Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 46)

— Это очень редкий и дорогой сорт кофе, который выращивают только на Земле, — продолжая изощренно вбивать клинья искушения в щит моей выдержки, сообщил Райдэк. — Соглашайтесь. У меня еще есть джеладай, если вы любите…

Да он издевался. Джеладай — десерт из цветов джели — был моим любимым лакомством. Откуда он узнал? Лакс. Да пошло оно все.

Одарив улыбающегося Райдэка лютым взглядом, я решительно шагнула в его каюту, понимая, что он только что купил меня с потрохами.

— Прошу вас, — любезно предложив мне кресло, командор уселся напротив, подхватив со стола чашку и расслабленно забросив ногу за ногу.

Подвинув к себе вазочку с десертом, я запустила в нее руку и стала бессовестно поедать один цветок за другим. Ну, наглеть — так наглеть, чего уж там. Каюту я у Райдэка отобрала, теперь для полного счастья можно его еще и обожрать. Надеюсь, больше предлагать мне джеладай не будет.

Съев все, что было, я довольно облизала сладкие губы, и когда, отпив глоток кофе, подняла на Райдэка глаза, едва не поперхнулась от того, как он на меня смотрел. Я помнила этот ищущий и голодный взгляд, скользящий по моему обнаженному телу в полумраке комнаты для привата, помнила, как провалилась в него, словно в бездну, и помнила, как сгорала в огне захлестнувшей меня страсти.

Кофе обжег гортань. Жаркая волна поползла куда-то вниз от груди к животу, отдавшись сладкой горячей тяжестью между ног, вынудив меня инстинктивно сжать колени.

— Вкусно? — внезапно просевшим голосом поинтересовался Райдэк, и я вцепилась в чашку обеими руками, потому что они вдруг стали дрожать.

— Да, кофе изумительный, — собственного голоса я не узнала, таким жалким и чужим он мне показался. — Так о чем вы хотели со мной поговорить?

Глядя мне прямо в глаза, Райдэк вязко сглотнул, так, словно только что откусил от меня приличный кусок, а потом низко выдохнул:

— Мне понравилась ваша идея устраивать внезапные проверки всем службам. Возможно, мой взгляд замылился, и я уже не вижу существенных недочетов в работе команды вояджера, поскольку за год к ней просто привык.

Да-да, ври дальше — привык. Именно поэтому у тебя на вояджере скрытая сеть и куча безмолвных мордоворотов, подчиняющихся одному тебе. Тебя все устраивает как есть. Дуру-то из меня делать не надо.

— А вам как человеку, пришедшему со стороны, видны упущенные мною мелочи и детали, — ровно и бесстрастно продолжал вешать мне лапшу на уши Райдэк. — Кстати, откуда такие обширные познания в технике? Где и на кого вы учились до того, как попали в Звездный легион?

Ой, а вот и хитрый крючок для глупой рыбки. Да сейчас. Так я тебе и рассказала.

— Если вы о специальном образовании, то его у меня нет. Я самоучка.

— Самоучка… — кисло изогнув губы, протянул Райдэк. — Талантливый техник, компьютерный гений и прирожденный лидер. Довольно странная коллекция для сироты Тарани Вилкс, выросшей и воспитанной в приюте.

Кофе внезапно стал едко-горьким, а в груди неприятно заныло. У меня больше не было сомнений, что Райдэк добрался до секретных данных легиона, ведь именно такая информация хранилась в моем личном деле. Я боялась, что если назову свое настоящее имя, то дед рано или поздно найдет меня и вытащит даже из легиона, поэтому и выдала себя за сироту Тарани Вилкс, которую впоследствии легендой переименовали в Агни Паркер.

— Легион на семьдесят процентов состоит из сирот. В отличие от тех, кому все преподносится на блюдечке с голубой каемочкой, мы не ждем от судьбы подачек — мы берем то, что нам нужно, сами, — поставив на стол чашку, заметила я. — Что вас так удивляет? То, что у человека без роду и племени могут быть мозги и врожденный талант? Все члены моего экипажа сироты, и все по-своему — гении.

— Нет, — невозмутимо парировал Райдэк. — Меня удивляет другое. Как ни отмывай и в какой ошейник ни одень дворнягу, она все равно будет выглядеть как дворняга.

Я не поняла аналогии, а потому удивленно вскинула бровь, молча ожидая от командора объяснений.

— Ваши манеры, капитан, — краешком губ улыбнулся Райдэк. — То, как вы себя ведете… Речь, осанка, походка, вкусы… Сомневаюсь, что сирот в приютах кормят циллингами, лакридой или икрой беарда, — мужчина слегка подался вперед, загадочно мне подмигнув. — Полагаю, что они одно от другого отличить не смогут.

— Я долго изучала межгалактическую кухню, чтобы не упасть лицом в грязь перед снобами вроде вас.

Райдэк снисходительно ухмыльнулся:

— Я наблюдал в столовой за тем, как вы держите в руках столовые приборы. И только что видел, как вы пили кофе.

— Я пью его как-то особенно? — не подавая вида, что выводы Райдэка попали в цель, насмешливо фыркнула я.

— Вы складываете и отводите в сторону три пальца, когда поднимаете чашку. Таким манерам обычно учат аристократов, и это доходит у них до автоматизма, как у вас.

— А вам не приходило в голову, что все те правила этикета, о которых вы сейчас говорите, не являются тайной, и их можно найти в общей межгалактической сети? Возможно, мне нравится вводить в заблуждение простаков, изображая из себя ту, кем я на самом деле не являюсь.

— И кто же вы на самом деле? — перестал улыбаться Райдэк.

— А вы? — не растерялась я. — Кто вы, дэн орис?

Глаза командора предостерегающе сверкнули, изучая меня с повышенным интересом. Я понимаю: сейчас мужчина усиленно ломал голову над тем, не являюсь ли я засланной конгломератом шпионкой, и что-то мне подсказывало, что лучше было, если бы Райдэк считал меня таковой.

— Мне кажется, мы ушли от темы, — я откинулась на спинку кресла, желая покончить с крайне неудобным для меня разговором. — Вы ведь собирались обсудить качество работы экипажа, а не мое досье, доступ к которому, вы, очевидно, получили на не совсем законных основаниях.

— Должен же я знать, кого я назначил своим первым помощником, — в свое оправдание ответил Райдэк.

Я очень сомневалась, что дела других офицеров, находившихся в рубке рядом с командором, он изучал так же детально, как мое, но сделав вид, что принимаю подобного рода отмазку, вежливо кивнула:

— И все же давайте перейдем к делу. Что конкретно вы ждете от меня?

— Мне бы хотелось, чтобы вы набросали список подмеченных вами огрехов и недочетов в работе команды и составили подробный план мероприятий по их устранению. Какую службу лично вы проверили бы первой?

— Если учесть цель нашей миссии, то прежде всего, мне кажется, стоит убедиться в компетентности спасательных бригад, способности остальных служб четко и слаженно взаимодействовать с ними и принимать верные решения в форс-мажорных ситуациях.

— Форс-мажорных… — повторил за мной Райдэк. — Что вы имеете в виду?

— Исходя из личного опыта, это может быть что угодно: нападение на бригаду, захват спасательной капсулы, обвал, выход из строя оборудования… В таких случаях безотказно должна работать диспетчерская служба, координаторы, медики, техники и наводчики. У всех членов экипажа есть четкие предписания на время миссии на Зондакаре. Но план действий — это одно, а реальность — совершенно другое. Хаос и паника — не самое страшное из того, с чем придется столкнуться на гибнущей планете, это только вершина айсберга.

— Вам, видимо, приходилось видеть что-то похуже? — посмотрел на меня в упор Райдэк. — Насилие, мародерство, грабеж?

Мне неприятно было вспоминать о худших проявлениях человеческой натуры, но как бы отчаянно я ни твердила себе, что я не такая, это, к сожалению, не меняло действительности. Страх всегда вытаскивал наружу самые гнилые и гадкие человеческие качества, превращая, казалось бы, цивилизованных людей в диких и жестоких скотов.

— Я видела, как взрослые мужчины выталкивали из пиккеров женщин и детей, лишь бы спастись самим.

— И как ваша команда поступала в таких случаях? — выдерживая мой стылый взгляд, тихо спросил Райдэк.

Пауза между его вопросом и моим ответом вышла излишне долгая, потому что мне не хотелось озвучивать негласное правило всех легионеров: мародеров, насильников и прочих сволочей мы пускали в расход сразу же, без суда и следствия.

— Убивали, — коротко уронила я.

Лицо Райдэка болезненно дрогнуло и в глубине серых глаз появилось что-то очень похожее на жалость.

— И часто вам приходилось это делать?

— Мне повезло, что за моей спиной всегда стояли близнецы, чаще сами делая за меня грязную работу, но ту тварь, что выбросила из капсулы ребенка, я пристрелила лично.

Гнетущее безмолвие наших схлестнувшихся взглядов нарушало лишь тяжелое дыхание — мое и Райдэка, такое пронзительное в этой нахлынувшей на нас тишине.

— Мне жаль, — грустно искривил губы командор.

— А мне нет, — холодно выдавила из себя я. — Если бы у меня была возможность открутить время назад, я бы пристрелила его снова.

— Мне жаль, что вам пришлось через все это пройти, — Райдэк поднялся с места, глядя на меня с высоты своего роста. — Вся эта грязь не для женщин. Именно поэтому я считаю, что женщинам не место в армии.

Я не смогла удержаться от колкости:

— Да, я уже поняла ваши приоритеты для женского пола: босая, беременная и на кухне…

Последнее слово сдавленно слетело с языка, стоило увидеть, как медленно меняется выражение лица мужчины.

— Мне кажется, вы бы неплохо смотрелись в этом амплуа, — лениво двигаясь взглядом по моему телу, ухмыльнулся Райдэк. — Полагаю, вынашивать и воспитывать детей более приятное занятие для женщины, чем убивать моральных уродов.