дому Ольги Дмитриевны.Мы остановились.
– Семён, вот и привела тебя, – сказала она.
– Спасибо, – ответил я.
– Тогда… спокойной ночи тебе, – сказала Славя.
– И тебе спокойной ночи, – сказал я. – Спасибо за этот приятный вечер.Жаль, что не у всех он такой, – добавил я, вспомнив Ульяну. – Но всё же…
– Да забудь, – сказала Славя. – Всё хорошо. Не заморачивайся.
Я кивнул.
– Ещё увидимся, – сказала она.
– Увидимся, – ответил я.
Славя ушла куда-то между домами, а я остался один, провожая её взглядом.
Я всё больше не понимал, куда я всё-таки попал. Мир, в котором все живут обычно и буднично, а я тут теперь ещё и приезжий из каких-то дальних земель. Но где это вообще? Что за лагерь такой, в какой он стране? Говорят по-русски. Может, и правда СССР. На слово «Чукотка» они особо не отреагировали – будто она тут есть. А может, и нет.Может, вообще впервые услышали, но поверили. Приезжий же – хоть что ляпни, и то поверят. Кто ж проверит, откуда к тебе кто приехал?
Но всё же…
Получается, возможно, после смерти меня и правда засунули в другое тело. Будто дали второй шанс прожить момент, который я тогда не прожил как надо – а прожил, как получилось.
А если так, то где тогда душа этого тела? В моём старом теле? Или она умерла?
Как она вообще может там быть, если меня теперь там нет? Я же там умер. Я не мог понять. Совсем не мог. У меня это просто в голове не укладывалось. Видимо, остаётся только жить. И наблюдать. Чтобы узнать хоть что-то – но уже на дистанции.
Почему?
Потому что, как ни странно, мне уже нравится такой расклад. Это место мне понравилось сразу. Оно цепляет – сильно. Как и его жители.
Будто исполнилась моя мечта: быть путешественником, смотреть на новые места, знакомиться с новыми людьми. Хотя бы с какими-то людьми, если честно. И не быть одному.
А сейчас я уже и правда не один. Вот только в этом и загвоздка – жить с кем-то. Да ещё и с человеком противоположного пола.
Это как вообще?
– Ну… сейчас и узнаем, – подумал я и постучал в дверь.
Тук-тук-тук.
– Войдите, – отозвался голос изнутри.
Я открыл дверь и вошёл.Меня встретила всё та же комната, только теперь с включённым светом. Ольга Дмитриевна сидела на своей кровати.