Александра Кристо – Принцесса душ (страница 25)

Это женщина, она немногим старше матери, и ее тело представляет собой хрупкие кости, обтянутые кожей.

Теола становится на колени, ее одежда касается грязного пола.

Мать давит ладонью на сердце женщины до тех пор, пока ее пальцы не покрываются кровью. Воздух пронизывает запах характерный солоноватый запах.

Затем ведьма рисует символ: меч, который обвивает змея. Герб семьи Сомниатис.

После этого мать кладет прядь волос на грудь женщины. Часть души, которая была изъята во время предсказания и помогла несчастной привязаться к этому миру.

– Именем первых ведьм я призываю тебя, – провозглашает Теола.

Ее голос распространяется по комнате и отражается от стен.

– Именем последней магии я призываю тебя.

Тело женщины содрогается, и по комнате разносится гортанный стон.

Я отшатываюсь.

Стон эхом разносится по склепу, прежде чем женщина делает внезапный вдох.

Незнакомка дергается. Ее грудь вздымается, когда она судорожно вдыхает спертый, гнилостный воздух. На мгновение она снова жива.

Женщина моргает, и одинокая слеза – черная, как плащ матери, – скатывается по ее окровавленной щеке. Незнакомка пытается что-то сказать.

Нет.

Теола прижимает руку к символу на ее груди.

– Я призываю тебя, – повторяет она.

Рот женщины широко раскрывается, будто его разрывают, а глаза чернеют. Ее тело с хрустом ударяется об пол, и незнакомка издает нечеловеческий вопль.

Я хочу вернуться в свою комнату, запереться в том месте, откуда всегда стремилась сбежать.

Сбежать и забыть.

Сбежать и забыть.

Но я не двигаюсь с места.

Внезапно я осознаю, что видела подобное и раньше. Той ночью Асден кричал и умолял о пощаде.

Я никогда не желала увидеть это снова. Я хотела забыть о той ночи. Я старалась запомнить лишь хорошие моменты, а не его кончину.

Из разинутого рта женщины выползает серая тень.

Это похоже на смесь дыма и воздуха. Серое нечто ползет по губам и спускается к груди, пока не достигает раскрытых рук моей матери.

Теола встает и поворачивается, чтобы передать его королю.

Я не вижу глаз Сирита, но его улыбка ясная, словно утренний рассвет. Он облизывает губы, и я задерживаю дыхание.

Душа клубится в руках матери.

Король гладит Теолу по щеке.

– Моя красавица, – говорит он. Король поворачивается и смотрит на меня с такой же нежностью. – Мои прекрасные девушки Сомниатис.

Слова разрывают меня части.

В день смерти Асдена он говорил то же самое.

Такое чувство, что сегодняшний вечер повторяет ту страшную ночь.

«Забудь, – умоляю я себя. – Он бы не хотел, чтобы ты это помнила».

Теола улыбается в ответ королю, но, когда он опускает голову, чтобы взглянуть на душу мертвой женщины, я вижу, как меняется выражение ее лица.

Ее губы искривляются, и с того места, где я стою, слышится ее прерывистое дыхание.

Она тоже все помнит.

Король, кажется, ничего не замечает. Он глядит на свою пищу и медленно наклоняется, чтобы прижаться ртом к душе.

Сначала мне кажется, что она просочится в него, что он быстро втянет ее в себя.

Но затем до меня доносится чавкающий звук.

Сирит откусывает и жует, словно душа набита костями и песком.

Я прижимаюсь спиной к стене возле лестницы, не в силах оторвать взгляд от происходящего.

Я наблюдаю, как король пирует.

«Это мое будущее», – думаю про себя.

Вот что на самом деле означает клятва на крови. Обещание, данное моей прапрабабушкой, навечно связывает ведьм с Сиритом по достижении восемнадцати лет. Мы всегда будем хранить ему верность.

Это не означает, что я могу покидать башню, когда вздумается, или снимать перчатки и раздавать безобидные предсказания тем, кто о них попросит.

Это значит, что я буду забирать души из этого мира и делать все возможное, чтобы они никогда не встретились с Рекой Памяти.

Вот что осталось от сильнейшей древней магии.

Сирит вытирает рот и тяжело вздыхает.

– Еще, – произносит он.

Его голос жадный. Ненасытный.

Мать поворачивается к оставшимся телам.

И выбирает новый труп.

Глава 12

Селестра

После обряда извлечения я быстро возвращаюсь в свою комнату.

Принимаю душ, отчаянно пытаясь смыть с кожи запах смерти. Я чувствую себя неправильной и грязной. Спустя время я собираюсь ложиться в постель и все равно не ощущаю чистоты. В память въелись воспоминания об обряде.

– У тебя слишком длинные волосы.

Мать входит в комнату, и я останавливаюсь у изножья кровати.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я.

Она никогда не заходит просто так.

У ведьм есть куда более важные обязанности.

– В последнее время мы с королем заметили произошедшие с тобой изменения, – говорит Теола. Она глядит на неубранную постель, нахмурив лоб. – Ты выглядишь рассеянной. Нерешительной.

Я судорожно сглатываю.

– Нет. Я лишь…

«Я просто поняла, каким монстром мне придется стать, дабы выжить в этом замке, – думаю про себя. – Если я не переживу этот месяц, то окажусь на полу склепа».