Александра Руда – Кнопка (СИ) (страница 57)

— Он был здесь, — честно призналась я.

— Вы… собираетесь пожениться?

Я посмотрела в его карие глаза. В них кипели страсти, которые Эрнесто пытался скрыть за маской безразличия.

— Нет, — ответила я. — Я не собираюсь замуж.

— Это хорошо, — с видимым облегчением сказал маг. — Могу я спросить, что ты собираешься делать дальше?

— Учиться, — я стала собирать со стола грязную посуду и относить к мойке. — Мне нужно получить диплом аптекаря, а там видно будет.

Он кивнул, взглянул на меня, а потом снова перевел взгляд на огонь. Щекотливую тему пришлось поднимать мне. Я долго-долго мыла посуду, не решаясь начать разговор, но, в конце концов, молчать дальше было уже невозможно.

— Эрнесто, — я тронула его за рукав. — А что ты собираешься делать… с теми чувствами, в которых ты мне признался?

Он не повернулся ко мне, но его уши запылали. Я не торопила его с ответом.

— Я не знаю, — наконец сказал он. — Я не знаю, что делать. Я совершенно запутался. На меня столько навалилось…. Честно, не знаю, как мне себя вести с тобой, я уже думал об этом не раз. Например, я могу ходить только к тебе тогда, когда у меня закончатся магические силы…

— Я что, буду работать шлюхой? — воскликнула я.

— Нет, нет, что ты! Конечно, нет, я бы никогда не смог так… с тобой. Просто… даже наши поцелуи наполняют меня силой, мне даже страшно представить, что будет, когда мы… когда у нас…

— Произойдет полноценный физический контакт, — подсказала я.

— Да! Я знаю, что ты никогда не согласишься на такие отношения… поэтому… Кнопка, давай подождем? Я не могу сейчас решать свои личные проблемы, на мне вся Академия. Я должен ее уберечь от разграбления магами из других провинций, я должен разобраться с делами, эх, если бы ты знала, сколько их у меня…

— Давай подождем, — легко согласилась я.

Просто я не знала, как ответить на его чувства. И мне не было за это стыдно, хотя сегодня передо мной открывали свою душу два парня. Наверное, я очень черствая, но сейчас мне было не до них, не до их любви и не до их проблем.

Эрнесто поднялся с кровати и начал натягивать на свою рубашку мантию, висящую на стуле.

— Позволь сделать тебе подарок, — сказал он. — Ведь влюбленные мужчины часто делают подарки, правда?

Он протянул мне бархатный мешочек. В нем был небольшой кулончик на золотой цепочке.

— Это гематит. Говорят, он помогает исцелять раны. Я подумал, что ввиду твоей профессии… проклятие… Я не знаю, что нужно говорить в таких случаях.

Всемогущий в нашем городе глава Академии Духа робко, как мальчишка, приподнял мои волосы и застегнул на шее цепочку.

— Спасибо за подарок, — улыбнулась я. Меня охватило необыкновенное, счастливое и теплое чувство. Еще никогда мне не дарили таких подарков, да еще и с искренней любовью.

— Ты знаешь, — прошептал Эрнесто, — что, когда ты так улыбаешься, ты прекрасна? Я хотел бы почаще видеть тебя такой. Кажется, я сейчас готов горы свернуть…

Он нежно, едва касаясь, провел по моей щеке рукой, а потом припал к губам так, будто хотел напиться. И снова, как всегда при его поцелуях, мое тело пронзила волна неимоверного удовольствия. Я обхватила Эрнесто руками, крепко прижимая к себе, запустила в его шелковистые волосы пальцы. Я не умела ласкать мужчин, не было возможности научиться, но сейчас я действовала, повинуясь какому-то наитию, и, судя по реакции Эрнесто, это ему очень и очень нравилось.

Внезапно, когда я уже была готова забыть себя в лавине возбуждения, маг отстранился и прижал к моим губам палец, рукой удерживая обе мои руки.

— Дела, дела, — пробормотал он. — У меня дела… Мне нужно срочно…

Затем легонько поцеловал меня в нос, тяжело вздохнул и стремительно ушел.

Я обернулась к мойке и умылась холодной водой, стараясь равномерно дышать. Сердце колотилось, как сумасшедшее, кровь бежала по сосудам, словно жидкий огонь, а в животе образовался тяжелый комок. Не смотря на разочарование тела, умом я понимала, что Эрнесто поступил очень благородно, ни сделав ничего, что бы могло помешать мне в дальнейшем осуществить свою мечту.

Заснуть мне удалось далеко не сразу. Постель еще хранила мужской запах, на подушке остался длинный волнистый волос. Я накрутила его на палец и долго смотрела, как по нему пробегают каштановые блики от яркого и теплого магического пламени. Такие блики иногда вспыхивали в карих глазах Эрнесто, когда в них попадал свет от фонарей.

На этот раз меня разбудили братья.

— Ташка! Эй, сестра! Ты как? — они теребили меня с двух сторон так, что моя голова болталась из стороны в сторону. — Мы так боялись за тебя! Говорили, что тут вообще весь город разрушен и трупы по улицам валяются…

— Подождите, — вяло бормотала я. — Дайте я проснусь.

— Ну, сестра! Ну, зануда! Мы никак не думали, что ты будешь дрыхнуть во время таких событий!

— Во время событий я и не спала, — возразила я, открыв глаза и любуясь двумя одинаковыми мордашками. — Где родители?

— Они еще идут. Мы, когда жукачара приехала, быстро-быстро сюда бежали, за тебя переживали, а ты спишь!

— Мальчики, нужно кровать назад поставить, пока родители не пришли. А потом я вам все расскажу, обещаю.

Пока братья занимались перестановкой мебели, я поставила на плиту чайник. Магический огонь все еще горел, хоть уже и не так интенсивно, как прежде.

К приходу родителей все было готово, даже стол накрыт.

— Таша, дочка! — мама обняла меня. — Мы так рады, что ты цела!

— Да, рады, — подтвердил отец. — Мы за тебя волновались, когда узнали, что в городе был Прорыв. Поэтому вернулись на первой же жукачаре, которая прибыла от вас в нашу деревню.

— Тетушки и дядюшки шлют тебе привет, — сказала мама. — Они очень возмущены тем, что ты так редко их проведываешь.

— Но мы сказали им, что ты учишься и работаешь, — вставил Федор.

— А у тетушки Агафены уже двое внуков, — как бы невзначай заметила мама.

— Но мы сказали, что у нас тоже скоро будут, — добавил отец.

Я решила никак не комментировать данное заявление, пытаясь максимально долго сохранить мир в семье.

— Давайте отпразднуем окончание Прорыва, — предложила мама. — Таша, ты, например, можешь пригласить Тараса, я испеку вкусный пирог.

Ну все, начинается. Со всеми неприятными вещами лучше разделываться сразу, не дожидаясь, пока маленький снежный ком, скатывающийся с горы, превратится в огромную лавину, сносящую все на пути.

— Я не думаю, что Тарас еще когда-нибудь сюда придет, — сказала я.

— Что? — переспросили родители, переглянувшись. — Как это — не придет?

— Мы обсудили наши с ним планы на будущее, и решили, что мы не будем вместе, — спокойно ответила я.

— Вы? Вы обсудили или ты так решила? — проницательно спросил отец.

— Я так решила, а Тарас согласился с моим решением.

— Ты так решила! — завопил отец, а мама укоризненно покачала головой. Я знал, знал, что тебя нельзя оставлять одну! Я сейчас же иду к Тарасу, и в ближайшее время мы вас женим. Такого замечательного, работящего и заботливого мужчину ты еще не скоро найдешь.

— Возможно, не найду, — согласилась я. — Но мне не нужен сейчас мужчина. Видишь ли, папа, у меня немного другие планы на жизнь.

— Я не хочу ничего слушать! Ты — моя дочь, и я должен заботиться, чтобы у тебя все сложилось наилучшим образом. А самое лучшее, что я могу для тебя сделать — это выдать тебя замуж, чтобы ты оставила свои сумасбродные идеи. Ты хоть подумала, как на нас смотрит вся родня? Ты уже такая взрослая, а до сих пор не замужем!

Мама согласно кивала. Братья, прятавшиеся за дверями своей комнаты, посылали мне в зеркале, которое я видела, ободряющие жесты.

— Мне все равно, что говорят обо мне родственники, — твердо сказала я. — И я хочу быть счастливой. А вот вы никогда не спрашивали, что мне для этого нужно.

— Родители лучше знают, что ребенку нужно для счастья, — мягко сказала мама.

— Наверное, вы этого не заметили, но я уже давно не ребенок. Я повзрослела. И уже сама могу решать, что мне нужно.

— В этом доме, — у отца глаза налились кровью, лицо в ярости перекосилось, — живут либо по моим правилам, либо не живут здесь!

— Папа, ты хочешь, чтобы я ушла? — спросила я.

Мне было больно, очень больно, но сейчас, в противостоянии с родителями, наконец, заканчивалось рождение новой меня — той, которая начала появляться на свет тогда, когда высокомерный маг оказал поддержку, которой я так и не дождалась от семьи, той, на глазах у которой убили друга, пытавшегося защитись неизвестную девочку. Да, сейчас мне было больно, казалось, сердце рвали на части, но кто сказал, что роды — это легко и безболезненно?

— Ты либо выходишь замуж, и живешь, как любая приличная девушка, либо убираешься из этого дома. Никогда не думал, что у меня вырастет такая непочтительная дочь! — заявил отец.

— А ты меня воспитывал? — горько спросила я. — Ты же совершенно не занимался нами после того, как заболела мама! Ты же даже не знаешь, в какой класс ходят сейчас твои сыновья! Ты не знаешь ни одного имени их друзей. Я уже не говорю про себя! Ты взвалил на шестилетнюю девочку все хозяйственные хлопоты, даже не задумываясь о том, насколько ей это будет тяжело! И ты еще после этого говоришь, что я выросла у тебя? Я выросла сама по себе! И братьев вырастила!

— Да как ты можешь! — ахнул отец. — Я все для вас делал! Я работал! Зарабатывал деньги! Чтобы вы могли где-то жить, на чем-то спать, что-то есть!