Александра Снежная – Приватный танец для Командора (страница 42)

Выключив воду, я с грохотом опустила бутылку с гелем на полку напротив Райдэка и, нагло провещав: "Дарю. С легким паром", сверкая голым задом пошла в раздевалку.

Вытиралась я уже не так триумфально, как шла. Больше мое нервное натягивание на себя одежды походило на паническое бегство. А в коридор я вообще вылетела, как стрэйнджер на орбиту, тут же напоровшись взглядом на подпирающего стенку напротив Стэна.

— Ты чего так долго? — оттолкнулся от опоры Гвоздь, улыбаясь мне широко и добродушно.

— Долго? Издеваешься? — я толкнула недоумевающего Стэна в грудь и яростно зашипела: — Какого хрена вы его ко мне впустили?

— Кого "впустили"? — брови Гвоздя изумленно поползли вверх, а лицо стало таким растерянным, что я невольно стушевалась:

— Командора…

— Что? — одновременно взревели близнецы.

Гвоздя перекосило. Свирепо выдвинув вперед челюсть, он кивнул на дверь душевой и зловеще поинтересовался:

— Он там?

Ответа моего Стэн не дождался, потому как, багровея, ринулся вперед со словами: "Убью суку", а следом за ним, рассекая корпусом воздух, ломанулся Свэн.

На мой поднявшийся до визга приказ: "Не сметь" никто не обратил внимания, поэтому, пытаясь избежать катастрофы, я побежала за мужчинами следом.

— Морковка, это что, такая идиотская шутка была? — стоя посреди совершенно пустой душевой, зло прищурился Стэн.

Сглотнув, я непонимающе огляделась по сторонам, напрасно ища ответы на свои вопросы у запотевших мокрых стен. О том, что здесь произошло пару минут назад, напоминал лишь тюбик геля, стоящий там, где я его оставила. Лакс, не приснился же мне голый Райдэк? Да нет, я не сумасшедшая. Я видела командора.

Как он здесь очутился и куда исчез, я не знала, но понимала, что смылся он очень вовремя. Мне только драки близнецов с ним не хватало. Это мне Райдэк разрешил потоптаться по самому сокровенному, а близнецов за рукоприкладство могут и под трибунал отдать.

— Ладно, пошутила. Это чтобы вы булки не расслабляли, — напуская на себя нарочитую небрежность, посмотрела на парней. — Распустились. Если я говорю: "Не сметь", значит — не сметь. Провокационных ситуаций в отношении меня, пока мы находимся на вояджере, может быть очень много, и если вы каждый раз будете так реагировать, то я останусь без команды.

— Ну, ты… Ядрена морковь… — в сердцах плюнул на пол Свэн.

— Я вам всегда говорила: "Прежде чем распускать кулаки, сто раз подумайте". Вы хоть представляете, чем для вас закончится драка с командующим эскадрой?

Гвоздь виновато сник и скорчил мне извинительную гримасу:

— Морковка, ты же знаешь — мы за тебя кого угодно в метеоритную пыль сотрем.

— Я сама в состоянии за себя постоять. Если бы мне была нужна помощь, я бы у вас ее попросила. А с командором поаккуратнее. Без моего разрешения даже малейшего поползновения в его сторону не делать.

— Да понял я, понял, — Стэн терпеть не мог, когда его отчитывают, поэтому болезненно морщился от каждого моего слова. — Возвращаемся, пока Эмбер и Хок нас в розыск не объявили.

Хок и Эмбер, в отличие от близнецов, были не такими взрывоопасными, поэтому ожидали нас в каюте с сэйк-капсулой и печеньем, нарытым в недрах мини-бара. Уговорив парней идти спать и больше за меня не тревожиться, я высушила волосы, а потом залезла на кровать, с опаской разглядывая стены собственного убежища. Почему-то уверенности в том, что в каюту без моего разрешения никто не войдет, у меня больше не было.

Как Райдэк появился в душевой?

Вероятность, что там был потайной ход, я отмела сразу. Я, конечно, могла и не услышать из-за льющейся воды звука отъезжающей двери, но надо быть полным идиотом или извращенцем, чтобы делать на корабле, где обычно служат одни мужчины, проход из своей каюты, которая находится на другом уровне, в офицерский душ. Ни тем, ни другим командор не был. А если учесть то, что увидела в генераторной, я склонна была думать, что это какие-то секретные технологии телепортации. Только тогда в душе должен был быть установлен приемник, а на Райдэке надет передатчик, чтобы осуществить перемещение. Ничего подобного я не заметила, и это заводило меня в тупик. Не ходил же Райдэк сквозь стены?

Голый…

И что это вообще было? Я не понимала. Мне казалось, что если бы командор узнал во мне танцовщицу из клуба, то не стал бы стоять под холодным душем, а скорее присоединился ко мне под горячим, да еще и пригрозил бы, что если буду ломаться, то обнародует информацию о моем не совсем мужественном для дрэйкера увлечении пол-дэнсом.

И, если быть честной с самой собой, сомневаюсь, что я бы ему отказала. Во-первых, потому, что мою репутацию серьезного капитана можно было бы сразу похоронить и заказать красивое надгробье с эпитафией: "Ее сгубил пилон", а во-вторых… Лакс. Во-вторых, моему женскому организму, похоже, нравился этот мужик, потому что реагировал он на него совершенно однозначно. Стоило закрыть глаза и вспомнить мощное, блестящее от воды мужское тело, с четким рисунком мышц, как внизу живота начинало болезненно-сладко тянуть.

За столько лет что-то подобное я чувствовала лишь с Шоном. И только вспоминая его во мне просыпалась женщина. Не погибни он четыре года назад, возможно, и я была бы совсем другой — не такой циничной и жесткой. Терять дорогих людей больно. И это гораздо больнее, чем перебитая нога или сломанное ребро. Физическую боль можно блокировать нейробиотиком, кости срастить за пару часов в медкапсуле, а от душевных мук лекарств, несмотря на непрестанно совершенствующиеся технологии, так никто до сих пор и не придумал.

Глава 16

Мне не спалось. В голову назойливо лезли воспоминания о погибших друзьях, Шоне, старине Эрни. И то, что мне так и не удалось поговорить с дедом и объясниться, отзывалось в сердце острой пустотой, такой концентрированной, что в ней растворялись все остальные чувства. Чертов Райдэк каким-то образом разбередил во мне старые раны. И что для меня было совершенно непонятно, так это то, какая может быть связь между его голым демаршем в душе и тем чувством вины, которое я испытывала, вспоминая деда.

Я уснула только под утро, провалившись в тяжелый и беспокойный сон, а поэтому с сигналом подъема встала с больной головой, не выспавшаяся и злая. А еще ужасно хотелось есть, так, словно я три дня сидела на голодном пайке. Под ребрами болезненно тянуло и желудок то и дело издавал противные урчащие звуки. Хорошо же меня Райдэк вчера загонял, я даже в легионе после длительных марш-бросков такой разбитой себя не чувствовала.

Как результат — завтраком я не наелась и, поминая тихими ругательствами собственную дурость с пересчетом калорий, давилась слюной, глядя на жующих близнецов, порции которых были в три раза больше моей.

— Морковка, ты чего? — рука Стэна, несущая к раскрытому рту бутерброд с маслом, замерла в полете, а сам мужчина недоуменно уставился на насупившуюся меня.

— Ешь уже быстрее. Не дразнись, — отвернулась от него я, блуждая голодным взглядом по залу столовой.

— Ты что, бутерброд еще хочешь? — опешил Гвоздь.

— Я просто жрать хочу, — огрызнулась я, и мои парни мгновенно перестали жевать, дружно разглядывая мою пустую тарелку.

— Что? — сердито развела руками, поражаясь мужской узколобости. И почему голодный мужик ни у кого из них не вызывает удивления, а женщина с хорошим аппетитом кажется как минимум странной? — Если бы вы вчера вечером побегали пять километров с отжиманиями, а потом на спарринге на вас бы основательно так полежала стокилограммовая командорская туша, вы бы сейчас тоже на мой бутерброд пялились… Если бы он у меня был, — тоскливо вздохнула я.

На мою тарелку мгновенно опустились бутерброды Стэна и Свэна, следом за ним Эмбер придвинул мне свой стакан с чаем, а Хок отдал свою недоеденную порцию.

— Что значит — командор на тебе полежал? — неожиданно спросил Хок. Кусок уже пережеванного бутерброда застрял у меня в горле, и, схватив чай, я стала жадно его пить.

— Для меня спарринг-партнера не нашлось. Пришлось драться с Райдэком, а он здоровый, гад. Ну и… Пару раз подмял меня…

Хок зло поджал губы, а потом резко развернулся, оглядываясь за свою спину.

— А где он, кстати?

Я поставила стакан на стол, покосившись на командорский столик. Райдэка не было. Он не пришел на завтрак. Внутри мерзко шевельнулся червь раскаяния, и аппетит почему-то мгновенно пропал. Какой бы чокнутой и взбалмошной особой я ни была, я никогда никому преднамеренно не желала зла. Если командор заболел из-за моей вчерашней выходки, то мне очень стыдно.

— Понятия не имею, — соврала своему штурману я. Хоку о вчерашней выходке командора вообще говорить было нельзя, он себя в последнее время вел как-то странно. — Может, уже на капитанском мостике? — предположила я. — Мало ли, какие там проблемы?

На капитанском мостике, к моей досаде, Райдэка тоже не оказалось. Когда я вошла в рубку, все офицеры заняли свои места, и только кресло командора оставалось пустым.

— А где командор Райдэк? — подождав еще минут десять, я подошла к генералу Гилберту.

— Понятия не имею, — стрельнул в меня сердитым взглядом генерал, деловито двигая виртуальные навигационные рычаги на сенсоре. — Он передо мной не отчитывается.

— Что значит "понятия не имеете"? — меня внезапно взбесила сама форма предоставленного ответа. — Командующий эскадрой не заступил на боевое дежурство, а вы, как первое лицо, представляющее в данной миссии конфедерацию, даже не соизволили поинтересоваться, что произошло? Вы в штаб так и доложите обстановку: "Понятия не имею, где командор, но движемся мы правильным курсом"?