Александра Ушакова – Границы крови. Остров ветров (страница 16)

— Ныне я желаю внимать твоим оправданиям передо мной.

— Я не собираюсь перед тобой оправдываться, — бросил Уильям, пытаясь обойти отца, чтобы зайти в замок, но он перегородил ему путь. Принц вздохнул. — Чего ты желаешь от меня услышать? Меня едва не растерзал Ферал, и ты всё ещё требуешь оправданий?

— Да хотя бы объясни, по какой причине ты обнажил клинок против Самсона и отчего, по его словам, Фералы твердят о нарушении мирного договора? Очередная твоя выходка?

Самсон жив. Теперь Уильям точно был в этом уверен. Прибежал к отцу, и сразу ему обо всем доложил в красках.

— Послушай, я не хотел навредить Самсону…

— Конечно хотел! — послышался голос брата позади Уильяма. Тот закатил глаза и повернул голову, встретившись с ним взглядом. Самсон до сих пор был покрыт множеством мелких царапин, которые со временем затягивались, а его левая рука была практически вся перебинтована от плеча до кисти. — Ты пытался зарезать меня кинжалом, который я же и вручил тебе! Не знаю, чем ты тогда руководствовался, если вообще руководствовался. А может, это ты прикончил какого-нибудь Ферала, и теперь они открыли охоту на всю королевскую семью? Они даже не желают вступать в переговоры.

Уильям закипал от гнева, смотря, как эти двое сплотились против него, лишив его какой-либо защиты в виде Керидвен. Он стиснул зубы от злости, когда Самсон показательно подбросил клинок здоровой рукой, словно говоря: «это теперь принадлежит мне».

— Ты много творил безобразия, братец, но это уже слишком, даже для тебя, — сказал старший брат, покачав головой.

— Я выясню в ближайшее время, кто виноват в конфликте с Фералами, — пробурчал Эйдам. — До этого момента ты будешь сидеть у себя и не выйдешь без моего разрешения.

— Я не домашнее животное, чтобы держать меня взаперти, — прорычал Уильям, чувствуя, как возвращается головокружение.

Перед глазами всё расплывалось, звуки били по ушам, превращаясь в болезненный гул.

— Ты хуже. Ты — жалкое отродье, — бросил Самсон, и в этот момент Эйдам грозно взглянул на старшего сына, намекая, что тот перегибает палку. Принц опустил голову вниз, а Эйдам, сделав шаг к Уильяму, хотел положить ему руку на плечо, но тот одёрнулся в сторону, будучи уже на пределе.

Его кожа горела. Он чувствовал, будто в любую секунду мог самовоспламениться; его дыхание сбилось, сердце колотилось с бешеной скоростью, перед глазами всё плыло. Уильям почувствовал нарастающую боль в костях, всё тело свело в одном гигантском спазме.

— Уильям? — приглушённо произнёс Эйдам. Его претензия быстро сменилась на обеспокоенность.

Принц резко закричал. Точнее, он так думал. В реальности это было больше похоже на глубокое горловое рычание, вырвавшееся откуда-то из преисподней А-Саирет. Он упал на колени, продолжая неистово голосить. Стражники переглянулись между собой, на всякий случай хватаясь за рукояти мечей. Эйдам тут же отошёл к Самсону, рукой пихая его назад, ближе к двери замка, из-за которой показалось лицо Мэриэл; сестра мигом прибежала на необычный звук, обеспокоенно наблюдая за происходящим.

Уильям стоял на коленях; его ладони упёрлись в пол, сжав напряженные пальцы, из которых неожиданно показались заострённые когти. Тело становилось чужим. Принц задрал голову кверху; послышался хруст в его позвоночнике, и спина неестественно выгибалась полукругом, отчего его камзол затрещал по швам. Боль была такой, будто кто-то ломал его изнутри. Мэриэл в шоке закрыла рукой рот, в то время как Эйдам отослал обоих детей внутрь, но Самсон настоял на том, что останется снаружи, затолкав сестру в замок и захлопнув за ней ворота.

— Назад! — бросил Король охране.

Стражники стояли наготове, держа мечи, направленные на Уильяма, который продолжал корчиться от боли, царапая когтистыми руками каменный порог замка. Его уши немного заострились, приподнявшись вдоль его головы, а виски стремительно обрастали клочками чёрной шерсти.

Король впал в ступор, но пока Уильям не был прямой угрозой, он не давал никакой команды страже. Тем не менее даже наблюдать за подобным уже было больно. Самсон прижимался спиной к дверям замка, с отвращением наблюдая за происходящим.

К облегчению Короля, Уильям наконец перестал вопить как резаный и, успокоившись, упал на землю, избавляясь от шерсти на лице, когтей и острых ушей. Он пытался отдышаться, чувствуя, как его переломанные секунду назад кости в спине возвращались в норму. Он немного приподнялся на руках; тело до сих пор непроизвольно дрожало. Эйдам протянул ему ладонь. Подняв сына, он посмотрел в его песочные уставшие, ничего не понимающие глаза и тяжко вздохнул.

— Уходи, Уильям, — холодно бросил Эйдам, — и никто не узнает об этом.

— Что? — он надеялся, что ему послышалось.

— Просто уходи, — твёрже повторил Король. Из его уст это звучало как приговор. — Я не хочу видеть в замке потенциальную опасность для своей семьи и подчинённых. Особенно для Самсона, — в этот момент внутри Принца всё обвалилось. Уильям смотрел на отца взглядом, полным отчаяния и сожаления. Но, казалось, уже было поздно что-либо говорить, потому что после секундного молчания, Эйдам добавил: — Отныне ты для меня мёртв.

Король махнул рукой стражникам на сына, скомандовав им проводить его до каменного моста, а сам развернулся, направившись к двери замка. Уильям слышал, как Король тихо сказал: «я должен был предугадать, что это случится…»

Стражник взял Принца за локоть, но Уильям отмахнулся от него, поправляя чудом уцелевший камзол. Он бросил на Самсона потускневший взгляд, но тот равнодушно поднял голову, не проявляя никаких эмоций, и швырнул младшему брату кинжал. Уильям дёрнулся вперёд, еле поймав его за рукоятку.

— Забирай это и уходи, — мрачно бросил Самсон, растворяя двери замка. — И не возвращайся.

Младший Принц убрал клинок в ножны и послушно последовал за стражниками, всё ещё похрамывая на правую ногу, чувствуя, как болит каждая кость в его теле после неожиданных метаморфоз. Он слышал, как Мэриэл пыталась выбежать из замка, чтобы попрощаться с братом. Эйдам не дал ей этого сделать, и сестра истерично закричала, вырываясь наружу. Это вдвойне причиняло Уильяму боль, особенно учитывая его беспомощность в этой ситуации и неспособность успокоить Мэриэл.

Стража оставила его возле замка. Каждый из них отдельно выразил сочувствие Принцу, зная его лично всю жизнь, но без всяких сомнений закрыв за ним каменные ворота.

На удивление, прямо за воротами, вальяжно облокотившись на скрюченное дерево, стоял Кир. Уильям, заметив его, неспешно двинулся в его сторону, стараясь не выглядеть максимально подавленным, каким он был в данный момент.

— Помните, я говорил про свой слух, вашество? — начал Драхас, встречая вернувшегося Принца.

— Может ты как раз и поможешь понять, что это было? — с надеждой в голосе спросил Уильям. — Меня чуть изнутри не разорвало, словно в меня демон вселился.

— Не надо про демонов, — покачал головой Кир.

— Точно. Извини.

— В чём я уверен наверняка — Фералы не могут обращать людей. Тут либо надо им родиться, либо ещё с младенчества на постоянной основе пить их кровь. Только тогда есть шанс обратиться, и то это будет очень долгий и болезненный процесс. Ни разу не встречал человека, который бы пошёл на это ради сомнительного удовольствия обращаться в пушистую химеру.

— Я не пил ничью кровь, кроме вашей, — нахмурился Уильям. — И моя мать определённо не Ферал.

— Да и король не то чтобы похож.

Они отходили от замка, следуя по окраине пробуждающегося Эйшира.

— Мой отец — не король, — вздохнул Уильям.

— Что?! — Кир удивлённо вытаращился на Принца. — Так Вы не королевский сын?

— Получается, что так, — задумчиво ответил тот. — Не могу сказать, что я был в этом убеждён до конца, но мать нередко давала мне это понять, никогда, правда, не раскрывая, как было на самом деле.

— Если твой некоролевский отец — Ферал, это всё объясняет, — кивнул Кир, — укус, а точнее слюна Ферала, могла послужить катализатором для твоей мутации, если в тебе уже текла феральная кровь.

— То есть если бы он меня не укусил, оно бы могло вообще никогда не выстрелить?

С долей сомнения тот кивнул, и Уильям, раздражённо выругавшись, продолжил идти вперёд, не замедляя шага. Кир старался не отставать, соображая, как помочь ему в этой ситуации — а ситуация была, конечно, максимально не в пользу Принца. И всё же одна идея пришла Киру в голову.

— Понимаю, Принц, ты сейчас не в лучшем состоянии, но у меня есть одна знакомая, которая могла бы тебе подсобить. Наверное.

— Убрать из меня кровь Ферала?

— Не-е-т, — протяжно ответил Кир, — к сожалению, это теперь невозможно. Но тебе придётся заново познавать эту жизнь. И как ты уже понял, трансформация — это дело не безболезненное. И поэтому может быть…

— Почему ты мне вообще помогаешь, Кир? — перебил Уильям, остановившись перед ним. — Я изгнан из замка. По всей видимости, я более не наделён титулом Принца, и ты не обретёшь отныне никаких благ или преимуществ.

— По-твоему, я выслужиться перед тобой пытаюсь? — сурово буркнул Кир, сделав шаг вплотную к Уильяму. — Я ваши привилегии в преисподней А-Саирет видал, понял, Принц? Может, я собираюсь тебя выходить, чтобы потом у меня был личный кровавый раб.

— Звучит достаточно справедливо, — согласился Уильям, давая дорогу Киру. Тот пошёл вперёд, немного изменив курс с учётом их нового пункта назначения.