Александра Неярова – Проклятье берсерка или Чужая невеста (страница 20)

Её стоны только для него.

Лия обмякла под ним, тело её стало безвольным. Она закрыла веки и рвано дышала. Сейчас она совсем не ощущала свежего колкого воздуха леса, её ещё раскачивало, как корабль на волнах, и каждую клеточку тела пронизывало блаженство. Сверр поднялся и прижал её к себе, и Лия поняла, что он до сих пор возбужден.

– Мерзавец… – прошипела она, пряча взгляд. Пелена страсти схлынула, и Лия ужаснулась тому, что позволила ему с собой сделать. Снова. Ослабевшие руки не слушались, и отпихнуть мужчину не вышло.

– Тебе разве не понравилось? – Он нависал над ней с плотоядной усмешкой. – Мне вот очень. Ты така-ая вкусная.

Сверр приспустил свои штаны, и Лия увидела его орудие во всей красе.

О Первые предки… да он же разорвет её!

– Боишься меня? – Не спрашивал, констатировал факт, смотря, как охотница вся подобралась. А самого пробрало сожаление.

Сверр вжался членом в промежность Лии, вырывая из её лёгких шумный вздох. Язык прилип к нёбу, не давая ей и слова сказать. Она могла лишь смотреть расширившимися от страха глазами.

– Вижу, что боишься.

Берсерк обхватил свой ствол рукой и, не отрывая взгляда от глаз плутовки, что околдовала его, начал ритмично водить ладонью верх-вниз. Для неискушенной Лии это было потрясающее зрелище.

Мощная грудная клетка мужчины ходила ходуном, капли пота скользили и очерчивали каждую мышцу пресса, а из глотки стали вылетать глухие стоны, и вскоре ночную тишину огласил протяжный рык, всполошив птиц. Сверр излился на живот Лии. Хотел бы в неё, но не нельзя.

Останавливало одно ёмкое слово – долг.

Берсерк склонился над Лией, пытался что-то найти на её лице. Она видела, как по его коже бегают всполохи пламени, согревая воздух вокруг них. Всё верно – его стихия огонь, её – вода. Они с ним совершенно разные.

– Отпусти меня. Пожалуйста? – Спустя несколько мгновений произнесла Лия. – Я… не хочу к конунгу!

– Нет.

Сверр сказал это так ясно и категорично, что Лия почувствовала, как у неё внутри что-то обрывается. На глаза навернулись слёзы бессилия и ярости, но она удержала их, не желая, чтобы он видел ее слабость.

– Ты не понимаешь! У меня есть семья: мать, отец, сестра. Они не знают где я, и что со мной! – Лия вскочила, натягивая штаны и сводя на груди клочки разорванной одежды. Между ног было противно влажно, а живот свело судорогой от холода, но от этих мелочей Лия отмахнулась.

У берсерка на лице не дрогнул ни один мускул, он тоже успел уже одеться. Лия смотрела в его непроницаемые золотистые глаза и у неё складывалось впечатление, будто она разговаривает с глухой стеной.

– Это ты не понимаешь. – Наконец, заговорил он. – Ты больше не принадлежишь себе. Ты…

«Моя!» хотелось ему заявить, но вместо этого Сверр осёкся. Хотелось сказать совсем иные слова, те что сердце кричало.

Назвать охотницу своей. Схватить её в охапку, вскочить с ней на руках в седло нарка и умчатся туда, куда дует свободный ветер. Забраться так далеко, где ни один враг не смог бы их побеспокоить.

Сверр бы построил для Лии добротный теплый дом на краю утёса, скрытый в высоких елях. Чтобы из окон виднелись горы и бескрайняя гладь синего моря. Он бы окружил девчонку заботой и любовью. Создал с ней нормальную семью, которой у него самого никогда не было. Любил бы днём и ночью, работал, а она воспитывала их сыновей. Или дочек.

Сверр никогда не думал о своём будущем в таком ключе. Никогда даже мысли подобной не возникало! Но теперь, когда он повстречал на своем пути храбрую маленькую воительницу, у него появились такие желания.

Жаль не в этой жизни… им не суждено быть вместе.

– …ты невеста конунга. И ты станешь женой моего брата!

Сверр схватил Лию за плечи. Вожделение, насланное охотой отпустило, и теперь он мог мыслить рационально.

– Брата? – Переспросила она удивлённо.

– Услышала, – берсерк скривился, будто съел что-либо кислое и противное. Он убрал руки от Лии и отошёл на два шага. – Да, Якоб мой кровный брат по отцу. Я родился вне брака. Никому не нужный бастард.

Сверр хрустнул кулаками. Воспоминания тех лет до сих пор жгли нутро раскалёнными углями. Лия осторожно дотронулась до руки мужчины, и он поднял на неё тяжёлый взгляд.

– Отпусти меня. Прошу, Сверр?

– Не могу, Лия. Я связан с братом магической клятвой.

Он накрыл щёку охотницы ладонью, и притянул её за талию к себе.

– Даже если бы я и хотел отпустить… не могу. Клятва не позволит пойти против. Пробовал уже неоднократно сорвать печать заклятья, – он усмехнулся криво. – Если проявить волю – магия замораживает кровь в венах, тело цепенеет. Довольно жутко слышать, как замедляется твоё сердце, будто не хочет биться дальше, и становится невозможно сделать и вдоха. Ты только глотаешь воздух раскрытым ртом, как выброшенная на берег рыба…

Искреннее сожаление в глазах мужчины полоснуло по сердцу Лии болью.

Глава 10

Сверр и Лия вернулись в таверну глубокой ночью. Больше они не сказали друг другу ни слова. Он стащил с плеч плащ и завернул в необъятную, но теплую меховую ткань Лию и подхватил на руки. Так и нёс, бережно прижимая к своей груди до самого порога местной забегаловки. Его собственная тьма надёжно укрывала их пологом от любопытных глаз.

Лия прильнула щекой к обнаженной груди мужчины и слушала размеренное биение сильного сердца. В душе поселилась опустошение. Она ощущала себя выжитой до суха. И она устала биться головой об стену, прося берсерка отпустить её.

По пути сон сморил её, и она провалилась в забытье. Лия не видела, как Сверр пронёс её мимо своих застывших воинов обратно в комнату. Те виновато понурили головы, но командир наградил их удручающим взглядом и отвернулся, со своими людьми он разберётся позже. Не чувствовала Лия, как берсерк снимал с неё остатки одежды, проснулась только тогда, когда он опустил измученное тело в горячую воду лохани, предварительно разогретую его пламенем.

Сверр опёрся руками о высокий борт, сжимал пальцы до треска несчастного дерева, его пристальный взгляд прожигал хрупкую фигурку Лии в воде. Воспоминания нахлынули подобно океанской волне.

Он отдыхал уже, сидел в таверне за рядом столиков, морщил нос от запахов пота и немытых тел некоторых постояльцев. Все по-прежнему взирали на отряд чужаков с подозрением и опаской. Не замечая ничьих взглядов, Сверр ел мясную закуску с печёным картофелем, пил пиво и обсуждал с Мэреком план дальнейших действий, когда неожиданно до его сверхчувствительного обоняния донёсся слабый аромат вереска. Он пробился в ноздри и заглушил остальные запахи.

Так могла пахнуть только дерзкая охотница.

Сначала берсерк не поверил, решив, что это всё игра его воображения, что вереск ему почудился. Светловолосая девчонка стала его личным наваждением. Но нет… он весь вмиг подобрался, цветочный аромат пролетел мимо, удалялся в сторону и вскоре вообще растворился в других не самых приятных запахах.

– Сверр? – его правая рука наблюдал за ним с недоумением, поняв наконец, что командир совсем его не слушает.

– Я сейчас, – бросил он Мэреку.

Плавно поднялся и, лавируя меж подвыпивших людей, пробрался к лестнице, ведущий на верхний этаж с комнатами отдыха. Его воины сторожили вход в покои девчонки, но Сверр уже знал, что её внутри нет. Проворонили.

Он велел раскрыть дверь и вошёл. Его взгляд упал на кровать: с виду под одеялом укрывшись с головой кто-то спал, но это был обман. Скривив губы в досадливой усмешке, мужчина прошёл в следующую комнатку и обнаружил на полу лежащую без сознания полуголую служанку, едва прикрытую отрезом полотенца. По ритмичному стуку пульса та была жива.

Сверр присел и дотронулся до плеча женщины, Берта слабо застонала и потянулась ладонью к ноющему затылку. Всё встало на свои места. Лия вырубила её и стянула одежду, чтобы в ней сбежать. Берсерк вздохнул, пытаясь усмирить зарождающийся гнев.

Но что-то здесь не сходилось. Слишком испуганно смотрела на него служанка. Пальцами Сверр с силой сжал дрожащий подбородок женщины, сузил глаза.

– Где девушка, что здесь была?

Берта дернулась и залепетала какую-то несуразицу, и Сверр понял, что теряет время. А может, он подсознательно давал Лии возможность удрать отсюда подальше, потому что глубоко в душе желал этого не меньше?

Однако дьявольская клятва уже сковывала внутренности холодом и выкручивала жилы, заставляя встать и броситься в погоню за беглянкой.

– Убирайся отсюда.

Через пару секунд служанки след простыл. Сверр продолжал стоять, давить кулаки и пялиться в стену. Он не мог даже себе представить, чем обернется для него преследование. Что Лия всколыхнет в нём и какие пробудит тайные желания.

В итоге он снова набросился на неё. И взял. Правда лишь языком. Но какая охотница оказалась приятной на вкус…

И вот теперь Лия сидит перед ним такая маленькая и несчастная в лохани. Нагая. Притягательная. Съёжилась под его взглядом.

– Сегодня я сделаю вид, что ничего не заметил, – берсерк склонился к ней, практически касаясь её губ своими.

Он слышал, как она затаила дыхание, как участилось её храброе сердце. Захотелось впиться в манящие уста поцелуем-печатью, но вместо этого он проговорил:

– Но если ещё раз попытаешься сбежать и станешь использовать других людей – всех убью. И их смерти лягут виной на твои плечи.

Сверр оставил Лию. Ушёл и ни разу не оглянулся. Она только сейчас поняла, что все эти мгновения не дышала. Берсерк обо всём догадался! И только по своей милости не тронул Берту. Но предупредил, что на следующий раз его милосердие не распространяется.