Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 41)

Райдэк поднялся следом и передернул шеей, при этом громко хрустнув позвонками. На коже командора алыми бороздами отпечатались царапины, оставленные моей рукой, но, похоже, это еще больше раззадорило мужчину, потому что смотрел он на меня каким-то совершенно ненормальным взглядом, еле сдерживая рвущуюся из углов губ улыбку.

— Сдавайтесь, Агни, — мягко шепнул он, смещая корпус мне навстречу.

— Да хрен вам, — выбросив вперед в обманном движении руку, я со всей дури заехала ему ботинком между ног, и как только он, согнувшись, выплюнул сквозь зубы какое-то жуткое ругательство на непонятном языке, впилась пальцами в его кадык.

— Вы убиты, командор, — трясясь от ярости, негодования и возбуждения, бросила я в его свирепеющее лицо. — Считайте, что я вырвала вам кадык.

— С-с… — голос Райдэка понизился до сдавленного шипения, и пылающий тяжелый взгляд накрыл меня осязаемой волной разгорающегося бешенства.

— Стерва? — озвучила то, что не посмел сказать командор. — В легионе нас учили тому, что, когда не можешь победить честно, используй все доступные тебе методы, даже если они грязные, подлые и бьют ниже пояса. Победа ради победы. Будь вы моим противником в действительности, я бы не стала с вами драться, командор, я бы просто вас пристрелила.

Похоже, в этот миг Райдэк даже забыл про боль, которую я ему причинила, безбожно потоптавшись по самому чувствительному мужскому органу. В темных, как свинцовое небо глазах стала таять плещущаяся злость и зарождаться что-то совершенно другое, от чего у меня в легких начало катастрофически не хватать воздуха.

— Не брезгуете запрещенными приемами?.. — грудь мужчины высоко поднялась и опустилась, крылья носа хищно дрогнули, а губы изогнулись в жесткой ухмылке. — Я запомню. Тренировка закончена, — громогласно объявил Райдэк, выпрямляясь пугающе резко и быстро. Жаркий пронзительный взгляд командора прошелся по мне с головы до ног, а потом затянулся непроницаемой пеленой — холодной и ничего не выражающей.

Мужчина невозмутимо пошагал к выходу, а я осталась стоять на месте — взмыленная, дрожащая и морально убитая. Мне кажется, я никогда в жизни так не уставала, словно на борьбу с Райдэком ушли все мои силы. И, дерьмо. Мне было стыдно. Дико стыдно за удар ниже пояса. Но другого выбора командор мне не оставил.

До своей каюты я добралась на автопилоте, завалившись на койку в чем была одета. Я не могла отдышаться. Внутри меня закручивалась тугая спираль, вибрировала и тянула все мышцы. Проклятый Райдэк. Ему таки удалось выбить меня из равновесия. Он влез в мою голову и сидел там, как червь, подтачивая мои нервы и терпение. Дикое, необъяснимое предчувствие внутри меня кричало: "Беги, Агни", и тут же, как зловещий фатум, из глубин моего сознания появлялся улыбающийся образ Райдэка, насмешливо отвечая: "Поздно".

На сенсоре двери загорелся красный сигнал, а потом в обшивку бешено затарабанили, заставляя меня отодрать себя от горизонтальной поверхности и встать на ноги.

В каюту ввалились мои мальчики. Лица у них были такие, словно меня как минимум смертельно ранили.

— Морковка, ты как? — просипел Стэн, затравленно мечась взглядом по моей фигуре и лицу.

— Дерьмово, — бессильно рухнув на кровать, я уперлась локтями в колени и опустила на согнутые руки тяжелую голову.

— Что он с тобой сделал? — Хок скользнул передо мной на корточки, испуганно заглядывая снизу вверх в мое лицо.

— Ничего, — отводя взгляд, ответила другу я. Как ему объяснить, если я сама не понимаю, что со мной происходит? — Просто вымотана морально и жутко устала.

Парни тревожно переглянулись, Эмбер вскрыл бар и вытащил оттуда бутылку с водой:

— Пей, у тебя обезвоживание.

— Я сгоняю на камбуз к Эйку, возьму для тебя горячий сладкий чай, — засуетился Хок.

— Мы тебя со Стэном в душ отведем, — Свэн подхватил меня под руки, как маленькую, и я протестующе взвыла:

— Прекратите. Ничего не произошло. Ну, помяли немного на виду у всех мое эго и выпирающие достоинства — переживу. И не в таком дерьме плавала.

— Я за чаем, — проигнорировал мой протест Хок и коротко кивнул близнецам. — Отведите ее в душ.

Эмбер открыв встроенный в стену шкаф, достал мне чистую одежду и сунул в руки полотенце с гелем для душа:

— Иди, помойся, а то ты на общипанную морковку похожа.

В зеркало я на себя, когда пришла, не смотрела, и как оказалось, зря: вид у меня, оказывается, был еще тот. В пылу борьбы с Райдэком мои волосы, убранные в хвост, превратились в мокрые, всклокоченные и торчащие во все стороны колтуны, а лицо по цвету чуть-чуть не дотягивало до той самой морковки.

Хороша.

Поморщившись, я поплелась за Стэном и Свэном, оставив Эмбера дожидаться нас в каюте.

Хок все-таки знал, что мне нужно, лучше меня самой. Горячий душ не только расслабил мое напряженное тело, но и вернул душевное равновесие, основательно расшатанное Райдэком. Я даже перестала терзаться муками совести в промежутке между намыливанием волос и их промывкой.

Убрав с лица пену, я промыла глаза, и вдруг, краем глаза поймав какое-то движение сбоку, резко развернулась. Звук включившегося рядом со мной душа прозвучал как выстрел, по вискам шумно ударила кровь и ноги мои приросли к полу, превратившись в две пудовые гири.

Рядом со мной, подставив бьющим сверху струям склоненную голову, стоял Райдэк.

Голый.

Абсолютно.

Тонкие ручейки обрисовывали бронзовый рельеф напрягшихся мышц, серебрили поджарые бока и длинные ноги. Вода живым жгутом вилась по его позвоночнику, ускользая в ложбинку между крепкими ягодицами. Это выглядело так красиво, что если бы я была фотографом, то обязательно засняла бы расслабленно упирающегося в стену ладонями обнаженного мужчину, подставляющего свое упругое тело ласкающей его воде. Низко опущенная голова медленно повернулась в мою сторону, взгляд-ожог сбил мне пульс, а потом погнал по венам закипающую кровь. Легкие обдало мгновенно растекшимся в них жаром, и в этой сизой влажности мир вдруг сократился до моего грохочущего сердцебиения и обнаженного мужчины, стоящего от меня на расстоянии вытянутой руки.

— Какого?.. — рвано глотнув горячий воздух, захлебнулась в негодовании я.

— Какого дьявола я делаю в общем мужском душе? — хрипло поинтересовался Райдэк, выжигая на мне взглядом клеймо.

Я беззвучно шлепнула губами. Как тупая рыба. У меня больше не было вопросов. Ни мыслей, ни вопросов… Ни-че-го.

— Моюсь, — отвернувшись от меня, сообщил Райдэк, глядя на стену перед собой с таким же подчеркнутым вниманием, словно это был монитор его бортового компьютера.

Моется? Нет слов. Мать его. Как он вообще сюда попал? Где Паяльник и Гвоздь?

В груди дурно заныло, и первым моим желанием было позорно сбежать. А смысл? Это полный провал. Все, что мог, Райдэк, похоже, у меня уже увидел. Вопрос в том — смог ли он узнать во мне таинственную танцовщицу?

Взгляд мой опять невольно скосился на командора. Сначала прошелся по напряженному лицу мужчины, закрытым векам и плотно сжатым губам, а потом бессовестно пополз вниз по широким плечам, литому прессу, темной полоске волос…

Да. Я смотрела именно туда, куда вы подумали, и, не обнаружив естественной мужской реакции на свое обнаженное тело, пришла в некое замешательство. То есть на танцующую на пилоне шлюху у него стоит, а я, значит, свой парень, с которым просто можно помыться в душе?

Если не собирался на меня смотреть, то какого лакса тогда приперся? У него что, систему с горячей водой в каюте заклинило?

Скулы Райдэка заметно заострились, каменные трицепсы бугрились так, что стали видны ленты сухожилий, и я вдруг поняла, что меня смущает. От падающей на тело Райдэка воды не шел пар.

Ах ты, говнюк. Ну конечно. Пытаясь избежать эрекции, командор мылся под ледяным душем, в противном случае он своим готовым к бою прибором уже долбил бы стену. А это так не по уставу. Ой, как не по уставу. Моется он тут, значит…

Испуг в моей душе мгновенно вытеснило природное упрямство. Злорадно улыбнувшись, я схватилась за бутылку с гелем. Ну, сволочь, я тебе сейчас устрою банный день. Надеюсь, ты отморозишь себе все, что ниже пояса болтается, потому что купаться я собираюсь долго и тщательно. Я в легионе голая по пересеченной местности с сотней таких же одетых в одни ботинки мужиков бегала, а тут какой-то душ. Помирать, так с музыкой.

Лениво растирая по плечам, рукам и груди пенящуюся субстанцию, я тайком наблюдала за Райдэком, замершим истуканом, не без удовольствия замечая, как его тело покрывается гусиной кожей. Упс. Кому-то, кажется, холодно. Терпи, командор. Мужик ты или где? Если свалишь первым, я тебя уважать перестану.

Минут через пятнадцать у Райдэка посинели губы и пальцы на ногах, но он упрямо подставлял бьющей воде спину, изредка перенося вес своего тела с одной ноги на другую, а еще через двадцать — у него начали дрожать мышцы.

Придурок. Так и пневмонию себе от переохлаждения заработать можно.

Лакс, мне-то какое дело? Мне что, его жалко?

Дерьмо. Глядя на порядком околевшего, но изображающего расслабленность и непринужденность мужчину, у меня внутри все переворачивалось. Конечно, с его стороны это была месть за мою выходку в спортзале, но и в том, и в этом случае в проигрыше все равно оставался командор.

Возможно, я сошла с ума, а может, слегка повредила голову на спарринге, но то, что я сделала дальше, логике и объяснению не поддавалось.