Александра Ильина – Реминисценция (страница 1)

Александра Ильина

Реминисценция

© А. Ильина, текст, 2026

© Издательство «Четыре», 2026

Реминисценция

Шины зашуршали по гравию, и машина остановилась.

Моя голова качнулась, я открыла заспанные глаза и посмотрела в окно. Приехали.

Взрослые уже вышли из машины, разминались и готовились разгружать машину.

Родители всегда хотели построить дачу и купили в посёлке Громово участок земли, на котором собирались развернуть масштабное строительство. Когда там ничего ещё не было, нас с сестрой туда, естественно, не брали, да и что нам было там делать? Но со временем мы стали часто ездить на будущую дачу всей семьёй.

Мурашки пробежали по всему моему телу. Я не любила это жуткое место. Как и моя младшая пятилетняя сестра, которая каждый раз, как мы сюда приезжали, начинала плакать. Вот и сейчас, повернувшись к ней, я заметила, что в её больших зелёных глазах стоят слёзы, готовые водопадом хлынуть наружу, а нижняя губа предательски дрожит.

Я не переносила её слёз. Моё сердце всегда сжималось в комок от жалости к ней.

Вот и сейчас тоже. Я не могла допустить, чтобы она заплакала.

– Эй, – тихонечко сказала я и взяла её за руку. – Не плачь. Всё хорошо.

– Не хочу туда идти! – Сестра уже начала хлюпать носом.

– Не бойся. Нет там ничего.

– Правда? – с надеждой спросила она, начиная успокаиваться.

– Правда. Пойдём.

Мы вышли из машины и направились к «чёрному дому», как называла его моя сестра. Это был сруб бани, времянка, в которую мы приезжали, пока строился основной дом. Небольшая комната, полное отсутствие окон и входная дверь на хлипком засове – вот и всё, что представлял собой «чёрный дом». Единственная тусклая лампочка не справлялась с освещением всего пространства, поэтому днём дверь была всё время открыта, а ночью всё погружалось в беспросветную тьму.

Мы с сестрой боялись темноты. Нам постоянно мерещились всевозможные монстры, готовые в любой момент нас сожрать, как только всё погрузится во тьму. Поэтому родители, заботясь о нас, всегда оставляли свет, чтобы мы могли спать спокойно.

Но однажды даже это не помогло мне уснуть.

Хотя в то время в срубе уже появилось окно, репутация «чёрного дома» не улучшилась. В ненастные дождливые дни дневной свет плохо проникал внутрь сруба, оставляя его в полумраке.

В тот день погода стояла отвратительная, шёл дождь, то затихая, то вновь начинаясь. Это нарушило планы всей семьи отправиться в лес за грибами, и мы все сидели в срубе, занимаясь кто чем мог. Игрушек мы с собой не взяли, а читать что-то при такой освещённости невозможно.

Нам с сестрой было невообразимо скучно, и мы развлекались тем, что валялись в наших кроватях напротив друг друга и стучали в стенку. Мы выстукивали азбуку Морзе, которую ни одна из нас не знала, но мы делали вид, что всё понимаем, от чего нам было очень весело.

Наши глупые забавы довольно быстро надоели бабушке, которую весь день клонило в сон и она пыталась поспать. Бабушка встала с кровати и направилась в нашу сторону.

– А ну, хватит стучать и баловаться! Не то ночью за вами придет жердяй, – вполголоса сказала она.

Мы с сестрой недоумённо переглянулись.

– Жирдяй? Кто это?.. Он что, жирный? – спросила я, и мы с сестрой захихикали.

– Не жирдяй, а жердяй. От слова «жердь». Это длинный и тощий, как палка, злобный дух. Он ходит, прислушиваясь – кто где стучит, призывая его, а ночью приходит туда, заглядывает в окна и стучит в ответ. Кто увидит его, того он заберёт с собой, и его больше никто никогда не найдёт.

Меня бросило в холодный пот. Вдруг мы уже призвали этого жердяя и он придёт к нам этой ночью?.. Единственное окно сруба располагалось аккурат напротив моей кровати. Вдруг я проснусь и случайно увижу его? Что же тогда со мной будет?

Чем ближе была ночь, тем страшнее мне становилось. Я накрутила себя настолько, что, когда все уже легли спать, не могла заснуть, несмотря на горящий свет, который обычно отпугивал всех монстров, прячущихся в темноте. Даже моя сестра спала сном младенца. Видимо, на неё рассказ про жердяя не произвёл никакого эффекта, в отличие от меня.

На улице стихия разошлась не на шутку: протяжно выл ветер, шатая входную дверь, ливень хлестал по окну и крыше. Чтобы хоть немного успокоиться, я водила пальцем по причудливым узорам, разлитым по светлому дереву, словно бензиновые лужи. Периодически мои пальцы цеплялись за трещинки, царапались о сколы. Я чувствовала на них лёгкий налёт пыли и в итоге вляпалась в паутину.

Меня дёрнуло, точно от удара током, коленки свело, а в моём животе образовалась чёрная дыра и, разрастаясь с каждой секундой всё больше, оставляла сосущую пустоту на месте внутренностей.

Я резко отдёрнула руку, и вдруг… лампочка пару раз моргнула и погасла. Моё сердце пропустило удар и замерло. Ладони покрылись испариной, а я вся вжалась в кровать, пытаясь стать как можно меньше. Предательский взгляд зацепился за окно. Я видела, как из-за сильного ветра раскачивалось на улице дерево, и мне казалось, что я вижу не ветки, а длинные и тонкие пальцы жердяя.

Моё восприятие обострилось до невозможного. Мне казалось, что слышу, как он подбирается всё ближе, царапая сруб снаружи, зловеще подвывая. Ещё чуть-чуть, и он заглянет в окно.

Напуганная до полусмерти, я больше не могла этого вынести. Трясясь как в лихорадке, я аккуратно перевернулась на другой бок и случайно стукнула рукой в стену.

Внутри всё похолодело, я замерла и тут же услышала стук у кровати сестры. Не отдавая отчёта в своих действиях, я медленно повернула голову и посмотрела в окно.

Оттуда на меня смотрело жуткое бледное лицо, искажённое безобразным подобием улыбки. Горящие злобой глаза уставились прямо на меня.

Поняв, что мне конец, я закричала что было сил, всех перебудив. Родители сразу бросились ко мне, а сестрёнка смотрела на меня полными ужаса глазами.

– Что случилось? Почему ты кричала? – спросила мама.

– Там! – Я показала в сторону окна, задыхаясь от страха и слёз. – Жердяй! Он заберёт меня, мама! Я его видела! Он заберёт меня!

Чтобы меня успокоить, мама осталась со мной, объясняя, что нет никого жердяя, и мне всё приснилось. Однако после этого случая я ни разу больше не ездила в Громово, несмотря на то, что там стоит большой красивый дом, достроенная баня, и даже есть гостевой дом.

Как бы глупо это ни звучало, но детский страх перед жердяем до сих пор живёт во мне. Когда ночью за окном ливень, я долго не могу уснуть, ворочаясь в постели. Несмотря на занавешенные окна, мне кажется, я слышу, как кто-то царапает стекло длинными, тонкими пальцами. Готова поклясться, если бы я отдёрнула штору, непременно снова увидела бы это жуткое бледное лицо в окне своей спальни.

Лес

Ливень хлестал ледяным холодом. Запыхавшиеся, мокрые от дождя и пота, согнувшиеся под тяжестью рюкзаков, постельных принадлежностей и палаток, они наугад пробирались сквозь ветки, то и дело норовящие ударить по лицу.

Усталость брала своё, и, перелезая через очередное упавшее дерево, один из них зацепился за ствол ногой, не удержал равновесия и свалился в кусты крапивы. Для него это стало последней каплей.

– Твою мать! – взвыл Фил. – Рус, признайся уже, что мы заблудились!

Руслан стиснул зубы. Его лицо напряглось. Он опустил голову, заметив, что остальные – Алексей и Влад – испытующе смотрят на него, в то время как Филипп воевал с обжигающей крапивой, силясь подняться на ноги. Когда ему это наконец удалось, на него было страшно смотреть: красное, искусанное крапивой лицо перекосилось от злости.

– Молчишь?.. Отлично! Завёл нас чёрт-те куда и молчишь! – бушевал Фил. – Мы здесь шатаемся уже хрен знает сколько времени. Ищем вчерашний день! Сыт я по горло этим твоим «единением с природой»!

– И что теперь? – едва слышно спросил Влад.

Повисло тягучее молчание. Филипп пытался успокоиться и взять себя в руки. Руслан отводил испуганные глаза. Алексей дрожал.

Четверо городских парней понятия не имели, как вести себя в лесу.

Поддавшись на уговоры Руслана, они поехали на фолк-фестиваль. Парень жирными мазками рисовал в воображении друзей магию леса, его чистый воздух, путешествие от себя и к себе, единение с природой, и всё это под чарующие звуки этнической музыки.

Филипп изначально скептически отнёсся к этой затее, но Влад с Алексеем загорелись идеей.

И вот, купив билеты и получив от организаторов координаты, они отправились в путь. Однако их путешествие пошло не по плану, но в какой именно момент – сказать уже никто не мог. Более того, никто из друзей даже не мог точно сказать, сколько часов или дней они бродят по этому лесу, словно ощущение времени покинуло их, как только компания с весёлым гоготом миновала первые деревья.

По настоянию Фила Руслан купил карту и нанёс на неё нужные им координаты – на случай, если телефоны вырубятся. Что в итоге и произошло, причём довольно скоро. Не помогли и пауэр-банки, купленные специально для этой поездки. Сначала они ещё хоть как-то заряжали, но плохо, а после и вовсе перестали подавать признаки жизни.

Руслан выхватил из бокового кармана рюкзака карту и принялся разглядывать её остекленевшим взглядом. К нему подошёл Влад и так же тупо уставился в хаотичный узор линий, не говоривший ему ни о чём.

Фил и Алексей присоединились к друзьям. Никто из них не умел читать карту. Единственным их умением было ориентироваться по картам в видеоиграх, где нужные курсоры стояли в нужных местах, указывая дорогу к цели.