Александра Руда – Кнопка (СИ) (страница 2)

Превысив свой лимит по проклятиям и обращениям к Таракану лет на пять, я смирилась и решила безропотно принять сегодняшние события, по которым, вероятно, хорошо потоптался вышеупомянутый бог.

Затолкав бессознательного мага в подсобку, где хранились метлы, швабры и прочий уборщицкий инвентарь, я пошла домывать полы — проблемы проблемами, а за невыполненную работу меня по голове точно не погладят. Не дай Таракан еще кого в придачу нелегкая принесет, а еще одна подсобка аж двумя этажами выше. По лестнице наверх мне еще одно тело никак не затащить.

Я не удержалась и нервно хихикнула. Руки дрожали от запоздалой нервной реакции. Однако рутинная работа всегда хорошо успокаивает, поэтому я не дала себе времени на то, чтобы сесть и подумать.

Как и ожидалось, чудо-мыло тетушки Маши отъело фиолетовое пятно напрочь. Я быстро сполоснула пол, закончила с оставшимся кусочком коридора, вылила в туалет грязную воду. Тщательно помыла ведро и набрала туда холодной воды с крана. Пора приводить в сознание тело в подсобке.

При тусклом свете лампочки было видно, что маг лежал в той же позе, в какой я его оставила. Размахнувшись, я окатила его водой.

— Что случилось? — спросил он хрипло, открывая глаза. — Я так хорошо спал… А почему у меня болит голова?

Спал? Спал?? Спал???

Тут на меня накатило. Я сползла по стене вниз, уткнув лицо в колени, и разразилась истерическим смехом.

— Э… уважаемая… что с тобой?

Что со мной? Я уже мысленно похоронила свою молодость, отдав ее на растерзание каторжным работам, а он спрашивает «что со мной?»

Смех перешел во всхлипы. На мое плечо легла холодная ладонь и тонкая ткань рубашки мгновенно промокла.

— Что здесь происходит? — требовательно, но спокойно, спросил маг.

— Простите, господин маг. Вы упали в коридоре, — с трудом выговорила я, стараясь н е сильно трястись и клацать зубами. — Сильно ушиблись. Я решила, что здесь вам будет лучше.

— А где я?

— В подсобке, — призналась я, избегая на него смотреть. — Я вас водой облила, чтобы вы в себя пришли, господин маг.

— Гм… — задумчиво сказал маг. — А почему я упал?

Как же я боялась этого вопроса! Но лгать магу — себе дороже. Говорят, в таких случаях все тело покрывается страшными струпьями. Может и врут, как и со самовзрыванием магического тела, но проверять боязно.

— Я… пол был скользким, — пролепетала я, зажмурившись и приготовившись к смерти.

— Почему вы меня не предупредили? — гневно спросил маг.

— Нам запрещено вас отвлекать от раздумий, — еле слышно пролепетала я. — И заговаривать с вами первой мне тоже не рекомендуется.

— Что ж… понятно, — спокойно сказал маг. — Кажется, ничего страшного не случилось. Не надо меня так сильно бояться.

Неужели в его голосе я услышала смех? Осторожно приоткрыв один глаз, я осмелилась посмотреть на магический балахон. Вроде ничего страшного.

Открыв оба глаза, я посмотрела на пол, и увидела, как там собираются маленькие темно-зеленые лужицы. Почему темно-зеленые? А-а-а, потому что чудо-мыло отъело с черного балахона зеленую краску, которой на нем были нарисованы узоры.

Проклятье. Не одно, так другое.

Маг застонал, видимо пощупав голову — балахон заколыхался.

— Хорошо же я приложился, — сказал он.

— Вам нужно завтра полежать и ни в коем случае не перетруждать глаза, — посоветовала я, обретая уверенность. Пусть он даже маг, но, судя по всему, физиология-то у него человеческая! А уж в этом я разбираюсь!

— Так и сделаю, — согласился маг.

Кажется, между нами наладился мостик взаимопонимания. Пора признаваться.

— Господин маг, — робко сказала я, с тоской рассматривая лужи на полу, — у вас в сумке, когда вы упали, что-то хрустнуло.

— Что? — взревел маг так злобно, что я подскочила на ноги. Мой нос оказался на уровне его солнечного сплетения. Разгневанный мужчина возвышался надо мной, как сторожевая башня над молодым лесом. — Мой прибор, открытие века, над которым я проводил бессонные ночи, сломан?

Он схватился за сумку и принялся в ней шарить, извлекая какие-то обломки.

— Я тебя сейчас… — начал он, но продолжения я не стала дожидаться, и, вылетев из подсобки, помчалась по коридору на выход.

— А ну, стой! — грохотал голос, отражаясь от стен устрашающим эхом.

Ага, нашел дуру! Чтобы он меня испепелил на месте? Нет, куда лучше дисциплинарное разбирательство. Там, хотя бы, сразу не убьют.

Не останавливаясь, я выбежала из здания и помчалась домой. Только там, спрятавшись под подушку и одеяло, я смогла перевести дух. Вот попала так попала! Наверное, завтра утром меня уже будет ждать послание от управляющего делами Академии. Я приду на встречу, а они меня там приговорят к казни или каторге, а мои родители всю свою жизнь будут компенсировать магам ущерб за сломанный аппарат и полинявший балахон.

Как бы страшно не было, изменить я уже ничего не могла, тем более, что оставалась призрачная надежда, что я успею улизнуть из дома до получения неприятного послания, и таки напишу коллоквиум. Интересно, бывают аптекари — бывшие каторжницы?..

— Ташка! Ташка! Эй, засоня, подъем! — чем-чем, а нежностью в обращении с сестрой Флориан никогда не отличался.

— Отдай одеяло, заноза! — отозвалась я. — А вдруг я голая!

— Тю, — удивился младший брат, — я что, тебя голой не видел?

— Что? — взревела я не хуже вчерашнего мага.

Флор кинул в меня одеялом и, уже за дверью, крикнул:

— Тебе же на коллоквиум надо!

— А-а-а! — заорала я, глянув на старые механические часы.

Противный братец, который всегда вставал раньше всех, разбудил меня так, чтобы я успела только причесаться, накинуть платье и бегом побежать в колледж. Ну, вернусь, если еще буду жива, растерзаю мерзавца! И когда это он меня голой видел? Небось, подглядывал, когда я купалась, маленький паршивец. Хотя не маленький, на голову выше меня, хоть и на пять лет младше.

В колледже на меня никто не пялился, за спиной не было слышно шепотков. Все как обычно. Неужели до начальства не дошли вчерашние события? Или маги решили разобраться в своем кругу?

Поэтому я решила отправиться на работу пораньше, сразу после учебы, даже не заходя домой, чтобы не заставлять господ магов ждать лишние полчаса.

Академия встретила меня пустыми гулкими коридорами. А я-то думала, что будут встречать толпы, требующие крови! Как же, посягнула на здоровье мага! Да у нас на улицах даже в тени их боялись стоять. Маги — это ведь и хорошая погода, и свет в жилищах, и отличный урожай, и благополучные роды, и, самое главное — мир и безопасность государства.

Вчерашним своим неуважительным отношением к бесчувственному телу мага я нарушила десятки неписанных законов. Сама не понимаю, что на меня нашло. Может быть, это все из-за выброса адреналина? Когда гормоны бурлят в крови, мозгу очень трудно соображать.

Медленно и страдающе, я побрела на третий этаж, где был кабинет проректора по хозяйственной части. Из-под двери пробивалась тоненькая полоска света. Я постучала, обливаясь холодным потом.

— Кто там? Входите! — сердито отозвался проректор.

— Это Таша, коридорная уборщица, — робко сказала я, просунув голову в дверь. Кланяться, как и положено по этикету, в таком положении было очень тяжело. — Вы меня вызывали?

— Нет, — сказал проректор.

— Точно?

— Конечно, — подтвердил маг.

— А вас устраивает моя работа? — не могла поверить я своему счастью.

— Так, смотрю новости среди обслуживающего персонала разлетаются быстро. Если вы пришли за прибавкой к жалованию, как сразу и скажите!

— Э… — сказала я, пытаясь призвать разбегающиеся мысли к порядку. Я же за наказанием шла, разве нет?

— Ректор решил, что нужно давать молодым сотрудникам больше возможности себя проявить, что поспособствует притоку новых служащих, — сказал проректор неодобрительно. — Как вам прибавка в два графа?

— Э… — мне могут увеличить зарплату сразу на две серебряные монеты? Вот это здорово!

— В три?

— А…

— Три графа и два барона — мое последнее слово. Но, если вы будете и дальше так прилежно исполнять свои обязанности, мы доверим вам мыть аудитории, а это, сами понимаете, совсем другой уровень оплаты.

Я мягко прикрыла за собой дверь, а в коридоре обессилено прижалась пылающим лицом к оконному стеклу. Из-за того, что я приходила убирать очень поздно, то практически не общалась с другими работниками, а, оказывается, жалование увеличивают. Вот так, нет худа без добра, если бы я не пришла к проректору, то не видать бы мне дополнительных денег!

Но что же этот молодой маг? Он что, никому ничего не рассказал? Интересно, почему?