Александра Неярова – Медвежий капкан. Травница (страница 25)

Зарина ловко отмерила нужное, завернула в чистую холстину и протянула мне, принимая от меня монеты.

– Слышь, девонька, – понизила голос, оглядываясь. – Утром ныне гонцы из‑за реки пришли. Молвят, в соседнем городище неспокойно, мор какой-то одолел те земли, скот и даже сами люди погибли. И недавно совсем это началось там.

Сердце ёкнуло. Мор? Это она о болезни тяжёлой говорила в переводе на современный язык.

– Князю Ярославу уже скорее всего доложили, – сказала я спокойно, а у самой внутри шевельнулось тревожное предчувствие. Назревало что-то нехорошее.

Старица кивнула, но взгляд её остался беспокойным.

Я расплатилась, взяла свёрток и огляделась в поисках Атрея. Его не было у ножей. Не было и у прилавка с орехами.

Паника ударила в грудь ледяной волной.

– Атрей! – окликнула я, оглядываясь по сторонам.

На меня покосились, но никто не ответил. Толпа шумела, голоса сливались в неразборчивый гул.

Забыв о тканях и платье, я бросилась туда, где видела мальчика в последний раз. Спросила торговца – тот пожал плечами. Узнала у коренастого мужичка с корзиной яблок – тот покачал головой.

Пока я искала Атрея то нечаянно налетела на женщину со спины.

– Ой, простите! Я случ…

Она обернулась, и я застыла, как громом пораженная. Холеное лицо незнакомки показалось смутно знакомым.

– Ты?...

Красивая, молодая и статная, румяная. А взгляд тёмных болотных глаз неприятно колючий и надменный.

Под простым, неприметным плащом, выглядывала богатая, нарядная одежда. Волосы светлые, не покрытые платком, как у здешних незамужних девиц, коса длинная толстая.

Купеческая или боярская дочка?

Горделивая девица тоже узнала меня. Подбородок острый важно вздернула.

– Живая всё-таки… – вдруг прошипела зло. Красивые черты исказились в неприятном оскале.

Я застыла, не в силах отвести взгляд от неё.

В памяти вспыхнули обрывки прошлого – этот же самый надменный взгляд, язвительная полуулыбка, шепотки за спиной… Кольнуло что-то в груди, но мысль ускользнула, не успев оформиться.

– Желана? – выдохнула я. Горечь почувствовала на языке, словно настойку полыни выпила.

Она усмехнулась – медленно, наслаждаясь моим замешательством.

– А ты, смотрю, всё ещё помнишь моё имя.

Её плащ распахнулся, и я во всей красе увидела богатое платье: парча, вышивка золотом, тонкие кружева. Всё как прежде – ни дать ни взять боярская дочка, привыкшая к поклонам и подаркам.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Ты же… уехала. Навсегда.

Должна была она – подсказала память. Я ухватилась пальцами за виски, в голове зашумело.

Желана приподняла бровь, окинула меня оценивающим взглядом – от стоптанных туфель до растрёпанной из-за бега косы, платье небогатое.

Брезгливо сморщила нос от моего вида, не то что она одета с иголочки.

– Уехала. А теперь вернулась в отчий дом. Замужество не состоялось. А ты… – она сделала паузу, – всё ещё в грязи копаешься? Травки собираешь, хворых лечишь? И это после всего, что было?

Я сжала кулаки, но промолчала. Не стоило давать ей повод для новых насмешек.

Не помнила я, что было.

– Молчишь? – Желана шагнула ближе, голос упал до шёпота. – А я вот не могу молчать. Знаешь, что я слышала? Что ты с воеводой Иваром… якшаешься. В избу твою ветхую захаживать зачастил он.

Её глаза блеснули злорадством. Я едва не отшатнулась от неё, заставив себя стоять на месте.

Она меня сейчас завуалированно гулящей девицей обозвала? Вот с… стерва!

– Язык прикуси, змея, – прошипела ей в лицо, – а то ядом подавишься. Это моё дело, кто и зачем ко мне ходит.

Желана рассмеялась, слишком громко, привлекая взгляды прохожих.

– Ох, Таяна. Ты всегда была наивной. Думаешь, он на тебе женится? Что князь позволит? Что люди примут? Ты – никто. А он – воевода. Ты даже рода своего не знаешь. Приблудная.

Слова ударили, как плеть. Я почувствовала, как внутри всё сжалось, но не отступила.

– Моё происхождение – не твоя забота. И моя жизнь – не твоя.

Стервозная девка прищурилась, улыбка исчезла.

– Ты ещё не поняла, да? Здесь всё меняется. А я… я теперь не просто «боярская дочь». У меня есть покровители. Есть связи. И я не позволю тебе…

– Не позволишь что? – перебила я, наступая на неё. Валять себя в грязи я ей не позволю. – Мешать тебе? Так я и не пытаюсь. Или думаешь, что я за твоим Иваром бегаю? Так ты ошибаешься.

Она дёрнулась, будто от удара. Кажется, я попала в цель.

– Посмотрим, – обронила она с угрозой. – Поживём – увидим.

Развернулась и пошла прочь, растворяясь в толпе. Я осталась стоять, тяжело дышала в ярости, сжимала и разжимала кулаки, боль разъедала кислотой грудь: брошенные слова стервозной блондинки неожиданно ранили.

Чья‑то маленькая рука коснулась моего локтя.

– Таяна? – тихо позвал Атрей. – Ты в порядке?

Я моргнула, возвращаясь в реальность.

– Да, – сказала, накрывая его ладонь своей и сжимая пальцы. – Всё… хорошо.

Но внутри уже зрело тревожное чувство – будто тёмная туча закрыла солнце, и впереди маячила буря.

Атрей посмотрел вслед удаляющейся Желане, глаза потемневшие сузил. Почуял её злобу, как и я?

– Кто это?

Я вздохнула.

– Старая знакомая. И, кажется… не самая добрая.

Я вспомнила её. Вспышка воспоминаний веды мелькнула в мыслях.

Желанна была дочерью боярина Святогора, приближённого к князю. И она была без ума влюблена в Ивара, который попросту не замечал чувств девицы.

Я ему была нужна. Вернее Тая.

...Не она ли причастна к смерти прежней владелицы тела, в которое меня каким-то чудом перенесло?

***

Ивар вернулся с Совета, его лицо было мрачным и сосредоточенным. Он вошёл в избу, устало опустился на лавку и только тогда заговорил.

– Таяна, мне нужно с тобой поговорить.

Я замерла, чувствуя, как внутри всё обрывается от недоброго предчувствия. Атрей помогал мне с травами, при появления мужчины настороженно выпрямился.

– Что случилось? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Ивар долго молчал, глядя в одну точку в стене.