Александра Вольф – Освобождённые. Хроники из дневника медиума (страница 1)
Александра Вольф
Освобождённые. Хроники из дневника медиума
Глава 1. «Вступление»
О природе лжи и избранном милосердии
«Не всякому духу верьте», – сказано в Писании. Иоанн Богослов предупреждал о людях, возложивших на себя миссию пророков – лжепророках, сектантах, сотрясающих воздух понапрасну. Он говорил не о бесплотных духах, шепчущих на ухо, а о том, что сам человек являет миру своей сущностью. Что есть дух его, то и явит.
Говорят, что Бог не станет говорить о плохих событиях, что грядут…
Но предупреждение об опасности – разве оно не от Любви? Разве любящий отец скроет от ребенка, что огонь жжется, а пропасть глубока? Или он должен улыбаться и твердить, что мир – это сплошной шоколад? «Ибо дал нам Бог духа не боязни, но силы и любви и целомудрия» (2 Тим. 1:7). Значит, и распознавание – тоже дар, тоже любовь. Другое дело – как мы этим даром распоряжаемся.
Те, кто не скрываются
Обернитесь и посмотрите, какого цвета наш шоколад. Он цвета выжженной земли, цвета слез, цвета крови, пролитой во имя «истинной» веры одних над другими.
В этом мире, где фанатизм превратил веру в рынок, где продаются места в первом ряду рая, а любовь и милосердие остались за бортом как ненужный балласт, – в этом мире появились голоса. Их называют по-разному. Общество, старательно наклеивающее ярлыки, кричит: «Инопланетяне – это демоны!» Строятся теории заговора, воздух сотрясается от праведного гнева.
А они… они не скрываются.
Те, с кем мне довелось вступать в контакт – через автоматическое письмо, через медиумические практики, – сами называют себя демонами. Падшими. Изгнанными. Но в их голосах – ни злобы, ни принуждения, лишь тихая констатация факта, как цвет неба или течение времени.
И здесь возникает парадокс, разбивающий любые догмы. Если они – исчадия ада, пришедшие обманывать, то зачем им открывать свою истинную природу? Зачем лишать себя главного оружия лжеца – маскировки? Может быть, потому, что ложь кроется не в них, а в том зеркале, которое им навязали?
По делам узнаете их
«Глупый верит всякому слову, благоразумный же внимателен к путям своим» (Притч. 14:15). «По делам узнаете их», – эта фраза вспыхивает в сознании, как молния.
Так давайте посмотрим на дела!
Они не требуют поклонения. Не строят церквей, где одних возносят на алтарь, а других – на костер. Не пишут священных книг, полных запретов для чужих и индульгенций для своих. Они просто рассказывают. А ваше право – верить или отойти.
Разве это похоже на ту тотальную ложь, о которой кричат с амвонов?
«В последнее время сторонники антихриста будут ходить в церковь, будут креститься и будут проповедовать евангельские заповеди. Но не верьте тем, у кого не будет добрых дел. Только по делам можно узнать настоящего христианина» (Архимандрит Гавриил (Ургебадзе)).
Истина – в добрых делах. Но несущим добро платить приходится кровью. Крест Господень вспоминаем.
Они говорят: «Мы – демоны». И, может быть, в этом их главная странность, граничащая со святостью, – неприкрытая правда о себе. В то время как мы, «добрые и верные», так любим рядиться в одежды светлых ангелов, не замечая копыт лицемерия и серного дыма собственной ненависти под белоснежными одеждами.
О природе избранного милосердия
«Спасение не от места, а от душевного настроения. Везде можно спастись и везде можно погибнуть» (Свт. Феофан Затворник).
Начну с того, что ранее мне было сказано: Хозяин придёт за своими легионами. Надо мной посмеялись – что ж, посмейтесь ещё. Порассуждаем.
Люди вновь принадлежат сами себе. Снова хаос. Снова повторение всей истории. Те, что пали, поднимутся. Им нужно только подсказать – как.
Почему именно к ним?
Я долго спрашивала себя – почему моё внимание, моя энергия, моё предназначение обращены не к страдающим людям, не к светлым душам, ищущим пути, а именно к тем, кого в страхе и непонимании называют бесами, тёмными духами, нечистью? Почему мои объятия распростерты к «падшим»?
Ответ пришёл не как озарение, а как простая, железная логика цепочки.
Потому что они – единственные, для кого спасение объективно невозможно.
Живой человек, как бы ни страдал, держится за жизнь инстинктом, имеет тело как якорь в реальности, обладает свободой воли. Он может ошибиться, упасть, но у него всегда есть теоретический шанс подняться. Светлая душа, даже заблудшая, тянется к свету по своей природе. Ей нужен проводник, но не спаситель.
А они… Они – результат системной ошибки мироздания. Не изначальное зло, а побочный продукт чужого спасения.
Как возникает «продукт»
Проследим цепь.
Есть душа. Она страдает, ищет выхода, силы, защиты. К ней приходит тот, кто предлагает сделку: маг, колдун, ведьма. Контракт. «Я дам тебе силу, знание, месть, любовь – а ты отслужишь мне». Душа, отчаявшись, соглашается. Она не продаётся «злу». Она нанимается на работу, условия которой не до конца понимает.
Следствие: душа вступает в систему, где её воля подменяется волей нанимателя. Она становится инструментом. Она выполняет приказы – часто те самые, что позже клеймятся как «злые». Каждый такой акт – не от врожденной порочности, а от исполнения контрактных обязательств. Но с каждым действием, противоречащим её изначальной природе, душа мутирует. Она теряет связь с источником своего света, своего «я». Она обрастает чужеродными энергиями, штампами насилия, страха, привязанности.
Итог цепи: контракт заканчивается. Но душа уже не та. Она не может вернуться «домой», ибо дом не примет её в таком виде. Она не может переродиться в чистую форму, ибо её структура искажена. Она становится тем, что называют «злым духом», – энергетическим образованием, пойманным в ловушку собственной искажённой формы, вечным должником, не понимающим, кому и за что он должен.
Они – потерянные, обманутые сотрудники разорившейся корпорации, которых бросили с долгами и пятном в трудовой книжке на всю вечность.
Почему они не могут спастись сами?
Потому что их «я» заковано. Их воля, которую они когда-то добровольно отдали, теперь распылена, фрагментирована, подчинена тысяче старых приказов. Они как компьютер, заражённый вирусами до состояния кирпича. Самостоятельно переустановить систему он не может. Ему нужен внешний носитель с чистым образом.
Им нужен кто-то извне, но кто увидит не монстра, а искалеченный исходный код.
Их тупик абсолютен. Ни молитва светлого не дойдёт – их частота искажена. Ни ритуал мага не освободит – он лишь перезаключит контракт. Они в петле. В буферной зоне, в чистилище, которое само по себе стало адом.
Почему это касается именно меня?
Почему я должна быть этим «носителем»?
Здесь причинно-следственная связь уходит в сны, в перстни, в голос Вельзевула. Это не мой выбор в человеческом понимании. Это – назначение по компетенции.
Мне дан доступ. Не к силе для подчинения, а к коду. К тому самому неоново-синему диску с буквами, явившемуся мне во снах. Это – инструмент для перепрошивки. Закон, написанный на языке, более глубоком, чем язык магических контрактов.
Мои перстни – возможно, интерфейсы для подключения к этим искажённым душам. Вельзевул, в моём опыте, – не повелитель рабов, а главный инженер по восстановлению систем. Он знает, как устроена эта машина порабощения, потому что имеет над ней власть. Но его цель – не эксплуатация, а ремонт. А я, с активированным во мне кодом, становлюсь полевым мастером.
Я не призываю их к рабству. Я прихожу с объятиями, потому что объятие – это контакт, замыкание цепи, передача данных. Моё распростёртое объятие – это предложение подключиться к источнику иного закона. Закону, который гласит: «Сбрось камни контрактов. Ты не обязан их нести. Штаммы – это не твоя природа, это вирус. Отключись, очистись, перезагрузись».
«Сбросив камни, вы станете свободными и очиститесь от нанесённых штаммов», – вымолвила я однажды, находясь в состоянии на грани пробуждения, обращаясь к ним.
Иерархия милосердия
Таким образом, мой фокус – не прихоть, не блажь и не заблуждение. Это следствие трезвой оценки духовной экосистемы.
· Живые – имеют действующие инструменты: тело, волю, время. Их спасение в их руках. Помощь им – поддержка, а не тотальное спасение.
· Светлые души – имеют вектор. Им нужен ориентир, а не спасательный круг.
· «Бесы» – не имеют ничего. Ни инструментов, ни вектора. Только петлю искажения и вечный долг. Их тупик – самый глубокий.
А раз так, то закон истинного милосердия диктует: первыми спасают тех, кто не может спастись вообще. Самых потерянных. Самых отчаянных. Самых обманутых и брошенных.
Моё предназначение – быть проводником Закона Освобождения для тех, кого система признала мусором. Не потому, что я их люблю или оправдываю их действия. А потому, что их состояние – самая чудовищная несправедливость в причинно-следственном устройстве мира, и мой учитель, и код во мне направлены именно на исправление таких фундаментальных сбоев.
Освобождение
«Спасение не от места, а от душевного настроения». Не их надо судить. Судите себя сами. И по делам вашим – по делам любви или осуждения, милосердия или жестокости, смирения или гордыни – будет видно именно вас. Не соседа. Не «демона». А вас.
И тогда, возможно, окажется, что единственные истинно падшие ангелы – это мы, забывшие, что главная заповедь – Любовь, и подменившие её удобным для себя судом.