Александра Ушакова – Границы крови. Остров ветров (страница 18)
Дест благодарно кивнул, и они направились дальше, сквозь заснеженный утренний лес, по пути в столицу, идя в полной тишине под звуки завывания ветра.
Кир начинал слышать надоедливый гул в ушах, пробивающийся через ткань его капюшона. Самый раздражающий звук на всём Острове. Келпи. Хоть это и был самый короткий путь в Фалмир, проходил он через Боскские болота, где обитали эти демонические водяные кони, и идти через эти топи с потрёпанным Принцем точно было опрометчивым решением. Кир предложил сделать крюк через утёсы, который, хоть и удлинит путь, но сделает его более безопасным.
Они вышли из леса, и Дест наконец увидел Ниранское море, которое, как обычно, сильно штормило. Вид был просто колоссальный — бескрайнее море под обрывом высоких утёсов, тянущихся на многие километры вдоль Северного Острова. Упасть с таких в ледяную воду моря — верная смерть, если не от холодных вод и высоких волн, то от голодных морских Келпи.
Впервые Принц задумался о том, что, может, это не так уж и плохо. Возможно, даже быстро. Подойдя к краю скалы, Дест безжизненно глядел в бездну; кулаки его были сжаты, а в самой позе читалось что-то импульсивное, опасное.
— Даже не думай, — Кир очутился рядом, вырывая его из нагнетающего потока мыслей. Он уже потянулся, чтобы приободрить Принца, похлопав его по плечу — люди ведь так обычно делают? — но вовремя передумал и лишь неловко почесал затылок. — Я за тобой туда точно не прыгну. Ненавижу воду.
— Я и не собирался, — соврал Дест, делая шаг назад. Он бросил последний взгляд на обрыв и обречённо вздохнул. Придётся дать себе ещё один шанс.
Пока они шли вдоль пропасти, Дест обратил внимание на бесстрастное лицо Кира. В памяти тут же вспыхнул пожар, который он видел прошлой ночью. Принц вдруг осознал: тот дым над поместьем Эберштейнов он заметил ещё перед сном, но, будучи нетрезвым, не придал этому значения. Вспомнилось и лицо сестры — какой грустной она была утром в гостиной.
— Я видел огонь, — начал Дест. Кир тут же отвернулся к морю, спрятав ладони в глубоких карманах мантии. — Кто-то пострадал?
— Моя репутация, — фыркнул Кир. — И половина семейства.
— Я знаю, что Эйдам хотел сблизить наши семьи. Он хотел выдать Мэриэл за твоего старшего брата. Как там его...
— Десмонда.
— Десмонда, да. И, кажется, его не особо волновало, что вы Драхасы.
— Зато моего отца волновало, — покачал головой Кир, возвращая взгляд на Принца. — Он бы вряд ли пошёл на такой союз. Джевехард был ярый приверженец чистоты драхасской крови. Может быть, потому что сам в своё время порядочно напортачил с этим, — с долей неприязни сказал Кир.
— Ты о чём?
— Неважно, — отмахнулся он. — Это как-нибудь в следующий раз, Принц.
Утренний туман развеивался, открывая их взору широкую лесную тропу. Дест повернул голову, всматриваясь в чащу: на опушке леса стоял одинокий полуразваленный дом, прячась за толстыми стволами деревьев. Сменив курс, он стремительно направился к постройке, с интересом осматривая окружающую территорию. Строить дома вдали от городов было, конечно, привычным делом, но этот дом располагался прямо между Эйширом и Фалмиром, близко к утёсам и лесу, что не имело особого смысла, разве что, если целью было остаться в одиночестве, и чтобы никто тебя не нашёл.
— Не хочешь зайти? — предложил Дест, пока Кир не спеша шёл следом за ним. — Выглядит вполне гостеприимно. Я ужасно устал после этого всего и не прочь передохнуть.
Драхас фыркнул, но решил не противиться — ему самому стало интересно заглянуть внутрь. Они вместе подошли ближе, рассматривая наружную часть дома, которая была в плачевном состоянии — крыша искривилась, многие доски прогнили, окна выбиты, на некоторых и вовсе отсутствовало стекло, и на его месте прибиты тонкие доски. Дверь еле-еле держалась на петлях, и, учитывая огромный сугроб, скопившийся снаружи, её не открывали уже очень давно. Возле самого дома было разбросано множество оставленных вещей: деревянные стулья и столы, полки, книги, которые уже давно разбухли от постоянной влажности, а также два ветхих дивана из кожи.
Кир потянул на себя скрипучую дверь, которая смогла открыться лишь наполовину из-за наметённых сугробов. Когда он вошёл внутрь, перед ним открылся узкий коридор, который затем переходил в более просторный холл. Справа от холла находилась небольшая гостиная, в которой из мебели остался только книжный шкаф до самого потолка, набитый старыми пыльными книгами. Слева — кухня, в которой догнивал старый полуразрушенный гарнитур и обеденный стол без одной ножки. Между гостиной и кухней располагалась лестница на второй этаж, на удивление сохранившаяся в хорошем состоянии. Кир пошёл наверх осматривать оставшиеся комнаты, пока Дест решил остаться снизу и изучить гостиную с кухней.
На втором этаже Кир обнаружил ещё три комнаты. Одна из них была сразу подле лестницы и доверху набита различным пыльным хламом; вторая комната, находившаяся справа от первой, была самая крохотная, и в ней не было ничего, кроме лежащего на полу матраса и заколоченных досками окон. Пройдя чуть дальше по узкому тёмному коридору, Кир наткнулся на последнюю комнату — просторную, посреди которой стояла большая кровать с четырьмя столбами и разорванным балдахином. Здесь окно не было заколочено, и каким-то чудом стёкла остались целыми, делая эту комнату самой невредимой из всех. Подойдя ближе к кровати, он заметил накренившуюся маленькую тумбочку, под которой лежал небольшой ключ. Забрав его с собой, Кир попробовал вставить ключ в замочную скважину двери этой комнаты, куда он идеально подошёл. На мгновение задумавшись, он вытащил ключ и положил его в карман мантии, прикрыв за собой дверь.
После обхода он спустился обратно к Десту, который уже шерстил на кухне по разным ящикам.
— Я нашёл окаменевшие куски хлеба и несколько свёртков крупы. И одну дохлую мышь, — констатировал Принц. — Голоден?
— Спасибо, — нахмурил нос Кир, подходя к обеденному столу, где были выложены подгоревшие батоны хлеба, замёрзшие несколько месяцев назад. — Я предпочитаю что-то, что ещё двигается.
— Ужасно, — пробурчал Дест, продолжая рыться в ящиках. — Твои слова про кровавого раба становятся всё более реалистичными.
Кир усмехнулся, выходя на улицу. Раннее небо уже приобретало более светлые краски, а ветер, наконец, успокоился. Дест вышел на террасу к Киру, осматривая валяющиеся вещи возле двери.
— Отсюда до Фалмира меньше пары часов хода, — сказал Драхас, видя задумчивый взгляд Принца.
Дест выпрямился, обратив внимание на Кира.
— Я думаю, лучше немного переждать здесь. В гостиной стоит камин, можно разжечь огонь, может, получится согреть эту лачугу. К тому же, нога всё ещё нещадно болит, я бы развалился на полпути.
Эберштейн пожал плечами, возвращаясь внутрь, и тут же испарился на втором этаже, оставляя Принца наедине с собой. Дест ещё раз прошёлся по кухне, роясь в ящиках. Повезло: в одном из них лежал старый спичечный коробок. Всего две спички. Он не видел таких коробков уже много лет, в основном используя для розжига
Первая спичка треснула и развалилась, как только Дест попытался её зажечь, зато вторая смогла загореться на несколько секунд, поджигая собой коробок и вырванные страницы из книг, разбросанных на полу возле камина. Пока сгорала бумага, Дест докинул в камин ещё несколько бесхозных досок, сломав их пополам и заодно заработав несколько заноз. Этого бы хватило ненадолго, поэтому он вышел на улицу и прошёлся вокруг дома, насобирав толстых веток. Последний раз он этим занимался лет десять назад, когда отец брал их с Самсоном на охоту, и им пришлось остаться ночевать у подножья Эрры. Тогда эти задачки казались весёлыми и интересными, как игра в выживание, в которую им никогда не приходилось играть всерьёз. Сейчас же хотелось поскорее закончить и прилечь.
Через пару часов в гостиной потеплело, подтаял залетевший через дыры в окнах снег. Дест нашёл возле террасы вырванную с петель старую дверь и временно поставил её впритык к обрушенному подоконнику, чтобы новый снег не проникал сквозь разбитое окно. Стоявший посреди гостиной диван был весь в дырках и грязных пятнах, но Принц был настолько уставшим и обессиленным, что ему уже было всё равно, на чём лежать. Он свалился на него головой к камину, моментально уснув и проспав практически до следующего утра.
Проснувшись, когда ещё не рассвело, Дест заметил, что в камине догорают свежие дрова, которые, судя по всему, ночью докинул Кир. Принц притянул к себе ногу и почувствовал, что боль уже утихла, позволяя ему без особого дискомфорта её сгибать и выпрямлять — спасибо годами выпиваемому Протектору. Попытавшись подняться с дивана, на Деста тут же обрушилась кошмарная головная боль, и всё перед глазами разъезжалось в стороны, теряя всю цветовую насыщенность. Он кое-как поднялся на ноги и побрёл по скрипящему полу в тёмную часть дома, ожидая найти ванную комнату с возможностью умыться и прийти в себя.