Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 45)

— Райдэк переселил меня в свою каюту…

— Что?

— Он занял соседнюю, — заметив, как вытянулись лица ребят и сообразив, о чем они подумали, уточнила я. — Но это ничего не меняет. Он что-то задумал и боюсь, что в его планы не входит отпускать меня с вояджера.

— С чего ты это вообще взяла? — Свэн сел напротив, с тревогой глядя в мои глаза.

— Я не знаю, как это объяснить… Интуиция, шестое чувство… Назови как хочешь.

— У него нет никакого права удерживать нас здесь силой. Мы контрактники. Закончится миссия — и поминай как звали. Мы можем подать рапорт в конгломерат, если Райдэк начнет перегибать палку.

Мой тяжелый вздох разбавил гнетущую тишину:

— Да чихал он на ваш конгломерат и на все объединенные галактики в целом. Он слишком богат, умен и осторожен. Если и предпримет меры, то ни одна межгалактическая служба не подкопается.

— И что ему от тебя нужно? — помрачнел Хок. — Если бы просто хотел переспать с тобой, уже давно бы намекнул.

— Понятия не имею. Потому и нервничаю. Когда я не понимаю, что движет противником, то не могу предугадать его дальнейших действий.

— Может, спросить его прямо? — пожал плечами Гвоздь.

— Если она спросит прямо — значит, выдаст себя с потрохами, — Хок отрицательно мотнул головой, задумчиво уставившись взглядом в стену. — И если Райдэк сейчас может только догадываться о чем-то, то тогда будет уверен на сто процентов.

— Хок прав, — кивнула я. — Нам надо усыпить бдительность Райдэка. Вести себя совершенно спокойно и расслабленно. Сделать вид, что мы всем довольны и нас все устраивает. Есть только один шанс свалить незаметно всем вместе — это когда прибудем на Зондакар. Фактически, после того как мы выполним там свою спасательную работу, наш контракт с конгломератом можно считать завершенным. И в принципе нам не обязательно возвращаться вместе с вояджером в исходный пункт только для того, чтобы получить положенный нам от КОГ гонорар. Не думаю, что они будут гореть желанием найти нас и отдать нам заработанные кредиты.

— Да, на Зондакаре Райдэку будет не до нас. На гибнущей планете невозможно контролировать всю ситуацию полностью, а в панике и суете легче всего будет затеряться и стать невидимыми, — согласился Эмбер. — Там наш стрэйнджер наконец разблокируют, и как только миссия начнет сворачиваться, мы, вместо того чтобы вернуться в док, свалим оттуда с квантовой скоростью. Я все для этого подготовлю заранее.

— Ну вот и отлично. Значит, переходим в режим ожидания, — я поднялась с пола и, как мне показалось, после разговора с парнями даже дышать легче стало. Никто так не вселял в меня уверенность в себе и не давал сил, как моя команда. Я подпитывалась их энергетикой, как вампир. — А пока на любое действие и кадровую перестановку командора реагируем совершенно спокойно. В столовой шутим и улыбаемся, вечера будем проводить вместе со всеми в кают-компании. Больше никаких подозрительных и тайных встреч.

— Как объясним эту? — Хок обвел взглядом замкнутый контур кабины лифта, вот уже минут пятнадцать непрерывно двигавшейся то сверху вниз, то снизу вверх, и улыбнулся.

— Я сама объясню. Эмбер сейчас остановит лифт на верхнем уровне, вы выйдете и спуститесь на свой по пожарной лестнице.

— Почему ты решила, что на верхнем уровне никого нет? — удивился Стэн.

— Видишь мигающую красную лампочку на тэш-блоке напротив седьмого сегмента? — я ткнула пальцем в вывернутый блок управления. — Это техники пытаются восстановить управление. Они на седьмом этаже. Надеюсь, что Райдэк с ними.

— Морковка, ты уверена, что все обойдется? Может, мы возьмем все на себя?

— Я сказала — на выход, — привычное спокойствие нахлынуло, как волна на песок, смыв вместе с собой страхи, неуверенность и внутренний раздрай. — Вы мне только мешать будете.

Эмбер всунул в клемники вытянутые оттуда провода, а когда кабинка остановилась на верхнем уровне, открыл двери лифта. Парни за считанные секунды покинули помещение, и я, быстро устранив следы вмешательства, установила тэш-блок на место, а потом нажала на сенсоре кнопку под номером семь.

За открывшимися дверями меня встречала целая бригада взмыленных техников, подозрительно разглядывающий меня генерал Гилберт и злющий, как сатана, Райдэк. Впервые в жизни я готова была благодарить высший военный чин конгломерата за оказанную мне услугу. Видимо, увязавшийся за командором после моего ухода Гилберт и "связал ему руки", помешав действовать напролом. В противном случае здесь бы сидели не военные техники, а мордовороты Райдэка, и вытащили бы они меня и моих парней из лифта еще минут десять назад.

— Семнадцать минут тридцать одна секунда, — посмотрев на часы, торжественно объявила я во всеуслышание — и взгляд Райдэка впился в меня, как лазерный луч, прожигая насквозь.

— Зачем ваша команда заклеила камеры слежения, капитан Паркер? — с губ командора слова срывались резко и зло, и лились мне как бальзам на душу. Куда делось надменное превосходство и безукоризненный лоск? Теряющий над собой контроль Райдэк нравился мне гораздо больше мистера "я круче всех".

— Это я приказала.

— Зачем? — тоном Райдэка можно было морозить полуфабрикаты.

— Как ваш первый помощник, я обязана проверять работу действующих на корабле служб. Смею заметить, что нашла их неудовлетворительными. За семнадцать минут и тридцать одну секунду в лифт можно было пронести взрывное устройство и разнести к такой-то матери весь вояджер. И кстати, где команда быстрого реагирования? Она должна была вскрыть двери, запрыгнуть на движущуюся кабинку и обезвредить находящихся внутри злоумышленников.

Техники в буквальном смысле офигели, вытаращившись на меня, как на падающий на их голову метеорит. Гилберт предусмотрительно промолчал, а Райдэк, по-моему, разозлился еще больше. Понятное дело, что всего того, что полагалось делать службам по уставу, не случилось только потому, что Райдэк знал, кто находится внутри лифта и не видел в нас потенциальной опасности. Я щелкнула командора при всех по носу, воспользовавшись его излишне снисходительным отношением ко мне. И все-таки он, видимо, был прав, когда не брал на свой корабль женщин. Не знаю, как от остальных, а от меня у Райдэка точно одни проблемы. Пусть гадает теперь, зачем я проверяла работу его служб и почему сказала про бомбу.

— Дельные замечания, капитан Паркер. Учту, — Райдэк заложил за спину руки, подчеркнуто вежливо поинтересовавшись: — И чью работу вы собираетесь инспектировать в следующий раз?

— В этом и соль любых проверок, командор, — любезно заметила я. — Во внезапности и непредвиденности. Не так ли?

— Так ли, — мрачно согласился Райдэк, кажется, начиная жалеть, что так неосмотрительно повысил меня до своего первого помощника.

— Спокойной ночи, командор, — искренне надеясь, что спокойной она у него точно теперь не будет, я радостно пошагала в свою каюту. Вернее, бывшую командорскую. И только когда очутилась внутри, поняла, что день удался: Хока перевели в капитанский отсек, а значит, видеться с ним я теперь буду целый день, почти как на нашем стрэйнджере, а еще вместо тесной комнатушки я получила роскошный номер, выселив при этом из него его же хозяина. Что может быть лучше? Только личный душ. Мыться в котором я, кстати, не рискнула со включенным светом. Мало ли, вдруг Райдэк в нем камер понатыкал. Зато вдоволь насладилась плавающими в моей спальне рыбками, пока, закинув за голову руки, лежала на кровати и смотрела на их умиротворяющую возню. Засыпая, я подумала, что именно за них, пожалуй, стоит сказать Райдэку спасибо. Обязательно сделаю что-то подобное в своей спальне. Красиво.

Глава 17

Внутренний будильник разбудил меня за час до подъема. Несколько минут я позволила себе поваляться в постели, любуясь обитателями морского дна, а потом, по привычке отжавшись от пола пятьдесят раз, пошла умываться и приводить себя в порядок, рассчитывая прийти к завтраку немного раньше, чтобы чуть дольше пообщаться с моими парнями.

— Капитан Паркер, доброе утро, — густой голос Райдэка настиг меня, подобно ангелу мщения, стоило мне переступить порог каюты.

Командор возвышался в проеме напротив, и за его спиной довольно хорошо просматривался интерьер открытой настежь комнаты. Надо сказать, что Райдэк переехал не в сарай, как я мстительно надеялась. Может, по размерам его нынешняя каюта и уступала прежней, а вот по удобствам — вряд ли.

— Доброе, — буркнула я, напрасно рассчитывая проскользнуть мимо.

Райдэк мгновенно перегородил мне дорогу, сверкая белозубой улыбкой, как глянцевый плакат.

— До завтрака еще есть время, капитан. Я всю ночь думал о том, что вы вчера сказали по поводу проверок соответствующих служб вояджера, и пришел к выводу, что вы совершенно правы. Мы не могли бы обсудить это за чашечкой кофе? — командор элегантно повел рукой, указывая на низкий столик, виднеющийся в его каюте, на котором стояли две белоснежные чашки с сизыми ручейками поднимающегося вверх пара.

Жадно втянув носом воздух, я поймала терпкий аромат, и рот наполнился густой слюной, вспоминая, как восхитительно ощущается на языке кофейная горечь.

У этого гада в номере была кофемашина. Это был удар ниже пояса.

Здесь не давали кофе, он был роскошью для военных судов. Я пила его последний раз у себя на стрэйнджере, и теперь смотрела на чашку с дымящимся напитком, как наркоман на дозу, чувствуя, как от вожделенного запаха начинает кружиться голова.