Александра Ковалевская – Три этажа сверху (страница 50)

Людей на Земле-10 исчезающе мало. Живут примитивной охотой по лесам южнее здешних мест. В Африке жизнь теплится, в Азии... Хронокапсулу никто и не подумал бы настраивать на этот период. Ничего не бывает просто так, движение хронокапсулы вовсе не хаотичное, как может показаться на первый взгляд. Капсула без хронолога проскальзывает туда, где до неё в структуре пространства-времени произошли возмущения. А что вызывает сильные возмущения? Геологические сдвиги. Землетрясения. Сильные ураганы. Солнечная активность. Катастрофы. Многочисленные космические старты, начиная с середины 21 века, когда стали выводить спутники на орбиту магнитной пушкой. Причин структурных возмущений в слоях времени много. Но здесь причина в другом. Возможно, где-то прошла чужая капсула, и ваша воспользовалась её траекторией движения. Старик мог бы точно определить причину, но его никто не спрашивает.

Он, крадучись, обходил овальный зал Ци, держась, как в лесу, среди неосвещённых энергетических колонн, за которыми начинались коридоры, уводившие вглубь ковчега. В зал, а тем более в его середину - к пультам управления, - старику дорога была заказана.

Хорошо хоть, ему позволили доживать свой век, бродя по коридорам; не держали взаперти, не морили голодом. Иногда он был нужен капитану, когда команда не могла разобраться с ковчегом, и тогда капитан находил его сам.

Разговор троих мужчин, сидящих в зале за пультом управления, показался старику очень любопытным. Он, затаившись за колоннами, весь превратился в слух.

- Запусти в полёт камеры, пусть проверят, нет ли на местности следа, - сказал Дисп. - Погода здесь - поганей не бывает.

- Думаешь, сюда прибился чужой ковчег?

- Похоже на то. Кубо-кубо отмечает слишком много атмосферных возмущений над небольшой зоной.

- Вижу след! Есть сетка!

- Плотность?

- Двойная перекрывающая. Хронокапсула опускалась дважды - две разметки на расстоянии примерно 20 километров. Идеальные квадраты! То-то ковчег сюда притянуло! Дед сказал бы больше, он читает сетку, как сводку новостей...

- Не надо деда. Дед уже отыграл своё. Он единственный, кто знает пульт управления. Этой старой обезьяне в прошлый раз пришло в голову тронуть сигнатуры, и мы вылетели из кластера. Больше это не должно повториться. Найдите его и столкните в шахту лифта. Ты, Чан, сделаешь это.

Чан, мужчина в тесной униформе, слишком плотно обхватывающей его рыхлое, тестообразное тело, услышав своё имя, украдкой поморщился. Но вслух бодро произнёс:

- Старик ходил в ближних коридорах, я недавно его видел. Сейчас найду!

Он тяжело покинул кресло и проследовал к боковому выходу из зала Ци.

Старик слишком долго раздумывал над смыслом своего существования, он был готов к превратностям судьбы. В его заплечном мешке припасено было кое-что, плюс там лежала форма пилота с твердеющим каркасом, с которой старик не расставался, - единственная память о прошлой бурно прожитой жизни. Старик послушно позволил подвести себя к шахте лифта, где свистел ветер и чувствовалась высота, на которой зависла хронокапсула. Он упросил Чана, незлого толстого Чана, разрешить ему облачиться в форму перед смертью. Тем более, форма по размеру годилась только маленькому сухому старику.

Толстяк разрешил. Присел на высокий поребрик, ограждавший открытую шахту, терпел холодный ветер, временами врывавшийся в капсулу-ковчег, и равнодушно наблюдал, как старик влез в костюм пилота и сам затянул вакуумную полосу застёжки.

Старик не собирался стенать или просить милости, а Чан, между тем, приготовился выслушать бывшего хронолога и позволить ему убежать во внутренние коридоры и затаиться там. Но старик переиграл Чана, не желавшего ему смерти. Он выждал немного, когда продув из капсулы погонит воздух вниз, чтобы встречные потоки не швырнули его тело на стенку шахты, и без колебаний шагнул в пустоту, клубящуюся облаками.

Тщедушное тело старика исчезло из виду, пробив море сплошной облачности.

Чан вздрогнул и поёжился.

Старик падал на землю, заметаемую снегом.

Он перевёл в крайнее положение рычаг на груди, спрятанный под нашивками, и его руки и ноги силой развело в стороны: это почти моментально затвердел полимерный каркас костюма. Между руками и ногами раскрылись дырявые перепонки и хвост-веер. Падающее тело гасило скорость, и падение перешло в планирующий полёт, правда, ещё слишком стремительный. Но вот перепонки затянулись, стали сплошными, и теперь надёжно держали тело в горизонтальных потоках воздуха, унося старика всё дальше от места, где зависла вбуравившаяся в здешнее пространство-время хронокапсула.

Старик глянул вниз и сердце его забилось. Теперь, когда заснеженная равнина неслась у него перед глазами, он испугался. Его дряхлое тело наверняка не выдержит удар. Но ему повезло: он спланировал над моховым болотом, покрытым свежим снегом, ветер протащил его по снегу и бросил в сугроб. Прозрачный пузырь головной части скафандра потерял прозрачность, моментально покрывшись инеем. Если костюм не повреждён, некоторое время ему не грозит здешний холод. Но цел ли его костюм?

От пережитых волнений старик потерял сознание и не знал, сколько пролежал в глубоких снегах, согреваемый тонким скафандром пилота-хронолога.

Дневник Алины. Человеческое

Влад Карнадут измучился до синих теней вокруг глаз, обморозил щёки и пальцы на ногах и руках, рисковал усталыми ребятами, сжёг на корню два дерева за рекой, но спас всех, кто затерялся в болотах. Я видела, как, вернувшись в лагерь, заблудившиеся охотники плакали: они уже не надеялись выйти живыми. Повезло, что у нас есть собаки, их помощь оказалась бесценной.

Слава Левант шёл на свет запылавших ясеней. Он рассказывал, что споткнулся и упал на труп маленького человека. Слава с одного взгляда понял, что человек мёртв, что он в комбинезоне лётчика или космонавта, и обтягивающий комбинезон, в который упаковано тело от ступней до головы, не принадлежит нашей эпохе. Левант решал: спасаться самому, или тянуть труп? Он попробовал поднять закоченевшее тело, но погибший пилот был присыпан снегом и, похоже, успел вмёрзнуть в болото. Тогда Слава двинулся туда, где полыхали факелами деревья, и заламывал попадавшиеся под руку тонкие болотные деревца. Так он шёл, пока не провалился по пояс в болото. Но ему повезло, он недолго кричал и звал на помощь: Пальма услышала а, может, вынюхала человека в темноте и с громким лаем привела охотников к Славке.

Славку вытащили.

Он просил ребят обозначить место, где провалился в болото. Почему - он не сказал, а Влад Карнадут и не спрашивал. Влад быстро связал вершины двух чахлых, но высоких берёзок, и вместе с ребятами они потянули Леванта, у которого одежда до пояса стала покрываться льдом, к кострам. И принялись оттирать его и отпаивать. И только в лагере, через сутки, когда охотники выспались, и смертельная усталость отступила, мы услышали рассказ Славы о трупе старого человека, ростом чуть выше нашего Матвея и с лицом, в чертах которого угадывалось азиатское происхождение. 'Возможно, китаец', - заключил Левант.

Нас колбасило от любопытства и новой грызущей тревоги. Оказывается, где-то в здешнем небе летают самолёты или другие летательные аппараты. И старые пилоты терпят бедствие и падают на здешнюю землю. Возможно, Вован Краснокутский, придумавший чушь о назначении нарога у зубра, был прав. И, может быть, кто-то ищет нашу группу, или наблюдает... Это неприятно, потому что мы не можем ничего предпринять в ответ.

В метель и думать было нечего идти на поиски мёртвого человека, потому что важнее было доставить в лагерь припрятанную дичь хотя бы из ближайшего схрона. Существенным было то, что охотники не боялись идти в восточном направлении, а вот в направлении север-север-запад, где их закружила, нет, "заквадратила" странная аномалия, и где Слава обнаружил пилота, они решили не соваться как можно дольше.

Я делала Владиславу Олеговичу Карнадуту массаж, который называется "спинку потри" и "пощипай мне мышцы здесь и ещё вот здесь". Можно было не спеша говорить о событиях последней недели и о делах назавтра. Я убедила Влада отправиться за припрятанной дичью не малым отрядом, как сначала собирались, а, наоборот, подключить всех людей. Пустить вперёд "топтунов" - чтобы те проложили лыжню через реку и по снежной целине, километров пять. Вторая группа выйдет минут через тридцать, и проедет по готовому лыжному следу, а потом дальше проложит дорогу - столько, сколько сможет, чтобы наверняка вернуться в лагерь и не обморозиться. И только потом по хорошей лыжне ещё дальше, - если всё сложится как надо, - до самого схрона, пройдут добытчики. Опасно в мороз ночевать в снегах. Влад потом признал, что это было верное решение, и только благодаря готовой лыжне добытчики успели: и достали дичь из ямы, и к темноте вернулись к реке и подали сигнал. А в лагере их поджидали: я организовала, - встретили на льду реки и за них тащили в гору мёрзлую добычу. И добытчики поднялись по склону налегке, обхлопывая себя руками и растирая лицо. Мороз тогда крепчал с каждым часом. Они точно рисковали кого-то оставить замёрзшим в снегах, но обошлось. А потом дней десять мы даже по лагерю передвигались быстрыми перебежками, а дежурные сменялись на заготовке дров каждые полчаса, вздрагивая от одной мысли, что надо выходить наружу, потому что термометр ушёл в минус и его шкала кончилась.