Александра Питкевич – Виват, мой генерал! (страница 11)

Однако против ожидания, хозяйка крепости задумалась всего на мгновение, прежде чем ответить.

– Если нужно именно снести замок – то это займет какое-то время. А вот если ты хочешь просто убить этого лысоватого старика – тогда дело не займет больше пары дней. Нет, Роан с Филиппом, конечно расстроятся, но не велика потеря. Мальчики справятся. Этот венценосный дурень успел тебя чем-то обидеть, радость моя?

– Нет, – несколько шокированная такой прямолинейностью просипела я.

– Тогда вечером мы можем обсудить менее грандиозные планы по мести Жуану, если ты не против. Все же мои младшие дети и племянники так старались наладить с ним мир…

– Это была шутка, – в отчаянии воскликнула я, боясь, что из-за моих неосторожных слов эта дама сейчас развернет все немалое войско своего старшего сына в сторону Хелдерии.

– Я так и подумала, – мы прошли в небольшую комнату, где перед разгорающимся камином стояла большая, медная ванна, быстро наполняемая горячей водой. – Но прошу тебя впредь быть осторожной с подобными шутками. Паскаль человек военный. Один раз бросишь нечто подобное, а наутро окажется, что мой сын выжег соседнюю деревню, где тебе посмели нагрубить. Быть наследной невесткой нашего рода – это верно выбирать слова. Но я думаю, ты справишься.

Мне указали рукой на плотную ширму, что стояла в углу.

– Раздевайся, милая. Тебе явно нужно помыться. А разговор мы можем продолжить и во время твоего купания. Только давай о более важных вещах: вы уже провели ночь с моим сыном или у этого моего отпрыска хватило ума подождать до дома?

Я замерла, так и не зная, что ответить на этот «более важный» вопрос. Однако леди, не удовлетворившись молчанием, заглянула за ширму и все поняла по моему вытянувшемуся лицу. На тонких губах появилась улыбка.

– Какой хороший мальчик, – неизвестно почему обрадовалась она. И совершенно не смущаясь, добавила: – Ну хоть целовал он тебя?

***

Все оказалось не так страшно, как я предположила после неприлично откровенного вопроса леди Ламьены. Меня никто не собирался рассматривать под увеличительным стеклом или обмерять швейной лентой. Служанки просто усадили в горячую ванну и предоставили почти что самой себе. Мать моего будущего мужа одним движением руки выгнала девушек вон, как только я оказалась в воде, сама усевшись чуть стороне в большое кресло.

– Я бы, конечно, предпочла перенести наш разговор на более позднее время, – начала женщина, листая какой-то пухлый журнал с образцами тканей и фасонами платьев, – но, к сожалению, ситуация такова, что это невозможно. Времени у нас как раз таки и нет.

Я, пытаясь разобрать руками и негустым гребнем спутавшиеся волосы, замерла. Не то, чтобы я раньше не поняла, что ситуация нетривиальная, но в чем ее особенная сложность со временем – пока не понимала. Между тем, словно чувствуя мою растерянность, леди Ламьена продолжала.

– Я бы предпочла, что бы у тебя была возможность если не полюбить моего Паскаля до свадьбы, то хотя бы проникнуться к нему теплыми чувствами и каким-то доверием. Вот только… Зов, от тем непреклоннее чем сильнее представитель рода. А Паскаль…

– Самый сильный, – тихо произнесла я, подтягивая колени к груди. Мне показалось, что вода разом остыла от этих слов. Хотя над ванной все еще поднимался пар.

– Совершенно верно, Клара. И это означает что при всей своей выдержке, сегодня- завтра паскаль будет вынужден прийти к тебе в спальню. Ты не из благородных девушек, но что-то мне подсказывает, что практика договорных браков в вашей стране существует не только в верхних кругах. Поправь мне, если ошибаюсь.

Леди Ламьена подняла на меня взгляд, дожидаясь ответа. Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

– Так вот, я очень надеюсь, что ты отнесешься к ситуации с умом. Тебя мы все равно не отпустим, просто не можем. Но все, что будет между вами с Паскалем, в значительной степени будет зависеть от тебя. Сколько времени тебе нужно, чтобы принять неизбежное?

– Вы сейчас спрашиваете, сегодня или завтра я планирую выйти замуж за вашего сына? Я верно поняла? – хмурясь оттого, что не успеваю за всем, что происходит, уточнила у леди и та вдруг широко и открыто улыбнулась:

– Именно. Я же говорю, что ты достаточно умная девушка. Так что?

Я несколько минут пыталась поразмышлять логически, взвешивая все за и против. Но выходило плохо. В голове стоял сплошной туман, и я растерянно посмотрела на будущую свекровь.

– Не сегодня, – с улыбкой решила леди, видя мое лицо. – Вот и ладно. Паскалю будет полезно немного пострадать. Главное, чтобы не слишком долго. А теперь давай промоем твои великолепные волосы и отправимся на обед.

– А можно я пообедаю в покоях? – глаза вдруг стали закрываться, так что я опасалась не высидеть за общим столом.

– В кровати? Тебе можно все, моя хорошая. Все, в пределах разумного. И обед в постели даже близко не приближается к границам твоей свободы. А теперь откинь голову назад. Я помогу с этим стальным великолепием. Все-таки у меня только одна дочь, а остальные невестки так далеко…

Глава 8

Мне казалось, что на такой мягкой перине я не спала ни разу в жизни. После того как меня облачили в легкую ночную рубашку и проводили в спальню, я только и успела сжевать свежую лепешку с куском сыра, прежде чем бороться со сном стало просто невыносимо. Отодвинув в сторонку остатки то ли обеда, то ли ужина, я провалилась в подушки. С удивлением понимая, что простыни вовсе не шелковые, как я думала и опасалась, я накрылась пушистым одеялом, слушая как за окном поют птицы. Даже если дальше все будет не так радужно, по крайней мере я могу спокойно выспаться. Да и приняли меня в этом доме куда как лучше, чем могли бы.

Проснулась я уже далеко за полночь. В первые мгновения никак не могла понять, где и как оказалась, так мен разморило в мягкой и уютной постели, не мерный звук, доносящийся со двора быстро привел в сознание. Столько лет проведя в свите принцессы я ни с чем не могла путать лязг железа. Только тревоги этот звук во мне не вызывал совсем. Кажется, кто-то тренировался. Ночью. Под моими окнами.

Потянувшись, чувствуя себя выспавшейся на ближайшие несколько дней, я осторожно спустилась с высокой кровати и попыталась отыскать внизу домашние туфли, выданные мне леди Ламьеной. Шторы были задернуты, только через узкую щель пробивался ночной свет. Кажется, сегодня над этой крепостью светила невероятно яркая луна.

Закинув один из тяжелых отрезов тканей на крюк на стене, я выглянула в окно. Перед сном я не успела даже глянуть, что находится с той стороны, и теперь передо мной открылся небольшой двор, залитый золотым лунным светом. Самого ночного светила я не видела, но света хватало, чтобы рассмотреть каждую травинку, что то тут, то там пробивалась сквозь плиты под ногами неспящего воина. Мужчина, крупный, широкоплечий, в одних штанах, с босыми ногами и голым торсом, стремительными рывками двигался по площадке. Острие длинного копья, то и дело вылавливая лунные блики, и звенело, касаясь плит двора.

Я смотрела как завороженная. Этот человек явно владел немалым мастерством. Конечно, такая манера боя вовсе не подходила для войны, но определенно помогала мужчине держаться в отличной форме и не терять силу. А еще отлично подходила для привлечения внимания дам.

Я невольно хмыкнула. Мое внимание удалось привлечь даже сквозь сон.

Завершав какую-то до безумия сложную связку, воин замер на мгновение, прежде чем медленно подняться из глубокого приседа. Откинув с лица темные волосы, мужчина поднял голову, глянув прямо в мое окно, словно чувствовал взгляд, направленный на него. Не стоило и надеяться, что меня можно не заметить в белой рубашке на фоне темных штор, да еще при свете такой яркой луны. Я даже в первый миг дернулась, собираясь скрыться в глубине спальни, но вовремя узнала Паскаля. Генерал, с чуть кривоватой улыбкой, шел в сторону моего окна, расположенного, кажется на втором этаже над площадкой.

– Я тебя разбудил? Прости, как-то я не привык, что в этой комнате кто-то ночует, – генерал поднял руку, взъерошив волос на затылке. В свете лунных лучей его смуглая кожа блестела каплями пота, и было как-то очень сложно удержать взгляд на его лице: глаза все норовили спуститься пониже, изучить четкие линии торса, переходящие в крепкие бедра. – Обычно все спальни, кроме моей и этой выходят на долину, а не на внутренний двор.

– Я выспалась. Так что сильно не переживайте. Мне было интересно посмотреть на то, как вы занимаетесь.

Паскаль вдруг скривился и прикрыл глаза, прежде чем опять посмотреть на меня, но уже с другим, строгим выражением лица:

– Долго будешь мне выкать? До третьего ребенка? Или же до самых внуков? – голос звучал спокойно, но я почувствовала себя неуютно, отступив на шаг от окна. Веселое, игривое настроение тут же куда-то испарилось.

Видя мою реакцию, явно раздосадованный, мужчина откинул в сторону копье, что до того все еще удерживал в руках, и сложил ладони на груди:

– Ты можешь на меня злиться. Но я все же надеюсь на понимание. Пусть не сейчас, но когда-нибудь… У меня нет выбора. Как и у тебя. В моей жизни было довольно женщин, но судьба не посчитала ни одну из них достойной того, что досталось тебе. Хотя некоторые из них очень бы хотели…