Александра Ковальски – Недетские истории детского зайчика (страница 3)
«Ежели она понесла от нечистого, так какая же она дочь? Любой отец от такой откажется!» – ответил за всех мельник.
«Вы сами озвучили свой приговор, – недобро усмехнулся священник, но тут же изобразил на лице смирение, – девушка эта Заряна».
«Быть того не может!» – закричал мельник вне себя.
«Она одержима демоном, – ответил священнослужитель, – я как мог пытался ее уберечь и вразумить, но она не послушала меня. Пусть женщины посмотрят ее и подтвердят мои слова или же опровергнут!»
Собрались старухи, пригласили повитуху из соседней деревни, да и пошли к мельнику в дом. Едва ступили женщины на порог, как Заряна залилась горькими слезами, да и созналась во всем отцу. Разгневался тот, проклял собственную дочь и не пожелал заступиться за нее. От обиды и боли онемела Заряна, только когда вели девушку на костер вернулся к ней голос и до последнего момента, сквозь рев пламени, она все кричала: «Этот ребенок не дьявола, а отца Климента! Он и только он один во всем виноват!» Да кто же послушает ведьму?!
***
Туман в ноябре – редкость, но в тот год стелился он по осенним низинам, белыми нитями савана лежал на опушке леса. Густой, молочно-белый, всегда предшествующий гололедице, казалось, протяни руку, отдерни этот покров и удастся увидеть совершенно иной мир – мир по ту сторону тумана… Селяне шептались, что не к добру это, а отец Клемент усердно отправлял службы и читал проповеди о благочестии.
Да только не помогли те проповеди. Однажды вечером, вскоре после Самайна6, заперев ворота церкви и поспешая по первому снегу домой отец Клемент, услышал перестук копыт, эхом раздавшийся вдали… Ему вторил трубный глас охотничьего рога… В ужасе перекрестился отец Клемент, да еще пуще заторопился к дому. Только смотрит окрест и не узнает он мест, вроде вот она деревенька должна быть, дома знакомые, ан нет, поля вокруг, снегом припорошенные и только карканье ворона, да призывный глас охотничьего рога вдали и слышен. Обезумев от ужаса, бросился Клемент бежать со всех ног. И чем дальше он бежал, тем холоднее и пустыннее становилось вокруг, тем ближе звучал рог, тем отчетливее понимал он, что сам Волчий пастырь пришел по его душу и нет ему теперь спасения…
Упав на колени, отец Клемент взмолился: «Пощади! Пощади меня несчастного! Любую плату готов я отдать! … я богат! У меня в храме с лихвой серебра и денег! Я готов отдать… все…»
«Тогда отдай мне свою жизнь!» – ответил Волчий пастырь, представ перед священником в снежном вихре и одним ударом срубая нечистивцу голову…
На утро отца Климента нашли селяне. Его тело лежало у самых ворот церкви, а голову с выклеванными глазами нашли у мельницы. Тогда-то селяне и поняли, что Древних Богов не обмануть, они неподкупны в своей справедливости…
Старухи, рассказывают эту историю своим правнукам, как доказательство того, что Ноябрьский туман – особенный. Его не стоит бояться лишь тому, чья совесть чиста. Волчий пастырь неумолим, с ним нельзя договориться, его нельзя купить, от него нельзя спрятаться. Он охотится за головами должников…
Глава 3 – Йоль 2014 года – Загадочный матрос
***
В портовой таверне было шумно и многолюдно. На то была причина. Новенькая красавица-шхуна7 «Красотка Мэри» недавно сошла с эллинга8. Судну прочили славную карьеру каботажа9, что делало шхуну привлекательной для простых матросов, имевших в порту семью и грезящих о спокойном плавании и достойном заработке. В тот вечер, когда началась эта история, боцман «Красотки Мэри» набирал в кабаке команду. Что за деловитый вид был у этого просоленого всеми ветрами морского волка – новенькие ладно подогнанные портки и рубаха, поверх которой был надет сверкающий насыщенными медными пуговицами бушлат10. На ногах у боцмана были высокие сапоги, а на голове мичманка11. Боцман относился к своему делу со всей строгостью и ответственностью, отбирая на шхуну только достойных. Люди толпились вокруг стола, который он занимал, ожидая своей очереди, не замечая внимательных черных как сама ночь глаз, следящих за происходящим из дальнего угла таверны и не пропускающих ни единой подробности происходящего.
***
К полуночи, боцман закончил свою работу. Команда была набрана и с утренним приливом «Красотка Мэри» готова была выйти в море. Капитан Силей12 заканчивал последние приготовления в своей каюте. Он был еще молод и это было его первое плавание в должности капитана.
– Доброй ночи, капитан! – с этими словами в каюту вошел бородатый карлик, ростом не выше трех футов13 с огненно-красным носом. Одет гость был невзрачно, как самый обычный матрос.
– Кто Вы? И что Вам здесь нужно? – настороженно спросил капитан, поднимаясь.
– Невежливо нынче стали встречать гостей, – покачал головой старик. – Не то, что в прошлые годы…
– Матрос, Вы…
– Да бросьте, капитан, я ведь не с дурными намерениями пришел, – улыбнулся старик, усаживаясь на один из стульев и вальяжно забрасывая ноги на стол. – Ты бы лучше, сынок, угостил бы меня вином, да потолковал бы…
– Да что Вы черт побери себе позволяете?! – гневно воскликнул капитан Силей. – А ну-ка прочь из моей каюты! Пошел вон, наглец!
– Да, сынок, не зря ты носишь свое имя… – вздохнул старик.
– Вы что не слышите меня? Убирайтесь! Квартирмейстер14… – крикнул капитан, распахивая дверь в каюту.
Когда на шум прибежал офицер и вахтенный, старика и след простыл, будто бы и не было тут его. По описанию, ни квартирмейстер, ни боцман15 так и не смогли припомнить хоть кого-то похожего на таинственного матроса. По требованию капитана, все до единого матроса и офицера были подняты по тревоге, корабль обыскали от носа до кормы, проверив каждый закуток, а после капитан лично провел опознание среди членов команды, но среди молодых, крепких, чисто выбритых рослых матросов и офицеров не нашлось никого, даже отдаленно похожего на ночного гостя… «Красотка Мэри» вышла в море с утренним приливом и матросы, драйя в тот день палубу шушукались между собой, что капитан из себя «весь чудной» и только квартирмейстер, чья бабка была потомственной алеуткой16, заподозрил недоброе и дал себе слово сойти на берег сразу же, как шхуна вернется в порт.
– Капитан, – робкий стук в дверь каюты разбудил капитана Силея. – Сэр, … позвольте…
– Что еще? – устало спросил тот.
– Запасы пресной воды, сэр… их нет.
– Поясните, квартирмейстер.
– Кто-то помочился во все бочки с пресной водой. Капитан, мы остались без запасов воды и если команда узнает…
– Господи, Пресвятая Дева, Иисус, Иосиф, да за что мне это? – раненым зверем взвыл капитан, вскакивая со стула. – Сперва вспышка кровавого поноса, потом чесотка, порезанные в клочки запасные канаты и паруса, кок, упавший с лестницы и сломавший ноги, пьяная драка в кубрике и убийство матроса, шторм и треснувший баллер17, а теперь… теперь еще и это?! Убирайтесь! Я не желаю Вас видеть!
– Но капитан…
– Прооочь! – взревел во все горло капитан, хватая со стола первое, что подвернулось под руку и швыряя в квартирмейстера. Тот предпочел не дожидаться увечий и поспешил покинуть каюту своего начальника.
***
Сидя той ночью на баке18 квартирмейстер видел чей-то силуэт на рее19 грот-мачты20. Он благоразумно не стал окликать нарушителя, потому как отлично знал, что среди его
парней не было никого ниже 5—6 футов, даже юнги… да и бород никто не носил, особенно таких длинных и седых.
***
Утром квартирмейстера разбудил шум и возня на палубе. Не успел он продрать глаза, как в каюту вбежал юнга.
– Вас п-п-прос-сит к… к се-е-еб-бе ста-а-арп-пом, – заикаясь произнес тот.
– Что произошло? Почему на палубе шум? – торопливо одеваясь, спросил офицер.
– Капитан… он… того, ну… это…
– Бунт?
– Нет! Нет, что Вы?!
– Тогда что случилось? – строго посмотрев на мальчишку, еще раз спросил квартирмейстер.
– Капитан Силей мертв, – вдруг прозвучал голос старпома, появившегося в дверях каюты.
– Не может быть?! – воскликнул квартирмейстер.
– Еще как может…
– Я беседовал с ним несколько часов назад, перед тем как отправиться спать. Он был в гневе, но… вполне здоров. Что произошло?
– Никто ничего не видел, но утром ветер стих и вахтенный послал ребят наверх, заполоскался парус… капитана они нашли наверху. Он повесился на грота-рее. Банальное самоубийство… в порту нас не ждет теплый прием, все же младший брат коменданта форта погиб… – с этими словами старпом вышел прочь.
Когда они остались одни, юнга тихо спросил:
– Вы тоже его видели?
– Кого? – не понял офицер.
– Нууу… клаубтермана21… конопатчика, – уточнил мальчишка. – Моя мама рассказывала мне о них, говорила, что если такого не задобрить, то жди беды.
– Что ж, малыш, – вздохнул офицер, – твоя мама была права…
Глава 4 – Имболк 2015 года – Маленькая прачка22
***
В одной далекой-предалекой горной шотландской деревушке жила-была в стародавние времена одна семья: отец с матерью и двое сыновей. Семья эта была богата и вела свой род с незапамятных времен, а потому с ее главой все считались и уважали.
Однажды снежным зимним утром отправился старший сын на охоту. Бродил он по горам и лесам, бродил, да так никакой дичи и не подстрелил, только заблудился. Вроде бы и вырос парень в этих местах и все горные тропинки знал наперечет, а вот случилось такое, что забрел в чащу и заблудился. Стало темнеть, делать нечего, решил юноша заночевать в лесу, больно уж умаялся он за день. Стемнело. Выбрал он место для ночлега и начал собирать кое-какой хворост, чтобы развести костер и вдруг заметил впереди как будто огонек какой-то мерцает.