Александра Кузнецова – Пельмешки не для дракона! (страница 9)

Я невольно улыбнулась и решила дать этому миру шанс открыть себя с лучшей стороны. Винсент ловко перелетал со столба на столб, а я шла за ним, протискиваясь через толпу.

Базар шумел, гудел, кричал голосами зазывал. Огромный муравейник из лавок, палаток, магазинчиков.

Мы миновали витрину с шарами для гадания, прошли мимо лавки живых растений, которые от скуки ссорились друг с другом. По другую сторону я заприметила книжный магазин и саечную лавку.

Еще одна лавка предлагала чайники всех видов и мастей. Я невольно загляделась на пузатый мухомор и лисички-чашечки к нему. Как на ярмарке рукоделия, только с магией. Класс!

— Лена, не задерживайтесь, — окликнул Винсент, — иначе мы никогда не дойдем.

Я вздохнула и послушно поспешила за вороном на узкую улочку, скрытую между лавками. Нам буквально пришлось протиснуться меж двух стен, чтобы попасть в небольшой закуток.

Двор-колодец, превращенный в столовую под открытым небом, и, судя по всему, для местных торговцев.

Чтобы защитить гостей от снега и дождя, между домами были натянуты веревки, на которые крепились простыни. Несколько открытых жаровен позволяли погреться.

Из запотевшего окошка высовывалась тучная дама и выдавала в обмен на медяк плошку с неаппетитного вида кашей.

Я встала в очередь, отвернулась к стене, порылась в декольте и выудила один серебряный. Спиной почувствовала на себе десятки внимательных взглядов.

Я будто публично открывала банковскую ячейку. Наверняка все знают про попаданцев и подъемные, которые им выдают. Теперь придется ходить да оглядываться.

Тучная дама в окне взяла монету, даже не посмотрела на меня, только цокнула языком, отсыпала сдачи и выставила вперед плошку с моей порцией.

Каша выглядела неаппетитно. Серая, с какими-то комками, зеленой крошкой сверху. Но стоило мне вдохнуть аромат, как слюни потекли сами собой.

Пахло божественно!

Я села за ближайший свободный стол, жадно зачерпнула первую ложку, отправила ее в рот и простонала.

— Ох… Это вкусно!

Я умяла вторую-третью. То, что выглядело как комки, оказалось кусочками сухофруктов и орехами.

— Не как бабушкины пельмешки… — еще ложка — …но точно в топ.

Винсент сидел на спинке моего стула и без особого интереса глядел в тарелку.

— Простите… А что такое пельмешки?

Я обернулась на ворона с удивлением.

— Не знаете? Это мясо в тесте, которое варят.

Винсент моргнул.

— Вареные пирожки? — предположил ворон с долей скепсиса.

— Нет! — я аж ложку отложила. — Это… ну… это пельмени. Сочные, с бульоном, нежное солоноватое тесто, внутри фарш. Со сметанкой… ммм… пища богов!

Я отправила в рот очередную ложку каши, которая быстро остывала на холоде.

— Хм. Впервые слышу, — сухо отозвался ворон. — Но должен признать: я не специалист по гастрономии.

— А чем вы занимаетесь? — спросила я с набитым ртом.

Винсент расправил крылья:

— Я уже говорил. Я фамильяр. Волшебное продолжение магии своего хозяина. Его… духовная проекция, если угодно.

— Так… у вас есть хозяин?

— Разумеется.

— А где он?

Винсент открыл было клюв, но тут раздался оглушительный хлопок.

Из-под двери кухни, окон, крыши, даже из щелей в кирпичной кладке повалил черный густой дым.

— Мирошка!

Послышался из-за двери злобный крик, а затем дверь кухни распахнулась. На пороге стояла тучная дама, покрытая ровным слоем копоти, а в руках у нее болтался мальчишка лет десяти. Тоже чумазый, но даже сажа не могла скрыть яркого медного цвета его волос.

— Пошел вон, бездарь! — рявкнула дама и пинком отправила мальчишку за порог. — И чтобы я тебя больше ни на одной кухне не видела!

Мальчишка кубарем скатился с лесенки, затем поднялся на ноги и отряхнулся, словно ни в чем не бывало.

— А это, собственно, — обреченно сказал Винсент, — и есть мой хозяин.

Я с удивлением уставилась на паренька, который поправил съехавший набекрень поварской колпак, шмыгнул носом и улыбнулся своему фамильяру.

Винсент вздохнул устало и обреченно, но, когда мальчик подошел и обнял птицу обеими руками, даже не пискнул. Жест искренней детской любви и обожания.

Я так умилилась, что даже ложку отложила, но сцена оборвалась из-за утробного рыка, послышавшегося из глубин таверны.

— О, кажется, хозяин понял, что именно так бахнуло, — хихикнул мальчик и почесал затылок.

— А что там взорвалось? — осторожно поинтересовался Винсент.

— Все магические ингредиенты разом, — паренек развел руками. — Я же не думал, что они так среагируют. Просто хотел улучшить немного…

— Бежим! — крикнул ворон и взметнулся в небо.

Дверь кухни снова распахнулась, да так, что чуть с петель не слетела. На пороге стоял огромный запыхавшийся зеленый тролль в фартуке. В одной руке у него была сковородка, в другой половник.

Красные налитые кровью глаза осмотрели двор и замерли, уставившись на нас. Мальчишка пискнул и бросился бежать. Мне ничего не оставалось делать, как нестись за ними.

В спину ударил громкий разъяренный крик.

Мирошка схватил меня за руку и припустил прочь из дворика.

Винсент летел над нами, крича:

— Влево! Лево говорю! Нет, другое лево!

Мы выскочили за угол, проскочили между двух лавок, перепрыгнули через корзину с яблоками, едва не сбив гнома-мороженщика, потом неслись по какому-то узкому проходу, уворачиваясь от помоев, пока гул тролльего топота не стал тише.

Мы спрятались за прилавком с медовыми свечами, пока хозяин отвлекся на покупателей. Разъяренный тролль пробежал мимо нас и скрылся за поворотом.

Мирошка несколько секунд настороженно прислушивался, а затем расхохотался:

— Класс! Прямо как в прошлый раз!

— Эй! Вы что тут задумали?!

Хозяин лавки наконец-то заметил нас, и мы спешно покинули укрытие, забегая за угол и прячась за пустыми ящиками из-под овощей.

— Какой кошмар, — прошептала я.

— Не! Главное, что не догнал! Вот тогда был бы кошмар, а так… разминка. Жаль, мне денег не заплатили. Может, сходить, спросить? Я же отработал две смены.

— Сомневаюсь, что это хорошая идея, — хмыкнула я, пытаясь успокоить дыхание. Грудь жгло с непривычки, ноги дрожали, в крови плескался адреналин.

Винсент спустился к нам и принялся прохаживаться по ящикам.

— Я оставил тебя ненадолго, и вот результат! Неужели ты не мог просто… не трогать… и работы опять нет, и денег, — Винсент ворчал, картинно прислоняя крылья ко лбу.

Мирошка вытер рукавом нос, шмыгнул и, насупившись, буркнул: