Александра Руда – Кнопка (СИ) (страница 46)

— У жукачар же кровь не красная, — невпопад спросила Нана. — Да? А у людей ее столько откуда?

Ей никто не ответил. Мы все смотрели, как в ворота уже заворачивает следующее насекомое. Команда приемщиков во дворе уже споро стаскивала пострадавших и укладывала их на носилки. Топот по лестнице вывел меня из ступора.

— Что же мы стоим? — сказала я, высоко поднимая голову, чтобы дать потрясенным коллегам пример. — По местам! Началось!

Глава 15. Тяжелые времена, или О Прорыве

Прорыв произошел на севере города, в бедняцких окраинах. Из щели между мирами вылезли шестилапые чудовища, покрытые густой шерстью, по размерам превосходящие человека втрое. На двух лапах они довольно быстро и ловко бегали, а четырьмя ловили людей.

— Они жрут нас, жрут, слышите, жрут! — билась в истерике молодая женщина, пока молчаливые, парни в заляпанных — кровью ли, грязью ли, не разобрать — аптекарских одеждах несли ее по лестнице. Женщину отправили на четвертый этаж, где находились самые легкораненые.

Я металась по этажу, раздавая команды. Нужно было знать, кто из аптекарей занят, кто — свободен, кому нужно передохнуть, кого — успокоить, кому принести новых бинтов, а кому — уже готовых микстур. Немного спасало то, что вместе с раненными прибыли и младшекурсники, которых командировали в тамошние аптеки.

— Все, — сказал один из них, появившись в коридоре. — Нет у нас больше северных окраин. Их снесли начисто. Эти звери… они просто ломают дома и все. Разносят хибарки, как бумажные. И людей тоже. Как кукол. Хлоп — и нету человека.

— Прекратить истерику, — рявкнула я, пробегая мимо. — Вот тебе весы, жидкость, побежал в первый кабинет готовить обезболивающее. И молча! Надеюсь, микстуру-то хоть готовить умеешь?

— Да, — ошеломленно кивнул студент, безропотно схватил инструменты и направился в указанный класс.

Для большинства из моих будущих коллег Прорыв всегда был чем-то теоретическим. Конечно, изредка маги ловили чудищ из другого мира, показывали их на площади. Но это была потеха, развлечение, даже если при этом гибло несколько человек. В конце концов, люди гибнут каждый день.

Как я и думала, никто из них не был готов к потоку израненных и перепуганных людей, кое-как одетых, кричащих и рыдающих. Я сама едва не растерялась, но как я могла поддаться эмоциям, когда ректор возложил на меня такую ответственность? Поэтому я отключила все эмоции и хладнокровно продолжала командовать.

Самое плохое — никто из моих коллег не был готов к тому страху, который приходит тогда, когда твоя налаженная, обыкновенная и спокойная жизнь рушится у тебя на глазах и ты ничего не можешь сделать. Ну, в этом я была большим специалистом, и довольно быстро пресекала попытки заразиться паникой от пациентов.

— Таша, я не могу так, не могу, — вдруг за мою руку уцепилась Нана и почти повисла на мне. — Они все такие израненные, перепуганные! Нас тоже сожрут, мы все погибнем!

Она вдруг некрасиво раскрыла рот и завыла на одной ноте, пронзительно и обреченно. Все напряжение, набравшееся за последние два часа, я выместила на сокурснице, наградив ее такой пощечиной, что девушка даже отлетела к стене.

— Успокоилась? — холодно спросила я, увидев, что ее глаза приобрели осмысленное выражение. — Марш наверх, к легкораненым. Будешь их и себя успокоительным поить.

Нана всхлипнула.

— Просто я не могу больше смотреть на эту кровищу. Спасибо. Я, правда, лучше уйду.

Я кивнула, стараясь не думать о том, что творится внизу, в лечебнице, где преподаватели и лекари пытались спасти самых тяжело раненных людей.

Вскоре поступило известие, что чудовища умеют ломать не только хибары, но и вполне добротные каменные дома.

— Они как в ярость впадают, их никак остановить нельзя, — рассказывал мне один из стражников, которого я перевязывала. — Стрелы и арбалетные болты их не берут, слишком толстая шерсть. Приходится брать числом, наваливаться чуть ли не тремя десятками на одного, а сколько наших при этом гибнет… Где же маги? Почему они не идет на помощь?

— Наверное, они сражаются в другом месте, — сказала я, чтобы успокоить стражника.

Как только в потоке раненных образовался перерыв, меня позвали к ректору на срочный совет.

— Плохо дело, — сказал усатый стражник. — В городе паника. После того, как люди увидели, что эти чудища ломают дома, началось бегство. А это им и надо — бери, хватай, убивай.

— Нужно срочно создавать народное ополчение из мужчин, — воин с перевязанной головой и рукой в лубке решительно хлопнул по карте города здоровой ладонью. — Мы нашими силами не справляемся. Уже отправили призывы о помощи куда возможно, но когда еще эта помощь подойдет!

— Нужно людей собирать здесь, — сказал ректор. — Здание колледжа строилось магами, его не сломают никакие чудовища.

— И как много населения здесь поместится?

— Будем тесниться, — ответил ректор, растирая пальцами виски. — Сначала будем наполнять жителями подвалы, они у нас обширные. Организуем эвакуацию из города.

— Что Академия? — спросил кто-то из преподавателей.

— Молчит, — ответил усатый стражник. — У них двери заперты, мои бегали туда уже несколько раз.

— Справимся без их помощи, — хрипло сказал начальник стражи. Я его поначалу не заметила, он сидел в углу, а куратор Лиза бинтовала ему голову. — Мы уже трех чудовищ завалили. Осталось еще с десяток. Но, действительно, без ополчения нам не обойтись. На одно чудище нужно целой толпой наваливаться, веревками обматывать, глаза колоть…

— Набирайте людей на верхних этажах, — сказал ректор. — Таша, что у нас с запасами?

— Еще хватает, — сказала я. Было очень жаль тех бинтов и микстур, которые мы с Лео отправили по городским аптекам. Лишь половина из них еще держалась, остальные разрушены. Мы не думали, что чудовища будут настолько сильными, ведь маги на своем совете говорили о достаточно слабых монстрах, которых будет легко загнать обратно.

— Главное — набрать достойное ополчение, — повторил начальник стражи. — Нам еще, можно сказать, повезло, что эти чудища не магические, помните, как тридцать лет назад возле Быстрицы объявился драконозавр, который огнем на огромное расстояние плевался?

Несколько человек закивало. Лица многих просветлели — появилась надежда на благополучный исход.

Внезапно дверь с грохотом распахнулась. В кабинет ввалился маленький, тщедушный стражник со всколоченными волосами.

— Проблема, капитан, — выдохнул он. — Мой десяток был на месте Прорыва. Щель между мирами все еще открыта, и оттуда лезет всякое, но хоть мелкое… Ребята остались драться…

Начальник стражи мрачно кивнул. Все мы понимали, что, скорее всего, больше никогда не увидим храбрых стражников из того десятка.

— Не обойтись без магов, — простонал кто-то. — Только они могут закрыть дыру между мирами. Что толку бороться? Одного убили, двое появилось. Бежать надо.

— Бегите, — сказал седой стражник. — Бегите, пока есть возможность. Мы остаемся здесь. Кто-то же должен не пустить эту дрянь дальше.

— Куда бежать? В Быстрицу? Далеко…

— Подальше отсюда, — сказал стражник. — Подальше, пока мы не справимся со всей этой нечистью.

Я вернулась на свой этаж с тяжелым сердцем. Как воспримут люди новость об эвакуации?

— Прошу внимания! Вы все знаете, что чудовища разрушают дома, но должна вам сказать, что здание колледжа для чудовищ из другого мира неприступно. Положение в городе тяжелое, и начальник стражи принял решение об эвакуации, — объявила я громко, чтобы услышали все присутствующие. — Те, кто хочет, уехать, через полчаса выходите к боковым воротам. Стража сейчас готовит жукачар.

— А аптекари? — взволнованно спросил кто-то.

— Аптекарей это тоже касается. Только очень просили мужчин, по возможности, остаться здесь и защищать город.

— А маги? — слабо спросил кто-то из раненых.

— Академия молчит. Их двери заперты. Маги не будут нам помогать.

Люди потрясенно замолчали. Бежать из города во время Прорыва — это был нонсенс. Одно дело — глухие деревни, жителям которых приходилось спасаться бегством до прибытия магов. Но город, в котором есть Академия, которая моментально реагировала даже не на сам Прорыв — на его возможность. Как только грань миров начинала расходиться, возле этого места уже стояли маги, которые не давали чудищам прорваться. За последние двести лет ни один город не подвергался такому разрушению.

— Почему маги не участвуют? Может быть, с ними что-то случилось? Может быть, они уже на месте Прорыва, а вы об этом ничего не знаете? Может быть… — посыпались на меня вопросы и предположения. Люди не могли принять этого факта — маги не помогали во время Прорыва.

— Я больше ничего не знаю! — попробовала я перекричать гул голосов. — Готовьтесь к эвакуации.

— Как же наши вещи? — передо мной стояла женщина, опиравшаяся на костыль.

— Решайте, что вам важнее — ваши вещи или ваша жизнь, — пожала я плечами.

— Ты остаешься? — рядом стоял Николай и тряс кистями, чтобы они отдохнули.

— Да, — кивнула я. — Я остаюсь. Я буду спасать жителей города до тех пор, пока у меня есть силы.

— Боюсь, из наших многие уедут, — сказал Николай. — Для них Прорыв — слишком большое испытание. Они надеялись никогда с ним не встретиться в реальной жизни, а слова клятвы аптекарей для них — пустое.

— А для тебя?

Он пожал плечами:

— Для меня любая клятва священна. Как я могу уехать отсюда? Жукачар на всех не хватит, столько людей останется. Мы должны быть с ними, чтобы хоть чем-то помочь.