Александра Питкевич – Лекарство для генерала (страница 8)

– Обещаю, – я улыбалась, а у самой щемило сердце. Какая она все-таки еще маленькая, моя сестренка.

И сообразительная.

**

Город остывал от знойного дня, но от мостовой все еще поднимался жар. Ночь обещала быть душной, и очень хотелось окунуться в залив… или хотя бы в ванну. Я печально вздохнула: купаться в море мне не приходилось уже лет двенадцать, а теперь, наверное, и те части побережья, где мы бывали когда-то всей семьей, изменились или заросли домами.

Если бы родители были рядом, если отец все еще был жив, лихорадку сестры можно было вылечить всего за пару дней. Как когда-то удалось справиться с моей. Но родителей больше нет, и этот путь нам недоступен. Разве что если найти кого-то еще из кровных родственников.

Я резко тряхнула головой, прогоняя непрошеные мысли. Больше никого нет. Есть только мы двое.

А если бы был? Это помогло бы?

– Тебе не попасть в Долину Тысячи звезд. И определенно он не станет с тобой разговаривать. Или ты уже все забыла, Милиалора? Больше никого нет, – я шла по улицам, все еще полным народа, пользуясь последними лучами сумерек, чтобы добраться до нужного места. У меня теперь был только один шанс, и почему-то казалось, что если потороплюсь, если приду затемно, то я могу все сделать правильно. Казалось очень важным, попасть в ту таверну первой.

Распахнутая дверь встретила меня непривычной тишиной: людей в зале почти не было. Кажется, местные завсегдатаи предпочитают собираться несколько позже. Хоть с этим я угадала, что не могло не радовать.

– Снова ты? – со стуком поставив заляпанный стакан на стойку, недовольно произнес трактирщик, сжимая свою тряпку, от которой стакан и не мог стать чище. Кажется, он пытался меня испугать. Вот только сегодня у меня совершенно не было настроения на эти расшаркивания.

– Пива, большую кружку, – я бросила перед трактирщиком монетку, прекрасно понимая, что так он меня не выставит. Сейчас я была не просто попрошайка или побирушка, сейчас я была клиентом. И пусть я не собиралась пить его дрянное пиво из его же грязных кружек, это уже не имело значения. Заказ оплачен, и я должна его получить. А как долго я над этой кружкой буду сидеть, и с какой целью – дело десятое. Широко улыбнувшись, почти приседая от собственной наглости, я направилась в темный, отделенный от остального зала угол, добавила. – И передай Харану, что я его жду, будь добр.

Через несколько минут передо мной водрузили огромную бадью, наполненную чем-то пенным и резко пахнущим. От движения содержимое кружки почти черное под белой шапкой выплеснулось на деревянный стол, и трактирщик вытер пятно все той же тряпкой, которой натирал свои стаканы.

– Ты не похожа на себя вчерашнюю, – с сомнением рассматривая меня сквозь прищур, заметил мужчина, пожевывая губой. – Словно совсем другая женщина. Признайся, вчера ты меня дурила или проверяла?

– Думай, как знаешь, – тихо и немного резко бросила я. Знал бы трактирщик, как у меня дрожат коленки под столом, не стал бы задавать таких вопросов. Но к счастью, с того места, где вчера сидел Харан-Огонек и которое сейчас заняла я, мои ноги были не видны.

Ждать пришлось довольно долго. Пенная шапка на темном пиве, от которого кружка прилипла к столу, давно опала, а Харана все не было. Сквозь решетку ширмы я видела, что зал почти битком набит посетителями, которые шумели все громче, и веселье вот-вот грозило перелиться через край. Единственное, что немного успокаивало – это отгороженный стол. За ним меня не было видно из основного зала даже при зажженной масляной лампе. Но сидеть так всю ночь, не зная, явится ли мой проводник, я не могла. Да и запал, с которым я сюда явилась, постепенно сходил на нет.

– Шла бы ты домой, девушка, – трактирщик, проходя мимо, на мгновение заглянул за ширму, с неудовольствием зыркнув на полную кружку пива. – Тот, кого ты ждешь, может и вовсе сегодня не прийти.

– Он придет. Я дождусь, – упрямо сцепив руки в замок, произнесла я, не поднимая на трактирщика глаз.

– Как знаешь. Только через два часа мы закрываемся, и тебе все равно придется отсюда выйти. Сейчас я еще могу отправить с тобой мальчишку, но когда все заведения закроются, он тебе будет не помощник.

– Я не боюсь. И буду ждать! – челюсть свело, но я просто не могла встать с этого места.

– Так, так. И что это у нас? Брат, я и не знал, что мы отдали свое любимое место кому-то другому, – едва не подскочила с табуретки, но ноги так быстро наполнились слабостью, что я бы тут же рухнула обратно. Длинный парень, что вчера провел меня к этому столу, проскользнул на соседний табурет. А, напротив, там, где вчера стояла я, вздернув темную бровь, стоял Харан-Огонек.

**

– Если бы я не знал, что это не так, подумал бы, что вы провели вместе не одну ночь. Иначе с чего бы девушке так радоваться твоему приходу. Уж не обрюхатил ли ты ее, а мы и не знали? – длинный захохотал над собственной шуткой, тогда как Харан-Огонек не произнес еще ни слова.

Стоило бы покраснеть от такой грубости, но мне было все равно. Не после стольких часов ожидания и тревоги. Мне нужно было вернуть тот запал, то настроение, с которым я сюда явилась, чтобы как-то повлиять на решение этого наемника. Но как это сделать, будучи без сил, я пока плохо представляла.

Харан же, словно ничего не произошло, оторвал мою кружку от стола, на котором остался круглый блестящий след подсохшего пива, и передал развеселившемуся приятелю.

– Принеси свежее, Рубер. И воды для девушки, – все так же, не отводя взгляда от меня, с легкой ухмылкой велел он своему приятелю.

– Эй, я не могу пропустить этого! И не проси!

– Ничего ты не пропустишь. Если поторопишься. Но будешь болтать глупости, пойдешь к посудомойке в компанию, – спокойно, без тени угрозы пообещал Харан, но отчего-то Длинный шумно сглотнул и тут же поднялся со своего места. Мне же достался кивок и вопросительное. – Ну?

Харан медленно опустился на тот табурет, на котором только вчера сидела я, и сделал приглашающий жест. Видя, что я не очень понимаю, чего от меня ждут, мужчина пояснил:

– Ты явно принесла еще аргументов, так что не задерживай нас обоих, выкладывай.

– Долина Туманного Хуатона не подходит, – решив, что и правда довольно ходить вокруг да около, прямо заявила я. И быстрым движением выложила на стол карту, разворачивая ее перед удивленным Хараном. Окинув взглядом извилистые реки и рисунок гор, я ткнула пальцем в точку на севере, которую мне показал травник. – Вот! По моим сведениям, в этом месте есть старый храм Жагрина. Оно довольно высоко. Но это и должно обеспечить безопасность моим лилиям…

– То есть ты вовсе не передумала? И никакие мои слова тебя не убедили, – это не был вопрос. Харан просто подводил итог моему короткому монологу.

– Не совсем. Я кое-что поняла и узнала. И я пойду с вами, – решительно, даже чуть хлопнув по столу, заявила я, с волнением ожидая отказа, который должен был последовать.

– А, – с ухмылкой протянул мужчина, – кажется, кто-то все же сделал домашнее задание и выяснил, как собирать те самые цветы. Уже что-то. Но с чего ты взяла, что я проведу тебя к тем развалинам?

– Откуда знаете, что там развалины? Я этого не говорила, – подозрительно сощурившись, потребовала объяснений.

– Я много где бывал, и многое знаю, донья. И это правда, храм там когда-то был, до землетрясения. Оно не было слишком уж серьезным, но крыша рухнула, полностью закрыв доступ в нижние помещения.

Слушая его рассказ, я вдруг поняла, что очень, просто катастрофически устала. Оттого что приходится все тянуть самой, от тревоги за сестру. Но больше всего от плохих новостей. И я не намеренная была отступать от своих целей из-за чужих сомнений.

– Мне все равно, – медленно скручивая карту подрагивающими пальцами, произнесла я, стараясь не поднимать голову на Харана. – Моя сестра умирает, и только эта демонова эйольская лилия может ее спасти. Так что я в любом случае отправлюсь туда. С вами или без вас. Но у одной меня куда меньше шансов вернуться домой, чем в вашей компании.

– Донья, вы девственны? – вдруг совсем иным тоном, тихо и напряженно спросил Харан, заставив меня замереть. Такого перехода я ожидала меньше всего.

Щеки опалило жаром, а я все глупо моргала, глядя на этого неучтивого мужчину. Вот только Харан был серьезен и глядел прямо, без ужимок и ироничной ухмылки.

– Судьба так извернулась, что мне тоже нужно добыть что-то из того храма, что стоит за Парящим лесом. Вот только, как это частенько бывает у эйолов, взять нужное не так просто. Из той информации, что удалось добыть мне, можно сделать выводы, что достать предмет может только чистая дева. Вы девственны, донья Милора?

– Д-да, – запнувшись и несколько раз моргнув, пролепетала я.

– Тогда я возьмусь за ваше дело и проведу вас к храму. Без дополнительной оплаты. Если вы обещаете сохранить свою невинность и помочь мне с моей задачей.

– Я сделаю все, что в моих силах.

– Рубер! – Харан не обернулся. Не отвел своих глаз, а все так же внимательно смотрел на меня, словно я могла испариться. И это прямота, с которой меня рассматривали, словно пытаясь пробраться под кожу, она пугала.

– Не-ет, – с тоской протянул длинный, появившись с кружкой пива и стаканом воды в руках, – не говори, что вы уже все обсудили. Так нечестно!