Александра Миронова – Невеста короля наг (страница 31)

Его голос был ровным, почти убаюкивающим. От него веяло той спокойной уверенностью, которая обычно появляется у людей, прошедших много бурь.

– Когда человек отпускает свой кратонг на воду, он отпускает вместе с ним тревогу, – продолжил Луанг Пхо Бун. – Часто вместе со своим истинным желанием. Даже тем, о котором боялся подумать вслух.

Таиса почувствовала, как в груди что-то болезненно дрогнуло.

– Скажите… – нерешительно начала она, – а бывает же так, что человек не понимает свои чувства? Путается или не знает, чего сам хочет… и боится сделать неправильный выбор? И… это нормально? Что в таком случае делать?

– Бывает и часто. Это часть людской природы, – кивнул монах. – Особенно если судьба пока не указала человеку истинного пути. У каждого из нас своя карма.

– Признаться честно, я не очень понимаю, как работают законы кармы… – чуть смущенно призналась Таиса. – Можете объяснить мне?

– Карма – это не наказание, а следствие, – пояснил Луанг Пхо Бун. – Каждый выбор подобен камню, брошенному в воду. Вне зависимости от того, хороший ли поступок или плохой, он создает волну и так по нарастающей. Иногда эти волны могут спокойно достичь берега… или же превратиться в цунами, которое накроет не только тебя, но и тех, кто находится рядом. Мы верим, что человек должен копить заслуги, чтобы в следующей жизни ему жилось легче. Иногда этими заслугами можно поделиться с другими. Порой даже любовь является частью кармы… и старые долги находят нас сами, если не в этой жизни, то в следующей.

Таиса не всё поняла из того, что именно имел в виду монах, но в груди что-то болезненно сжалось, словно откликнулось на что-то, хранящееся глубоко в ее сердце.

– С тех пор, как я живу в Баан Накха, я часто сталкиваюсь с какими-то труднообъяснимыми вещами, – поделилась Таиса своими тревогами. – Раньше я всегда считала себя рациональным человеком, но теперь начала во многом сомневаться… В последнее время меня преследует ощущение, будто меня сталкивают с чем-то правильным и неправильным. Не знаю, как это объяснить, я стараюсь не поддаваться странным мыслям и придерживаться того, что кажется безопасным…

Луанг Пхо Бун внимательно посмотрел на Таису.

– В тайском языке есть термин, который означает «пару, связанную кармой»*, но это не про «долго и счастливо». У него более обширное понятие, которое трудно понять иностранцу.

*«любовь вопреки судьбе» или «любовь, обреченная на гибель из-за обстоятельств» – отношения, где за глубокое чувство приходится платить огромными страданиями; люди могут мучить друг друга или страдать от внешних обстоятельств, но они не могут расстаться, пока их «общая карма» не будет исчерпана, считается, что такая встреча необходима для духовного роста и очищения кармы, накопленной в прошлых жизнях; это противоположное понятие «родственных душ»

Таиса нахмурилась и полюбопытствовала:

– Что это значит?

– Некоторые люди связаны судьбой и кармическим долгом, который тянется с прошлых жизней. Отношения, кажущиеся судьбоносными, порой омрачаются обидой или недопониманием, порожденными обстоятельствами и собственным невежеством… Пока оба не разорвут кармические путы, они будут продолжать страдать и сталкиваться в последующих воплощениях.

Таиса почувствовала, как что-то дрогнуло внутри, будто в груди кто-то тихо дернул за струну.

– И что… что они должны сделать?

Монах слегка улыбнулся.

– Это урок, который обоим нужно усвоить, и исход их отношений будет зависит от того, смогут ли они пройти это испытание или нет. Простить друг друга или… повторить, если они не готовы это сделать в нынешней жизни.

– А как понять, находится человек в такой кармической связи или нет? – спросила Таиса, чувствуя, как многое не понимает. – И если он вообще не хочет в такой находиться…

– Выбор есть всегда, – сказал Луанг Пхо Бун мягко. – Карма не заставляет, она только приводит людей друг к другу, а дальше решает сердце: бежать прочь или идти навстречу, открыть дверь или закрыть ее, остаться в страхе… или попробовать шагнуть вперед. Быть вместе или нет – решение этого рождения.

Он слегка наклонил голову.

– Если судьба настойчиво стучится в вашу дверь… прислушайтесь к тишине внутри. Часто сердце знает дорогу еще до того, как разум начертит карту.

Таиса тихо вздохнула. Она почувствовала, как будто внутри развязался тяжелый узел, но он остался висеть свободной петлей, в любой момент готовый затянуться заново.

После разговора с монахом Таиса вышла на храмовую территорию, где располагался пруд с лотосами, росло дерево бодхи, и воздух был наполнен влажным ароматом листьев. Оттуда доносилась мелодия традиционных инструментов, и ученицы из старших классов репетировали танец к фестивалю, отрабатывая медленные движения и выводя пальцы в изящные дуги.

– Учитель Таиса, посмотрите! – позвала Пран, заметив ее. – Это традиционный танец со свечами!

Пока что девочки репетировали без зажженных свеч и двигались так слаженно, что казались единым организмом, текучим, как ручей. Таиса невольно остановилась и засмотрелась на них. В этих плавных движениях рук, запястий и ног было что-то древнее, завораживающее.

В какой-то момент одна из учениц поманила ее:

– Учитель, хотите попробовать?

Дети хором поддержали:

– Да, да, да, попробуйте повторить!

– Ох, я не уверена, я совсем не умею танцевать и плохо гнусь… как дерево, – засомневалась Таиса.

– Не стесняйтесь, просто повторите пару движений!

Таиса чувствовала смущение пополам со странным желание попробовать, и второе все-таки пересилило. Ученицы показали первые движения: подъем руки, мягкий поворот кисти, расстановка ног, и девушка попыталась повторить – медленно, осторожно и немного неуклюже. А потом…

Перед глазами наложилась какая-то странная картина. Храм, но совсем другой, музыка, но звучащая иначе, и движения… которые помнили ее тело. Таиса впала в какой-то транс и позволила рукам и ногам двигаться самостоятельно – плавно, изящно и естественно, будто она делала это сотни раз, следуя за ритмом так же свободно, как за дыханием, а пальцы сами выгибались в знакомые изгибы.

Девочки замерли, смотря на Таису широко раскрытыми глазами.

– Учитель, вы танцуете как… как будто раньше учились!

– Но это же совсем другие движения… откуда вы их знаете?

– Вы что, в прошлой жизни были тайкой?

Слова детей выбили Таису из странного, затуманенного состояния. Картина вокруг рассыпалась, как брызги воды. Девушка моргнула и поняла, что дрожит, но не от испуга, а от какого-то глубокого отклика, который не имел логичного объяснения. Она осмотрелась по сторонам и в этот момент заприметила темную фигуру.

На краю территории, в тени дерева бодхи, неподвижно стоял Накарат. Его взгляд был не просто внимательным и изучающим как раньше, на этот раз он казался неподъемно тяжелым, пронизывающим, почти ошеломленным. Как будто увидел то, что давно искал. Как будто что-то сложилось в его голове в единое целое. От этого взгляда у Таисы перехватило дыхание.

Накарат сделал несколько шагов: неторопливо, властно, как будто каждый шаг отмерял расстояние между ними не в метрах, а в границах, которые он намеревался пересечь. Девочки, заметив покровителя, тут же сложили ладони в «вай», поприветствовали его и так же тихо исчезли, почувствовав его тяжелую ауру.

Они остались вдвоем.

– Не думал, что иностранцы… могут так точно повторить сложные движения тайских танцев, – сказал Накарат негромко. Голос был ровным, но вибрация под ним – опасно глубокой.

Таиса сглотнула.

– Я… дети попросили… я просто… решила попробовать… – выдохнула она, чувствуя, как щеки наливаются жаром.

Накарат смотрел на нее молча еще несколько секунд – слишком долго, чтобы это можно было назвать нейтральным интересом. Его взгляд задерживался на ее лице, руках, изгибе плеч, но не хищно, а внимательно, почти исследующе. В глазах плескалось много смешанных эмоций, которые Таисе было трудно разобрать, и она опустила взгляд, чувствуя, как сердцебиение снова предательски учащается в его присутствии.

– А что… что вы тут делаете? – попыталась девушка сменить тему.

– Вас искал, – ответил Накарат так, будто это был очевидный факт. – Директор любезно подсказал, где именно.

– З-зачем?.. – Сердце Таисы застучало в висках слишком громко.

– Вы забыли одежду у меня дома.

Девушка поджала губы и мысленно дала себе подзатыльник. Она снова забыла об этом! Смущение накрыло ее с головой.

– Ох, а я должна вернуть вам платье… Если вам удобно, я могла бы сходить за ним… – растерянно протараторила Таиса, всё еще не решаясь поднять взгляд на Накарата, но он, казалось, был этим раздражен и перебил:

– Забудьте о платье.

Накарат шагнул ближе, и расстояние между ними стало опасно маленьким.

– Вы снова избегаете смотреть на меня. Почему? – спросил он тихо, но твердо, без всякой попытки смягчить вопрос.

«Я не прячу взгляд, я просто не хочу ловить панические атаки, если буду смотреть на вас!» – завопила Таиса внутри, а вслух жалобно выдала:

– Я не избегаю… Просто вы застали меня тут слишком внезапно…

Она постаралась поднять взгляд, но не выше шеи – в глаза было слишком страшно. Он помолчал какое-то время, продолжая испытывающе на нее смотреть.

– Таиса, – спустя пару мгновений произнес Накарат мягко, но так, что у нее пробежал холодок по позвоночнику. – Я вам не нравлюсь?