Александра Крючкова – Cказки Призраков. Tales of Ghosts. Премия им. Эдгара По / Edgar Poe Award (Билингва: Rus/Eng) (страница 15)
«You gave him a chance,» Michael smiled, «to get something better in the Other World than what he deserved. One day, when they consider him fit, he will be taken away. You can help the unfortunate Pluto shorten the time of his painful stay on Earth by continuing to pray for him here. However, you have the right to leave for Heaven with me right now.»
«So, where can I find him?!»
«If you don’t have access to the Information Tablets, then that’s necessary for something and exclusively for the good. Well, you have to make your decision here and now, Barbara. Oh, sorry, I almost forgot! Probably, you won’t be able to be together even after…»
…I staggered… The thought of the impossibility to find happiness with a beloved one, even posthumously, in the Kingdom of the Dead, never crossed my mind, neither during life on Earth, nor after it.
«I will stay here…» I decided, as I couldn’t do otherwise. «Just… promise me, Michael, that one day I will meet him again… on the bridge in Venice, right?»
«You have no chance not to meet him, if you want to meet him,» Michael laughed and added, already dissolving in the sunlight that suddenly streamed through the monastery’s windows, «although, maybe, not on the bridge… and not in Venice…»
8. Кайлас
Мы ехали в Шереметьево на такси. Водитель оказался весёлым и разговорчивым… экскурсоводом, – он знал несколько иностранных языков, работал с туристическими группами в Москве и мечтал о собственной фирме.
– Я обязательно её открою! Овен я, а Овны всегда добиваются своей цели! – оптимистично заявил водитель, прощаясь с нами в аэропорту.
Катя – тоже Овен.
Войдя в здание аэропорта, мы натолкнулись на книжный киоск. Мгновенно просканировав содержимое полок, Катя впилась глазами в какую-то книгу и дернула меня за рукав:
– Смотри! Кайлас!!! Купим?
Речь шла о многотомнике про тибетский «город Богов». Всё, что касалось философии, Тибета и Неизведанного, было связано с самым важным для Кати – поиском ключей от великих тайн Мироздания. С детства её преследовали необычные сны, загадочные голоса и призрачные видения. Над потусторонними штучками, конечно, можно и посмеяться, но Катины сны сбывались. И даже я, отъявленный скептик, стал верить знакам.
– Таскать с собой эти тома? А смысл? – возразил я. – Вернёмся и купим.
В отпуске я решил почитать в электронном виде труд самой Кати – её дипломную работу по философии «Проблема смысла жизни и смерти», но лишнее кило печатных книг в рюкзаке не вызывало у меня ничего, кроме отторжения.
В самолёте Катя периодически вспоминала и взахлёб делилась со мной интересными фактами про загадочную гору Кайлас, расположенную в далёких Гималаях, о которой я тогда толком ничего и не знал.
– А я бы многое отдала, чтобы попасть на эту Гору! Возможно, даже целую жизнь! Говорят, там находится точка слияния параллельных миров – портал, понимаешь? Если ты готов, тебя пропустят! Многие люди ходили к Кайласу, но не все возвращались! А часть из тех, кто возвращался, мгновенно старели! Я уверена: там Время течет иначе! Рерих рисовал и Кайлас, и горы рядом. Его пускали в пещеры, где до сих пор хранятся тела гигантов – людей предшествующей расы, представляешь?!
Я мало что понимал из вложенных ею в слова смыслов, но восторженные тирады девушек требуют поощрений:
– Ты же Овен, значит, обязательно доберёшься и до Кайласа! Но жизнь-то свою за встречу с ним отдавать зачем?
***
Мы жили в очень красивой гостинице, построенной в стиле средневекового замка, в местечке, окружённом горами со всех сторон – даже из моря «росли» горы.
В тот день мы обедали в ресторане на берегу. Катя снова вспомнила «о своём, о девичьем»:
– Кайлас снился мне, очень давно, в детстве, и не один раз. Я стояла у входа в пещеру и смотрела в большое зеркало, каменное – будто кто-то гладко-гладко отшлифовал кусок горы. В зеркале за моей спиной отражалась мама. Я оборачивалась, но мамы не было. Я снова поворачивалась к зеркалу, и мама в зеркале по-прежнему улыбалась…
Я уже собирался возразить ей по поводу каменных зеркал, но в тот момент проходящая мимо нас с тарелкой супа пожилая туристка остановилась напротив Кати, провела рукой над её головой, а затем громко произнесла:
– А канал-то открыт! Столп аж до неба! И душа у тебя старая, последний раз живёшь, что ли?
Мы с Катей переглянулись, но женщина уже пошла своей дорогой, явно не желая вступать в дискуссии.
***
Я заказал много разных экскурсий. В тот день мы поехали на рафтинг по реке 4-ого уровня сложности. Я никогда ещё не сплавлялся, впрочем, как и Катя, но нам обещали незабываемые впечатления. Мы долго ехали по горам на стареньком микроавтобусе, слушая красивые, но грустные песни. Катя прижалась к моему плечу и внезапно спросила:
– Если я умру, тебе будет грустно?
– Что за бред ты несёшь! – буркнул я.
Сейчас, вспоминая эти эпизоды, я думаю: почему мы не говорим нашим близким добрых слов? Не поддерживаем в моменты нахлынувшей на них печали? Разве сложно мне было ответить что-то типа: «Дорогая, конечно, мне будет не просто грустно, но очень-очень грустно! Не умирай, пожалуйста!» Но ведь я, напротив, забурчал!
Когда Катя надела каску и жилетку перед сплавом, она стала похожа на двенадцатилетнюю девочку, хотя и в жизни выглядела младше своих лет. Я бы хотел, чтобы Катя родила мне дочку, но всё время – который год? – откладывал важное для себя решение «на потом».
Я сфотографировал Катю на фоне бурной реки и лодки. Мы подписали соглашение, что организаторы не несут никакой ответственности за наши жизни и тому подобное. Прослушав инструктаж, мы смело ринулись в бой, ещё не ведая о том, что на одном из предстоящих нам порогов недавно погиб такой же, как и мы, турист.
Инструктора звали Сэм. Родом из Непала, он говорил по-английски и знал пару слов по-русски. Я видел, как загорелись Катины глаза, и она воскликнула:
– Сэм!!! Ты видел Кайлас?!
– О, Кайлас! Это великая гора, она рядом с моей страной! – с гордостью произнёс Сэм и посмотрел в небо.
В тот момент нас окружали восхитительные пейзажи высоченных гор. И я, если честно, не понимал: ну что такого может быть в каком-то там Кайласе? Гор на Земле – пруд пруди! Казалось, я был единственным, кто ещё не пел Кайласу дифирамбов.
Наша лодка в итоге не перевернулась, хотя двое мужчин из неё всё-таки выпали.
***
Следующие два дня мы провели в развалинах старинных городов. Стоя на вершине безымянного холма с останками древнего храма, Катя призналась:
– Мне сейчас показалось, что я смогу перелететь на ту колонну!
– Нет уж, не надо, не пробуй! – остановил её я.
– А люди предыдущих цивилизаций умели летать! Только представь: силой собственной мысли они перемещали тяжеленные камни и даже сдвигали горы!
– Ты снова – про Кайлас?! Смени гору! Их много!
Катя обиженно поджала губы и замолчала, но вскоре к нам подошёл местный житель, предлагая прокатиться на парашюте, и я отправил её полетать сначала над морем, а потом над горами.
Катя была отходчивой девочкой. Да, девочкой…
Казалось бы, трагичный жизненный опыт, в разы превышающий мой собственный, должен мгновенно превращать любое существо в старика или в старуху, но и выглядела Катя молодо, и в душе оставалась ребёнком.
Впрочем, она умудрялась сочетать в себе несочетаемое, тянулась ко всему нестандартному, любила экстрим и иногда, как мне кажется, заигрывала со смертью. Катя не боялась её, но боялась каких-то там… пауков! Представляете? Букашек боялась, а умереть сама – нет! Волевая и добрая, умная и красивая, что уже – редкость, но в то же время совершенно беззащитная – она явно нуждалась в сильном мужском плече.
Наверное, я любил её, но боялся признаться в этом себе самому… боялся ответственности и потери собственной независимости… Я никогда не выражал своей любви открыто и не баловал Катю.
Вот, например, когда вечером мы пошли прогуляться по местному базарчику, она увидела крошечную пирамиду из разноцветного оникса.
– Смотри, какая красивая! – воскликнула Катя. – Пирамиды нормализуют, усиливают и фокусируют энергию, направляя её в нужное русло! А ещё они переводят земное в небесное! Каждая пирамида – настоящая магия! Говорят, весь комплекс гор вокруг Кайласа – это город разнообразных пирамид!
Пирамида стоила копейки, но прозрачный намёк я демонстративно проигнорировал. Почему я не купил Кате кусочек вожделенного ею волшебства? Потому что всеми фибрами души уже ревновал её к Кайласу и был абсолютно равнодушен к пирамидам, поскольку я в них ничего не соображал. Скорее всего, думаю я сейчас, та непокупка была моим подсознательным протестом – отказом признаться себе самому в том, что Катя знала нечто, чего не знал я, что она стала более начитанной и продвинутой в Потустороннем мире, – за время нашей совместной жизни она сильно выросла и во многом обогнала меня…
***
Возвращаясь в отель после прогулки вдоль моря, мы услышали внезапные крики у себя за спиной и оглянулись – мужчина в белой майке с логотипом крупной туристической фирмы почему-то отчаянно махал руками, глядя на нас в упор. Мы замерли, а мужчина, подбежав к нам, обратился к Кате с вопросом: