Александра Эйд – Иные. Последние дни "Лета" (страница 2)
— Ну да, если верить бумагам, эти пациенты вот-вот умрут. Слушай, а ты показывал это Антону Геннадьевичу? — пробормотала Анна и подняла на него взгляд.
Она понимала, что ситуация совершенно не обычная. Анна даже подумала о том, что в лаборатории, возможно, ошиблись: произошёл сбой компьютера или лаборант, вносивший данные, мог перепутать показатели. Но зная Дмитрия, девушка была уверена, что он уже отправил запрос на перепроверку высылаемых документов.
— Ещё нет. Я шёл к нему, но решил по пути показать тебе. Просто так, — добавил Дмитрий, заметив недоумённый взгляд Анны.
С этими словами Дмитрий поднялся на ноги. Ему было тяжело, и сейчас он снова отметил, что было бы неплохо заняться своим здоровьем. Анна последовала за ним, на ходу протягивая бумаги обратно мужчине. Коллеги вышли из кабинета, и беседуя о странных анализах, направились по коридору.
Спустя пару минут, они вошли в кабинет Антона Геннадьевича Баранова. Дмитрий и Анна застали профессора в тот момент, когда он пытался открыть на телефоне какой-то документ. Профессор, мужчина лет шестидесяти, с редкими волосами на блестящей лысине и с морщинистым лицом, щурился, пытаясь попасть пальцем на маленький крестик, чтобы закрыть рекламу, всплывшую при попытке зайти в приложение.
— Дима, помоги мне, — недовольно пробурчал Антон Геннадьевич, устало протирая глаза. — Открой документ, будь добр. Из столицы прислали что-то, а я даже посмотреть не могу.
Дмитрий взял телефон профессора, и стал закрывать ненужные приложения, перегружающие его телефон.
— Так давайте я вам на компьютере открою документ? — предложил Дмитрий, не отрываясь от своего дела.
Профессор махнул рукой, словно отгонял назойливую муху.
— Не надо. Мне так, ознакомиться. А вы оба, кстати, чего пришли? — только сейчас он заметил Анну, стоявшую в дверях.
— Вот, взгляните, — Дмитрий положил документы на стол и продолжил тыкать пальцем по экрану телефона. — Это анализы тех, укушенных, по поводу которых утром звонили из больницы. Я вам говорил.
Антон Геннадьевич водрузил на переносицу очки и принялся читать анализы. Он делал это совершенно бесшумно, застыв, только его руки двигались, переставляя бумаги по порядку. Дмитрий тем временем открыл документ, и не всматриваясь в экран, чтобы не увидеть информацию из столицы, положил телефон на стол. Мужчина остался стоять, рассматривая себя в белом халате в отражении стеклянных дверок шкафа. Спустя пару минут Антон Геннадьевич наконец цокнул языком, и сняв очки, посмотрел на Макарова, который всё так же любовался собой.
— Ну да, интересно… Это мне кое-что напоминает.
Дмитрий и Анна задержали дыхание. Профессор был настоящим специалистом своего дела, и он сразу вспомнил очередной клинический случай из его практики.
— «Ашка»… Да, так его называют. От латинской буквы «H», — Антон Геннадьевич потёр пальцами подбородок, и снова опустил взгляд в бумаги. — Пятнадцать лет назад, помните, была пандемия? Вы ещё детьми, наверное, были. Считается, что тогда переболел каждый человек. Обычные признаки гриппа, но противовирусные препараты не помогали, а болезнь сама прошла. Тогда тоже по анализам крови были повышены лейкоциты с нейтрофильным сдвигом, тромбоциты и креатинкиназа. Правда, показатели были не такие дикие, а спокойнее.
— Да, я помню, — Дмитрий согласился. — Я в то время как раз поступал в университет и тоже болел гриппом. Но сейчас это анализы людей, укушенных собаками. И клиники гриппа у них нет, ну, если верить сообщениям от врачей больницы.
— А с чего бы нам им не верить? — удивился профессор. — Я говорю, что анализы крови схожи, но я не утверждаю, что это одно и тоже. Нужно образцы отправить на дальнейшее исследование, держать связь с больницей… Дмитрий, займись этим, а я скоро присоединюсь к тебе. А вы, Анна Александровна, занимайтесь диссертацией.
На следующий день Анна продолжила свою работу. Профессор Баранов требовал, что бы она скорее написала диссертацию и приступила к редактуре. Он понимал, что времени до защиты ещё много, но могут возникнуть непредвиденные обстоятельства: смена задач института, или Анна Александровна уйдёт на больничный, или сам он уедет в отпуск. А впереди ещё много конференций, рутинная работа НИИ, учёба Анны в университете, а ещё и эти новые анализы… В общем, Антон Геннадьевич заставлял пользоваться имеющимся временем и работать над диссертацией, пока была возможность. Хотя сама Анна хотела участвовать в настоящих исследованиях, а не готовить работу по учебникам.
Анна, оставшись в кабинете, запрокинула голову на подголовник кресла и взяла в руки телефон. Работа работой, но диссертация никуда не денется. Девушка уже начинала ненавидеть эту диссертацию и вообще последний год обучения, и только желание скорее всё это закончить заставляло её появляться в институте. Анна лениво листала новостную ленту, бегло читая о каких-то локальных мировых конфликтах и местных новостях их города, когда дверь резко открылась. Дверное полотно влетело в стену и Анна, от испуга, подскочила в кресле, чуть не уронив телефон. Так в НИИ только профессор Баранов мог себе позволить заходить в кабинеты подчинённых.
— Анна Александровна, — скрипучий голос Баранова вырвал её из испуга, — там собак привезли. Тех, что вчера покусали пациентов. Сегодня они снова напали на людей.
Тон профессора Баранова был воодушевлённым: не то от предстоящих исследований, не то от того, что собак поймали и людям ничего больше не грозит.
— Ого-о! — только и протянула Анна.
— Там лаборанты животных готовят, будут забор крови выполнять. Помогите Макарову с изучением.
— Да, конечно! — с этими словами Анна тут же поднялась с рабочего кресла.
Она застегнула халат и сунув телефон в карман, направилась на выход из кабинета. Мысли её тут же погрузились в то, что вот уж сейчас они точно займутся настоящей работой. Она поравнялась с профессором как раз в тот момент, как он ей сказал:
— Как вижу, вы сейчас не работаете. Идите, Анна Александровна.
Анна отметила про себя, что это было странно. Если профессор разрешил ей отложить диссертацию, значит появились дела важнее или интереснее. Да и сам профессор был воодушевлён не меньше её. Казалось, что дай ему возможность – он лично ловил бы животных, лишь бы привезти их в лабораторию.
Спустя время, Анна стояла рядом с Макаровым, и они, облачённые в белые защитные костюмы, осматривали пробирки с кровью собак: алая жидкость перетекала по стенкам пробирки, когда они медленно качали стекляшки из стороны в сторону, окрашивая стёкла в ярко-красный цвет. Собаки, сидящие в клетках, были спокойны. Они не лаяли и не были агрессивны, наоборот, будто уставшие, они сидели, приоткрыв пасти и пуская слюни. Животные были вялыми, и даже когда им надевали намордники, они не сопротивлялись. Правда, одна из собак попыталась укусить лаборанта, но попытка была неудачной из-за медлительности животного. Анна любила животных и сейчас с сожалением посмотрела на собак. Это были обычные уличные дворняги с бирками в ушах - две рыжие и одна грязно-белая. Десятки таких же живут в каждом городе.
Через некоторое время учёные получили результаты этих анализов: в этой крови был такой же лейкоцитоз, но не было повышения тромбоцитов и креатинкиназы. Анна и Дмитрий сидели в лаборатории, в окружении микроскопов, то и дело вглядываясь в окуляры и делая пометки в бумагах.
— То есть, собачьи организмы борются с инфекцией, но их кровь не становится густой и мышцы не разрушаются? — уточнила Анна у Дмитрия, после чего вместо ответа получила утвердительный кивок головой.
Анна вывела на экран телевизора изображение с камеры, направленной на клетки. Внешний вид собак выдавал в них болезненность: они лежали, их помутнённый взгляд был направлен на людей, а из пасти вытекали слюни, собираясь в лужицы. Собаки не пили воду, заботливо расставленную лаборантами.
— Очень странно, — заключил Макаров, складывая пробирки в подставку. — У людей показатели крови хуже, но нет клиники, а у собак анализы крови лучше, но есть клиника заболевания.
— Почему ты сравниваешь анализы людей и собак? — удивилась Анна, откладывая ручку в сторону.
— Это те самые собаки, которые укусили людей, — ответил Дмитрий. — Если это вирусное заболевание, то теоретически, они передали вирус через укус.
— Но ведь «Ашка», это антропоноз, передавался только между людьми.
Дмитрий нахмурил брови. Он подвинул подставку с пробирками к краю стола, затем поднялся на ноги и махнул рукой, подзывая Анну к выходу.
— Во-первых, я сейчас говорю не об «Ашке», а вообще о заболевании, о любом. Во-вторых, если мы вспоминаем ту пандемию, животные были такими же носителями. Это доказано коллегами из Азии, — продолжал рассуждать Дмитрий, когда они покинули лабораторию. — Получается, «Ашка» - это зоонозная инфекция, от животного к человеку! Только тогда течение у животных было бессимптомным. С этим вирусом вообще была странная история: лечение не действовало, сыворотки были созданы, но тоже не действовали. В крови животных вирус нашли, но они были лишь носителями. Болезнь прошла так же, как и появилась – внезапно и быстро.
— И что будет дальше? — спросила Анна, подразумевая нынешнюю проблему.
— Я попытаюсь заразить мышей.